Рид пожал плечами.
– Я просто интересуюсь, что он за человек, что о нем говорят его друзья и знакомые.
– И что же вам удалось услышать?
Рид узнал несколько интересных фактов. Оказывается, вражда между двумя братьями ни для кого в городе не была тайной. Вражда еще усилилась, когда их отец умер, оставив Гастона прямым наследником, Всех удивило, что братья собрались в Испанию. Но что самое важное, Леон славился повсюду своим злобным, неуправляемым характером.
С нетерпением дожидаясь ответа, Жерар Руссо барабанил пальцами по столу. Рид решил соблюдать осторожность.
– Я узнал, что дю Бопре – человек несдержанный и всегда мстит за обиды как действительные, так и воображаемые.
– Это правда. – Полуопущенные веки не позволяли увидеть выражение глаз Руссо. – Что еще?
Рид водил пальцем по ободку чашки.
– Еще меня интересует семья дю Бопре. Мне сказали, что его брат был убит при очень странных обстоятельствах во время заграничного путешествия.
– Это тоже правда. – Руссо наклонил голову. – Гастона убили в Испании.
– У меня сложилось впечатление, что братья не были близки. Что они соперничали.
– Иногда между братьями такое случается, – пожат плечами Руссо.
Рид изучающе смотрел на креола. Хотя тот и пытался казаться безразличным, что-то в его поведении настораживало. В нем ощущалась напряженность, готовность к каким-то действиям. Рид решил пойти ва-банк.
– Некоторые высказываются в том смысле, что Леон может быть ответственным за безвременную кончину его брата.
Руссо вскочил на ноги. Одним движением руки он смел на пол чашки, так что кофе обрызгал окружающих и пролился на пол.
– Как вы смеете порочить репутацию моего друга? – вскричал он. – Кто дал вам право совать нос в его личную жизнь?
– Я только повторил то, что слышал. – Рид старался говорить примирительно и негромко. Он осознавал, что в кофейне наступила тишина и все с любопытством наблюдали за ссорой. – Я просто пытаюсь выяснить, что он за человек.
– Вы оскорбили моего друга. Я требую извинений.
– Идите... к черту.
Руссо схватил со стола свои кожаные перчатки и хлестнул ими Рида по щеке.
– Вызываю вас на дуэль. Завтра на рассвете на площади Святого Антония.
Рил с опозданием понял, что попался на удочку. По местным обычаям он должен теперь биться на дуэли с Жераром Руссо. Ссоры в Новом Орлеане никогда не заканчивались дракой. Неписаный закон запрещал наносить удары. Человек, который забывал об этом, навсегда изгонялся из общества.
– Прекрасно, Руссо, встретимся на рассвете. Повернувшись, тот с триумфом покинул кофейню.
Перед рассветом Кристину разбудил громкий стук в двери дома. Поскольку Дульси еще не пришла, графиня набросила накидку и, не зажигая свечи, спустилась вниз. Она открыла дверь и увидела заспанного мальчишку лет десяти – двенадцати, дрожащего от ночной прохлады.
– Мисс Уэйкфилд сказала, чтобы я передал вот это. – Он протянул записку.
Кристина дрожащими руками зажгла свечу. Быстро пробежала текст: слова плясали перед ее глазами.
– Боже мой! – Она задохнулась от ужаса, отказываясь понимать смысл записки.
Мальчишка зевнул.
– Мисс Уэйкфилд сказала, что приедет за всеми в карете.
Кристина кинулась наверх. Предчувствие опасности, которое преследовало ее всю неделю, оказалось ненапрасным. По многолетней привычке она поспешила за помощью к деду. Жан-Клод оперся о локоть, когда она ворвалась в его комнату.
– Кристина, детка, что случилось?
– Р-рид, – заикаясь, с вытаращенными глазами проговорила она. – Он должен сражаться на дуэли на площади Святого Антония.
К Жан-Клоду вернулась его прежняя решимость, уверенность человека, привыкшего к тому, что его приказы выполняются без обсуждения.
– Иди оденься. Встречаемся во дворе.
Кристина поспешила к себе, надела первое попавшееся платье, накинула темную шерстяную накидку. Граф де Варенн уже ждал ее, когда, поднимая капюшон, она выбежала во двор. Карета Полли остановилась перед воротами, и ее хозяйка, разглядев их в темноте, сказала:
– Быстрее. Скоро рассветет.
Экипаж покатил по направлению к площади.
– Как вы узнали о дуэли? – спросила Кристина, сжимая ладонь Полли.
Та успокаивающе погладила ее по руке.
– Один из моих слуг услышал это от своего друга и прибежал, чтобы рассказать мне.
– Когда нее это произошло? – Кристина пыталась понять, что привело к такой ужасной ситуации.
– Очевидно, прошлой ночью, когда Этьен расспрашивал о Леоне дю Бопре. Друг Леона оскорбился и потребовал удовлетворения.
Кристина прижала дрожащие пальцы к губам. «Господи! Неужели этим для Рида и закончатся поиски справедливости? Бессмысленной дуэлью...»
Жан-Клод оперся о трость.
– Кто противник Этьена?
– Жерар Руссо. – Круглое лицо Полли выражало тревогу. – Он мастер по фехтованию, у него своя школа на Аллее Иксчендж.
– Мастер по фехтованию?
У Кристины сжалось сердце. Что Рид мог знать о рапире? Он был игроком, бродягой, который надеялся на удачу, а не на смертельное оружие.
– Дуэли – это варварство, – проговорила Полли. – Сам губернатор Миро выступает против этого обычая. Он заявил, что издаст закон, запрещающий дуэли. Но даже самые высокопоставленные чиновники не прислушиваются к его мнению. Предусмотрены серьезные наказания, но они почти не применяются. Мужчины вызывают друг друга на дуэли по всяким самым ничтожным причинам.
К тому времени, как они прибыли на площадь Святого Антония, там уже собрались люди. Небольшая группка стояла с одной стороны площади, Рид одиноко маячил на противоположной стороне. Кристина выскочила из кареты до того, как та остановилась. Подхватив юбки, она подбежала к Риду.
– Чего ты надеешься добиться этим?.. – Она резко взмахнула рукой.
Как он позволил поставить себя в такое положение? Как мог допустить такую глупость? Страх за его жизнь, за его безопасность вылился в ярость. С яростью Кристина могла действовать. Страх, наоборот, сковывал ее волю, парализовал тело.
– Не ожидал увидеть тебя здесь. Уходи, Кристина, пока есть время.
– Не думаешь же ты, что я останусь в стороне от этого? Рид вздохнул, сдаваясь.
– Я надеялся, что ты не узнаешь.
– Ты просто сошел с ума, – гневно проговорила она. Потом ткнула пальцем в противоположную сторону площади. – Этот Жерар Руссо – мастер по фехтованию. Какие шансы у тебя с таким противником?
– Пусть это тебя не беспокоит. – Взгляд Рида приобрел твердость кремня. – Я буду делать то, что надо.
– Это – безумие! Сумасшествие! Просто повернись и уйди, пока еще не поздно.
