— Джарел, не надо, умоляю тебя!
— Отец Жервез, я все решила. Благословляете вы меня или нет?
В свете звезд блеснули гневным огнем янтарные глаза амазонки.
Мгновение спустя священник кивнул:
— Я благословляю тебя, дочь моя. Ты — моя госпожа здесь, на земле, и я не могу тебе отказать. Но учти, там тебе Божья милость не поможет.
Глава 3
Джарел, не выпуская из рук меча, снова спустилась в подземную тюрьму замка. Ее путь лежал по мрачным, черным коридорам, никогда не освещавшимся солнцем. От склизких камней пола поднимались зловонные испарения. В другой день Джарел, несмотря на всю свою храбрость, дошла бы так далеко, только собрав в кулак всю волю, чтобы преодолеть страх перед темнотой подземелья. Но сейчас горевшая в ней ненависть служила ей путеводным факелом. Госпоже замка Джойри не удавалось изгнать из памяти лицо ухмыляющегося Гийома, прижимающего свои губы к ее устам. Вновь и вновь волны гнева обжигающим пламенем пробегали в ее душе, заставляя сжать зубы и двигаться вперед.
Наконец она подошла к нужному месту и, постоянно оглядываясь, не выпуская меча, одной рукой стала разбирать кладку стены. Камни не были скреплены раствором, поэтому дело двигалось быстро. Джарел расчистила проход пошире и убрала с дороги вынутые камни: как знать, если ей суждено еще вернуться, не будет ли возвращение столь поспешным, что секундная заминка в узком лазе дорого обойдется ей, погубив все дело.
За проломом в стене начинался покатый спуск, пройдя по которому, Джарел опустилась на колени и пошарила на полу сужавшегося туннеля. Ее рука нащупала узкую щель в каменном полу. Щель шла по кругу. В самом центре этого круга в пол было вделано кольцо из полированного, очень гладкого на ощупь и страшно холодного металла. Джарел не знала, что это за металл, ибо никогда еще солнечный свет не касался этого кольца. На ощупь она ощущала только невероятный металлический холод.
Потянув рукой за кольцо, Джарел поняла, что придется попотеть. Отложив меч, девушка взялась за ледяной металл обеими руками и потянула всем телом, изо всех сил, хотя амазонка была ничуть не слабее здорового, крепкого мужчины. Пот выступил на ее лбу, руки начали дрожать — но вдруг каменный круг шевельнулся и неохотно пошел вверх. Раздался странный свистящий звук, а лицо Джарел засыпало пылью.
Вновь взяв в руки меч, девушка наклонилась над беспросветной темнотой открывшегося колодца. Однажды, но только один-единственный раз, она уже спускалась туда. Ей в голову не приходила мысль о том, что когда-нибудь возникнет такая ситуация, что ей вновь придется проделать весь этот путь. Это был самый странный коридор, когда-либо виденный ею в жизни, если, конечно, так можно назвать этот туннель. Наверное, он был единственным в своем роде. Выстроили его явно не для человеческих ног. Да и не для ног вообще. Это была узкая круглая шахта, спиралью, круг за кругом, уходившая вниз. Какая-нибудь змея могла бы воспользоваться этим туннелем, двигаться, извиваясь, вперед по бесконечным кольцам. Вот только не было на земле змей такого размера, чтобы заполнить собой этот туннель. Явно не человеческие ноги так отшлифовали эти стены, и Джарел особо не задумывалась над тем, какие же существа так отполировали их и за сколько веков.
Она ни за что не согласилась бы спуститься в этот люк в тот, первый раз, если бы не следы человеческой деятельности — вырубленные в стенах выемки для рук и ног, свидетельствовавшие о том, что некогда люди уже спускались на дно этой шахты, и может быть — не один раз. Во всяком случае зарубки, расположенные не очень далеко одна от другой, были сделаны так, что попадались как раз под руки и под ноги спускавшегося, позволяя замедлить спуск. Кто и когда вырубил эти ступеньки — Джарел не могла и представить. А что до существ, создавших эту шахту, — что ж, дьяволы жили на Земле задолго до людей, а мир — штука древняя.
Перевернувшись на живот, Джарел скользнула в люк, двигаясь ногами вперед. В тот раз, когда она впервые проделывала этот путь с отцом Жервезом, они двигались вниз, обливаясь потом от страха перед тем, что могло встретиться за очередным изгибом туннеля. Сейчас же она скользила свободно, не заботясь о том, чтобы нащупать ногами зарубки, лишь изредка упираясь руками, чтобы замедлить движение. Так она и скользила — круг за кругом, виток за витком.
Путь был долгим. Вскоре Джарел почувствовала уже знакомое ей головокружение. Это ощущение возникало не из-за спирального движения, а шло откуда-то изнутри, словно не только сама девушка, но и все атомы вокруг начинали вибрировать, перестраиваться, менять структуру окружающего вещества. Спираль коридора была не простой земной спиралью. Амазонка не была знатоком геометрии, но интуитивно чувствовала, что эти изгибы отличались от любой кривой, которую можно воспроизвести на Земле. Туннель вел в неведомую темноту, и девушка, не в силах сформулировать это в словах, все же догадывалась, что тьма скрывает нечто иное, незнакомое — какое-то многомерное пространство, не только сокрытое толщей земли, но, как знать, может быть, и временем. Все вокруг Джарел вибрировало в унисон с нею, и девушка, прикрыв глаза и стараясь не обращать внимания на подступающую к горлу тошноту, продолжала двигаться вперед.
Вниз, вниз, вниз… Совершая этот путь впервые, отец Жервез и Джарел боялись, что у них не хватит сил вскарабкаться по туннелю обратно вверх, и попытались остановиться, чуть не поплатившись за это жизнью. Оказалось, что остановить спуск на полпути невозможно. Затормозив, оба почувствовали, как каждая клеточка тела, сердца и мозга сопротивляется этому. Джарел запомнила, что, уже теряя сознание от боли, разжала руки и расслабила ноги и, лишь вновь набрав скорость, почувствовала себя лучше. Она ощутила, что, пытаясь остановить собственное движение, нарушает какой-то куда более сложный процесс и сама Природа начинает противиться этому.
Обратный путь, к их удивлению, вовсе не оказался изматывающе тяжел. Вместо бесконечного карабкания вверх по вырубленным ступенькам им пришлось всего лишь снова скользнуть в люк. Видимо, все эти сложные изгибы и повороты коридора служили для того, чтобы каким-то образом перехитрить силу тяжести. Разум отказывался понимать и объяснять это, но вверх они скользили столь же легко и плавно, как и вниз.
Впрочем, для этого туннеля понятия верха и низа, наверное, и вовсе не существовало.
Постепенно шахта выпрямилась. Начался самый трудный для человека участок. Видимо, неведомые существа, построившие эту непостижимую «лестницу», замедляли здесь скорость. Туннель сузился, и, не имея возможности развернуться, Джарел продолжала двигаться, отталкиваясь от стен руками. Туннель совсем выровнялся, и наконец ноги девушки повисли в воздухе без опоры. Оттолкнувшись в последний раз, она, словно пробка из бутылки, выскочила из горловины шахты и вскочила на ноги, прислушиваясь. Вокруг царила кромешная мгла.
