Вейтли и еще двое мужчин, похожих на стряпчих, держались поодаль. Их окружала целая толпа помощников и мелких чиновников. Увидев их, Дэниел едва не зарычал от злости, и Джеймс, не сдержавшись, громко засмеялся.
Джеймс понимал, что одержит победу, однако его удивило то, что другие тоже в этом не сомневались. Банкиры и члены парламента наперебой поздравляли его и желали ему успеха.
— Поздравляю вас, Феррингтон, — приветствовал Джеймса лорд Хендли.
— Примите мои поздравления, Феррингтон, — сказал сэр Чарльз.
Джеймса поздравили все главные действующие лица предстоящего заседания, кроме, конечно, представителей Ост-Индской компании.
Эти преждевременные поздравления привели Джеймса в замешательство. Он считал, что эти джентльмены не должны так явно выказывать свои симпатии перед началом официального слушания дела. Однако, заметив, что вся эта шумиха крайне раздражала Вейтли, который стал мрачнее тучи, Джеймс взял себя в руки и с удовольствием выслушал все приветствия и пожелания.
Ему хотелось как можно быстрее рассказать Кэролайн о своей победе.
Лорд Хендли указал каждому из присутствующих его место за длинным столом из красного дерева, стоявшим в центре комнаты. Сэр Чарльз призвал всех к порядку и открыл заседание.
Как Дэниел с Джеймсом и предполагали, представители Ост-Индской компании не собирались сдаваться. Они дали своим противникам настоящий бой. Представители компании говорили красноречиво, выразительно и только по существу дела. Они провели собственное расследование. У них на руках были документы и свидетельские показания, характеризующие Джеймса как личность, сведения по поводу того, какую он имеет репутацию и кто является его деловыми партнерами, а также собраны все цифры и факты, касающиеся его компании. Они выставили Джеймса в самом невыгодном свете. «Интересно, сколько они потратили денег на то, чтобы собрать всю эту информацию?» — подумал Джеймс.
Оба члена Парламента, входивших в контрольную комиссию, слушали их очень внимательно. Эти джентльмены были близкими друзьями графа Лэвенхема.
Наклонившись к Дэниелу, Джеймс прошептал ему на ухо:
— Ты уверен в том, что они поддержат нас?
— Абсолютно уверен, — усмехнувшись, ответил Дэниел. Джеймс снова сел на место.
Когда ему предоставили слово, он довольно быстро и весьма искусно опроверг все выдвинутые против него обвинения, а потом пересказал все те сведения, которые заучил буквально несколько часов назад. Компания Джеймса была его гордостью и отрадой. Он знал ее лучше, чем кто-либо другой. Даже лучше, чем Дэниел. Уверенность помогла Джеймсу склонить членов комиссии на свою сторону.
После того как мистер Коллинз рассказал о злоупотреблениях властью, которые допускали представители Ост-Индской компании (причем совет директоров компании ничего не знал об этих нарушениях), членам контрольной комиссии все сразу стало ясно и они довольно быстро приняли решение. Джеймс получил торговую лицензию сроком на пять лет, по истечении которого ему снова придется давать отчет контрольной комиссии Парламента. Таким образом, был положен конец двухсотлетней монополии на торговлю с Индией.
Ликуя от радости, Джеймс пожал руку Дэниелу. Потом он обменялся рукопожатиями с банкирами и членами контрольной комиссии. И если бы представители Ост-Индской компании, пылая от гнева и досады, не покинули стремительно зал заседаний, то он даже пожал бы руку негодяю Вейтли. Дэниел наблюдал за этим бегством.
— Боюсь, что скоро этот ублюдок Вейтли лишится своей должности, — повернувшись к Джеймсу, сказал он, и они оба весело рассмеялись.
К ним подошли банкиры, мистер Коллинз, сэр Чарльз и сэр Виктор.
— Я прослежу за тем, чтобы подготовили все необходимые документы, — сказал мистер Коллинз и повернулся, собираясь уйти.
Джеймсу хотелось немедленно отправиться к Кэролайн, однако он понимал, что не может нарушить правила делового этикета.
— Я приглашаю вас поехать со мной в клуб, — сказал он, повернувшись к лорду Хендли и лорду Монлейту. — Прошу вас составить мне компанию. Нет, я не прошу, а просто настаиваю.
Все джентльмены согласились принять его приглашение, и вскоре Джеймс привез их к Уайту. Ему хотелось, чтобы весь Лондон знал о том, что ему удалось получить лицензию, что Джеймс Феррингтон достиг вершины успеха. Этот день станет решающим, переломным днем в его жизни. Прежде он был всего лишь мелким торговцем, хотя и имел приличное состояние. Сегодня все круто изменилось. Получив лицензию и сохранив инвесторов, он за считанные дни сможет утроить состояние. Если он правильно разыграет карты, то через десять лет станет самым богатым человеком в Лондоне и во всей Англии. А через двадцать (чем черт не шутит?), может быть, даже и во всем мире.
Клуб Уайта был самым подходящим местом для того, чтобы сообщить важным правительственным мужам и представителям высшего света об одержанной победе.
Как только Джеймс завел в помещение своих гостей, к нему сразу подбежал Регетт, хозяин клуба. Год назад, когда Джеймс только вернулся из Индии, Регетт даже не знал его имени. Сегодня же он, низко поклонившись, сказал:
— Мы очень рады, что вы пришли сегодня к нам, мистер Феррингтон. Примите самые искренние поздравления.
— Благодарю вас, — ответил Джеймс, передавая лакею шляпу. Повернувшись к Дэниелу, он тихо сказал: — Не перестаю удивляться тому, как быстро распространяются новости. Я и не предполагал, что такое возможно.
Пока остальные джентльмены снимали головные уборы, Дэниел, осторожно взяв Джеймса за рукав сюртука, отвел его в сторону.
— Джеймс, как ты думаешь, с чем тебя все поздравляют? — спросил он.
Озадаченный Джеймс пожал плечами.
— Конечно же, с получением торговой лицензии.
Засмеявшись, Дэниел покачал головой.
— Ничего подобного. Они поздравляют тебя с помолвкой.
— Что? — воскликнул Джеймс, чувствуя, как у него из-под ног уходит земля. Схватив Дэниела за лацканы сюртука, он притянул его к себе. — Что ты сказал?
Вырвавшись из рук Джеймса, Дэниел увлек его в альков, подальше от любопытных глаз.
— Утром я сообщил тебе, что Лэвенхем перешел на нашу сторону. Он приехал ко мне вчера и заявил о том, что готов поддержать нас. И это еще одна причина, по которой я разыскивал тебя. Лэвенхем сказал, что его жена дала свое согласие на твой брак с их дочерью Линой. Лэвенхем так и не понял, что заставило ее сделать это. Теперь графиня ужасно рада тому, что ты станешь ее зятем.
— Я должен жениться на дочери Лэвенхема? — спросил Джеймс. Похоже, он еще не до конца понял смысл этих слов.
