Узел 002 означал лабораторию искусственного интеллекта «Зеркального отражения». Питер развернулся вместе с креслом, чтобы оказаться лицом к телефону, и нажал на кнопку автоматического набора номера этой лаборатории.
В лаборатории ИИ зазвонил телефон.
— Могу я взять трубку? — спросил Саркар.
Сандра кивнула. Она внимательно смотрела на экран терминала. Множество вхождений обычных слов — так, слово «связь» встречалось уже свыше четырехсот раз, — но пока ни разу не встретились упоминания Хобсона или Ларсена.
Саркар пересек всю комнату, подошел к видеофону и нажал кнопку ОТВЕТ.
Заставка телефонной компании «Белл Кэнада» ушла в сторону. Питер увидел озабоченное лицо Саркара.
— Что… — начал Питер, но это было все, что он успел сказать. За спиной Саркара, поверх его плеча, мелькнул профиль Сандры Фило. Питер немедленно прервал связь.
Фило была там, в «Зеркальном отражении».
Полицейский рейд. Проклятый полицейский рейд.
Питер посмотрел на экран своего терминала, все еще подключенного к узлу 002. Вхождения слова «Хобсон» пока не найдены.
Он секунду подумал, затем стал нажимать на клавиши. Питер начал второй сеанс связи, зайдя в систему под именем пользователя и паролем, который он раньше слышал от Саркара. Затем он зашел в поддиректорию диагностических программ и вызвал список ее файлов. Там были сотни программ, в том числе одна, называемая ТЕКСТЗАМ. Похоже, это то, что нужно. Он вызвал подсказку к этой программе.
Прекрасно. В точности то, что требуется. Синтаксис: искомый текст, текст замены, параметры поиска.
Питер набрал «ТЕКСТЗАМ / Хобсон / Родденберри / ИИ7-ИИ10». Это означало «заменить все вхождения слова «Хобсон» на «Родденберри» в системах искусственного интеллекта с седьмой по десятую».
Программа начала работать. Это был гораздо более узкий поиск — только одно слово — и куда меньшая область поиска — только четыре компьютера вместо сотни с лишним, которые сейчас обыскивала Сандра Фило. Если повезет, эта программа успеет сделать все замены, прежде чем станет слишком поздно…
Консоль пискнула, давая знать, что задание выполнено. Йоргенсон вернулся, не найдя в комнате сканирования ничего интересного. Он посмотрел на экран, затем на Сандру. Тринадцать раз в памяти компьютеров «Зеркального отражения» встречалось слово «Хобсон». Сандра ткнула пальцем в итоговый список.
— Покажите их в контексте, — сказала она.
Два вхождения этого слова в словарной статье «Хобсонов выбор» файла энциклопедического словаря.
Файл имен пользователей, идентифицирующий имя «фобсон» как принадлежащее Питеру Дж. Хобсону.
Компьютерный телефонный справочник с домашним и служебным адресами Питера Хобсона.
И еще девять вхождений, в основном в текстах копирайтов, устанавливающих авторские права «Хобсон мониторинг Лимитед» на разные программы сканирования.
— Ничего, — подвел итог Йоргенсон.
— У него есть допуск к вашим системам? — спросила Сандра, оборачиваясь к Саркару.
— У кого? — отозвался тот.
— У Питера Хобсона.
— Ну конечно. Мы пользуемся некоторыми программами, разработанными его компанией.
— И больше ничего?
— Ну, к тому же еще он мой друг. Вот почему в моем телефонном справочнике есть его домашний адрес. — У Саркара был совершенно невинный вид. — А что вы ожидали найти?
ГЛАВА 41
Кэти Хобсон устала как собака. Она провела в конторе долгий рабочий день, трудясь над отчетом по заказу, выполненному для фирмы «Туризм Онтарио». По пути домой она заехала в супермаркет, но стоявший перед ней идиот, видимо, решил сбагрить кассиру всю свою мелочь. Некоторых людей, подумала она, разозлившись, нужно в приказном порядке заставлять пользоваться кредитными карточками.
Добравшись наконец до дома, она прижала большой палец к датчику замка и так навалилась на него, словно только это и позволяло ей удержаться на ногах. Зеленый индикатор над датчиком мигнул, засов отошел, и тяжелая дверь плавно скользнула в сторону. Она вошла. Дверь закрылась за ней, и замок снова защелкнулся.
— Свет, — скомандовала она.
Свет не зажегся. Она прочистила горло и попробовала снова:
— Свет.
По-прежнему темнота. Она вздохнула, поставила на пол сумки с покупками и стала впотьмах шарить по стене в поисках ручного выключателя. Щелчок, опять безрезультатно.
Кэти прошла в гостиную. Индикаторы видеомагнитофона светились, так что это, похоже, не авария в электросети; наверно, в прихожей просто перегорела лампочка. Она еще раз сказала «свет», но три керамические настольные лампы — Кэти их сделала сама — так и не зажглись.
Кэти покачала головой. Питер то и дело что-то там менял в схемах управления домашними электроприборами, и всякий раз требовалось какое-то время, чтобы все опять исправно работало.
Она опустилась на диван, вытянув перед собой ноющие ноги. До чего же длинный был день! Она прикрыла глаза, наслаждаясь темнотой. Затем, вспомнив о купленных продуктах, заставила себя встать и пойти в прихожую. Кэти снова попробовала щелкнуть выключателем и сказать «свет». Опять никакого эффекта. Она уже собралась было нагнуться за своими сумками, когда заметила телефон на маленьком столике в холле. Рядом с его клавиатурой светился широкий красный прямоугольник. Она подошла поближе. На видеодисплее горела надпись «Линия занята».
А Питера не будет дома еще несколько часов, у него сегодня собрание совета директоров в госпитале Северного Йорка.
Если только…
— Питер! — Ее крик слабым эхом отразился от стен коридора. — Питер, ты дома?
Ответа не последовало. Она сняла трубку и услышала высокие, свистящие попискивания. Модем.
Она снова посмотрела на дисплей. «Абонент неизвестен» — сообщал тот; позвонивший пользователь модема затребовал подавить определение номера вызывавшего.
Боже правый, подумала она. Двойник.
Она с силой хлопнула трубкой по аппарату, затем снова сняла ее и стала часто нажимать на рычаг, надеясь с помощью шума прервать соединение.
Ничего не вышло. У Питера, разумеется, был самый лучший шумоподавляющий модем, да и двойник явно пользовался аппаратурой столь же высокого класса.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
