— Тридцать второй участок, — доложил он.
— Сандру Фило, — попросил Питер.
— У нее сегодня выходной, — бодро отрапортовал сержант. — Кто-нибудь другой может вам помочь?
— Нет, это… это личное дело. Вы не знаете, где она?
— Понятия не имею, — ответил сержант.
— Номер домашнего телефона вы, наверно, не дадите?
Полицейский рассмеялся:
— Вы, конечно, шутите.
Питер оборвал соединение и набрал номер телефонной справочной службы.
— Фило, Сандра, — сказал он и затем продиктовал фамилию по буквам.
— Такой записи нет, — ответил компьютер. Разумеется.
— Фило, А., — поправил он. — Инициал «А» означает «Александра».
— Такой записи нет.
Проклятие, подумал Питер. Но ни один полицейский в здравом уме не захочет, чтобы его домашний телефон оказался в общедоступном справочнике. Если только этот телефон все еще не зарегистрирован на ее бывшего мужа.
— У вас есть хоть одна запись на кого-нибудь с фамилией Фило?
— Такой записи нет.
Питер отключил телефон. Должен же быть какой-то способ связаться с ней…
Городская адресная книга. Он видел такие в публичной библиотеке. Первоначально они предназначались для розыска фамилий людей, проживающих по данному адресу, но теперь, когда все эти книги переведены на компакт-диски, стало столь же просто сделать и обратное, то есть найти адрес по фамилии. Питер позвонил в справочную Центрального филиала Публичной библиотеки Северного Йорка.
— Алло, — ответил женский голос. — Быстрые справки.
— Алло, — сказал Питер. — У вас есть городские адресные книги?
— Да.
— Вы не могли бы дать мне адрес Александры Фило? Пишется Ф-И-Л-О.
— Минутку, сэр. — Молчание. — У меня нет в этих книгах никакой А. Фило. Фактически единственная упомянутая там Фило значится как Сэнди.
Сэнди — вариант ее имени без указания на пол. Как раз такая предосторожность, которую предприняла бы интеллигентная женщина, проживающая в одиночестве.
— Чем она занимается, эта Сэнди Фило?
— Тут написано «гражданская служба», сэр. Как я понимаю, это практически может означать все что угодно.
— Это она. Продиктуйте адрес, пожалуйста.
— Дом двести шестнадцать по Мелвилл-авеню.
Питер записал адрес.
— Там есть телефон?
— Помечено, что этот телефон в справочниках не значится.
— Спасибо, — сказал Питер. — Большое спасибо.
Он выключил телефон. Питер никогда не слыхал о Мелвилл-авеню. Он вызвал на экран дорожный атлас и нашел эту улицу. Она находилась здесь, в районе Дон-Миллс. Не так уж и далеко. Ехать минут двадцать, не больше. Это было безумие, он знал — какая-то параноическая фантазия. И все же…
Он поспешил сесть в машину и выжал педаль газа до упора.
ГЛАВА 43
По пути Питер старался найти неувязки в своей теории, но в результате она становилась все более резонной. У Сандры был выходной день — день, когда она скорее всего будет безоружной. Идеальное время для убийства.
Движение было оживленным. Питер то и дело нажимал на кнопку гудка. Несмотря на компьютеризованную дорожную карту на приборном щитке, он ухитрился свернуть не туда и заехал в тупик. Чертыхаясь, он развернулся и поехал обратно. Он вел машину неосторожно и вполне сознавал это. Но если бы он смог хотя бы предупредить Сандру, сказать, что за ней могут охотиться, — тогда бы она смогла себя защитить. В этом он был уверен. Она же работала в полиции.
Наконец он свернул на Мелвилл-авеню. Номер 216 оказался обычным городским домом. Ничего примечательного. Траву на газоне следовало бы подстричь. Перед входной дверью стоял коричневый фургон Объединенной посылочной службы.
Дорожный знак предупреждал, что парковка на улице до шести вечера запрещена. Питер это проигнорировал.
Он посмотрел на дом. Входная дверь была закрыта. А где же посыльный?
У Питера гулко застучало сердце. Что, если киллер был уже в доме?
Паранойя. Безумие.
И все же…
Он вышел из машины, повозился с замком багажника, достал монтировку, схватил ее обеими руками и поспешил к дому.
Он уже собирался позвонить в дверь, когда услышал доносившийся изнутри шум: что-то грохнуло об пол.
Он нажал на кнопку.
Никакого ответа.
Увидев рядом с дверью высокое узкое окно из матового стекла, Питер ударил по нему монтировкой. Стекло треснуло. Он снова изо всех сил стукнул стальным ломиком, и оно разлетелось на куски. Питер просунул внутрь руку, отпер дверь и распахнул ее.
Его мозг напряженно работал, стараясь понять, что же происходит. Короткая лестница вела из прихожей в гостиную. На верхней площадке лестницы стоял здоровенный мужчина в униформе ОПС. У него в руках был какой-то прибор, напоминающий большой бумажник из серого пластика, а рядом на полу лежала Сандра Фило, без сознания или уже мертвая. Поблизости валялась большая разбитая ваза. Вот что значил шум, который он слышал, падая, она, очевидно, уронила вазу.
Верзила поднял свой странный прибор, нацелил его на Питера.
Питер секунду колебался, затем… Изо всех сил швырнул монтировку. Она просвистела в воздухе.
Мужчина нажал кнопку на своем оружии, но звука не последовало. Питер нырнул вперед и вниз. Монтировка ударила верзилу по лицу. Он отшатнулся и, споткнувшись о Сандру, упал.
В какое-то мгновение Питеру очень захотелось просто убежать отсюда, но, конечно, так поступить он не мог. Вместо этого он бросился вверх по ступенькам в гостиную. Киллер явно был оглушен. Питер подобрал незнакомое оружие, хотя понятия не имел, как им пользоваться, но затем заметил нечто более знакомое — служебный револьвер Сандры, который торчал из кобуры, висевшей на спинке стула всего в двух метрах от него. Питер сунул непонятное устройство в карман брюк и взял револьвер. Стоя посередине комнаты, он прицелился в киллера, который уже очнулся и пытался подняться на ноги.
— Не двигаться! — крикнул Питер. — Не двигаться, или я стреляю.
Верзила потирал лоб.
— Ты не сделаешь этого, дружок. — Он говорил с сильным австралийским акцентом.
До Питера вдруг дошло, что он не знает, заряжен ли револьвер Сандры, а даже если и заряжен, он слабо представлял себе, как из него стреляют. Там вроде должен быть какой-то предохранитель.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
