— Не сюда. — Ариан внезапно положил руку на древко нагинаты.
Я выжидательно подняла бровь. Огонь Адельвинг охватил его кисть, но, судя по бесстрастному лицу принца, не причинял ему вреда.
— Туда! — он отклонил острие нагинаты на сорок градусов. — Бей!
В его голосе прозвучал холодный приказ. И я подчинилась.
Перед нами образовалась вторая дыра, а из нее на меня лавиной хлынуло ощущение радости и узнавания.
— Пашка! — забыв обо всем, я бросилась к своему питомцу. — Ты в порядке?
Упав на колени, начала лихорадочно ощупывать альфина. Зарылась лицом в перышки на его загривке. Пашка довольно курлыкнул, говоря, что тоже рад меня видеть.
— Почему ты здесь сидишь? — спросила его, немного успокоившись. За спиной слышались шаги остальных парней, Ариан безмолвной статуей стоял рядом. — Почему не выбрался на свободу?
— Кхурррах! — выдал Пашка, поднимаясь на лапы.
Пришлось разжать руки.
— Он не может, — перевел Ариан. — Как и мы. Его магия здесь бессильна.
— Мы должны найти способ! — процедил, подходя, дроу. — Рамиль не продержится долго!
Он поддерживал ослабевшего эльфа. У того на лице блестел пот, на виске лихорадочно билась жилка, а изумрудные глаза подернулись болезненной пеленой.
Черт, Злата, ты же маг Жизни! Должна помочь несмотря ни на что… Даже если эта помощь будет стоить тебе собственных сил…
— Руку дай, — без лишних церемоний протянула эльфийскому принцу ладонь.
Тот бессмысленно взглянул на нее.
— Что?
— Руку дай! — рявкнула громче.
Некогда мне тут объяснять!
Он послушно сжал мои пальцы, и животворящее тепло соединило наши ладони. Там, наверху, ему не понадобился бы источник жизненной силы, но здесь, в подземельях, я была единственной, кто мог поделиться с ним жизнью. Не выкачивать же остатки сил из парней, они и так выложились по полной в последнем бою.
Меня шатнуло от слабости, наши руки разжались. Оступившись, прислонилась к Ариану, так кстати оказавшемуся у меня за спиной.
— Зачем ты это сделала? — шепнул он мне на ухо.
Рамильсинар глубоко вдохнул и отстранился от Брилла, огляделся вокруг с видом только что проснувшегося человека.
— Я же Феникс, — скорчила рожицу. — Должна защищать тех, кто призвал меня своей кровью.
— Это правда, — подал голос Рамиль. — Мы призвали ее своей кровью, если один из нас умрет — Феникс потеряет часть силы. Если погибнут все — сработает заклятье обратного действия и вернет Феникса в небытие. А ее вместе с ним.
— Кто это придумал?!
— Это защитная мера, чтобы Феникс не обратился против тех, кто его призвал.
Мне показалось или руки Ариана сильнее сжались вокруг моей талии?
Впрочем, какая разница? Пока я была просто Златой, прячущейся под личиной парня, все было легко и понятно. Теперь я Феникс со всеми вытекающими. Но что с этим делать, пока не знаю.
Из темного провала впереди послышались знакомые звуки. Мы замерли.
— Вирены! — произнес Эльвар свистящим шепотом.
Но все уже и так поняли, что именно к нам приближается.
В наших руках сверкнуло оружие. Но вопреки ожиданиям, на свет выползла только одна особь, да и та подозрительно знакомая.
Вэл и Тугон уже собирались уничтожить ее, когда я закричала, останавливая их:
— Стойте! Она не опасна!
В магическом свете я узнала молодую вирену, заявившуюся этим утром к общежитию. И откуда только взялась?
Вирена прижалась к стене и шипела на нас, разевая оставшиеся три пасти.
Парни тоже ее узнали.
— Не может быть!
— Как она попала сюда?
— Смотрите, она не собирается нападать! Что же ей нужно?
Все с любопытством уставились на чудовище. Вирена явно была испугана, но почему-то не желала ни нападать, ни бежать. Только поскуливала жалобно и все норовила завилять лоснящимся хвостом, как собака.
Похоже, на нее все еще действовало мое зелье, вот она и отважилась сунуться сюда в поисках объекта своей любви.
В голове мелькнула идея. Если вирена каким-то образом сюда приползла, значит, знает, как отсюда выйти.
Переглянулась с Хармсом. Он явно догадался, о чем я думаю, потому что кивнул мне и начал медленно, прихрамывая, приближаться к вирене.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Та завороженно застыла, принюхалась. Наконец, почуяв запах горгула, стремительно бросилась к нему.
А я усилием воли сдержала испуганный крик. Мне показалось, что она хочет разорвать Хармса. Но вирена, издав воркующий звук, обвилась вокруг ног полукровки и начала к нему ластиться, как потерявшийся несчастный щенок.
Хармс, помедлив, погладил ее по одной из плоских голов, да так, что та едва не сомлела от щенячьей радости.
— Не стоило тебе сюда приползать, малышка. Тут очень опасно.
Я удивленно наблюдала, как мой друг ласково разговаривает с виреной и, похоже, она понимает его.
Тоскливый звук — и вторая голова протиснулась под его ладонь вместо первой. Каждая хочет свою порцию ласки.
— Нужно выбираться, пока ее подружки не приползли добить нас, — напомнил Вэл. — Горгул, спроси свою «красотку», может, она знает, как нам выйти отсюда?
Хармс нахмурился, но не стал отвечать асуру.
— Не подскажешь, где выход из подземелий? — заговорил мягким голосом, обращаясь к вирене.
«Малышка» вытянулась, вывалила раздвоенный язык и облизнула склоненное к ней лицо Хармса.
Я рванула на помощь, помня о ядовитой слюне, но, похоже, наша вирена и в самом деле была еще маленькой. Ее слюна не причинила никакого вреда. Да и Ариан меня удержал.
— Не мешай, — шепнул тихо на ухо.
А у меня от его шепота по коже побежали мурашки.
Смеясь, горгул потеребил макушку одной из голов и вновь попросил вывести нас на свет. Вирена что-то пискнула и уверенно поползла по проходу, увлекая нас за собой.
* * *
Идти пришлось долго. Я потерялась во времени, но часы на телефоне подсказывали, что часа три, не меньше. Мой гаджет из прошлой жизни не сломался и не разбился во всей этой круговерти. Его надежно хранил чудо-мешочек. А Неаргу, по всей видимости, и в голову не пришло, что эта штука может стать доказательством его злодеяний.
Альфин бежал трусцой рядом со мной, то и дело подставляя мне бок, чтобы я могла опереться. Какое-то время я даже ехала на нем, но почувствовав, что он слабеет, снова пошла на своих двоих. Эти тоннели высасывали из нас жизненные силы. Каждый уже понимал: если мы не выйдем отсюда в ближайшее время, то не выйдем уже никогда.
Но вирена вела нас вперед, и мы шли за ней, не оглядываясь.
Задумавшись, я споткнулась о камешек под ногами. Хармс и Тим хотели помочь, но Ариан находился ближе и поддержал меня.
— Я могу понести ее, — сказал Хармс с намерением взять меня на руки, но наткнулся на прохладный взгляд и решительный отказ ледышки.
— Ты хромаешь, это сделаю я.
И это сказал тот, кто сам шатался от слабости. А я уже не могла ему помочь, потому как магии почти не осталось в резерве.
Хармсу пришлось согласиться, хотя я видела, как он сжал челюсти. Зато внезапно вмешался Тугон:
— Кстати, а как мы это все объяснять будем? Откуда в академии взялась неучтенная студентка и куда делся Злат Найренас?
— Разберемся! — процедил Ари сквозь зубы. — Она не просто студентка!
И, несмотря на мой слабый протест, подхватил меня на руки.
— Да-да, — согласился наг, шурша хвостом по камням, — она Феникс… И завтра об этом будет знать вся Лерония. Парни, вы готовы к тому, что случится?
Он обвел нас глазами.
Я перестала сопротивляться и обессиленно приникла к груди ледяного принца.
— Ты прав, — выдал Ари, прижимая меня к себе. — Никто не должен узнать о том, что Злата…
— Поздно, — пробормотала я.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Что?
— Поздно скрывать. Мы должны всем рассказать, что случилось. Нам самим никогда не найти Неарга, а он вернется, чтобы довести начатое до конца.
— Ты уверена?
— Марциус… — выдохнула, нащупывая в чудо-мешочке свой амулет. Сжала его, боясь, что кулон выскользнет из слабеющих пальцев. — Нужно связаться с ним. Отправить магического вестника и все рассказать. Он знает, что делать.
