без него. Транспорты начнут «сыпаться» через три-четыре месяца, для них режим «разгон-прыжок без остановок» верная смерть. Прибавим к этому, что скорость и дальность прыжка у нас берутся по слабейшему, и выходит, что к Планетам мы доберемся не ранше, чем через пять-шесть месяцев…
- Мы можем их держать в технически исправном состоянии… - Наш линкорский инженер, оптимист и фантазер, сам не верил в только что сказанное. – Теоретически…
- Если взять всё состояние кораблей на данный момент, разделить на их количество и повторить то же самое после следующего выхода из прыжка, мы станем свидетелями неприятной тенденции – каждый прыжок будет отнимать от 18% до 25% технического состояния. – В разговор вступил мужчина, который мне жутко не нравился, но…
Торгаш, скотина из скотин, но, блин, умный вояка!
И дело не в почти 410 единицах ФПИ, а в какой-то странной, не поняной мне, интуиции, помноженной на звериное чутье и возведенное в степень удачи.
Тюр Сожжа почесал подбородок и вывел на экран список кораблей-торговцев и проценты их технического состояния, с учетом того, что кое-какие запчасти мы им подкинули и теперь не все так печально…
- Двигательные установки, благодаря запасам «Ипохондпы-2», фактически у всех держатся в пределах 75-79 процентов. – Тюр щелкнул пальцами, выделяя строку «двигатели». – С топливом, спасибо, снова, «Ипохондре», так же проблем нет. Но вот с эмиттерами силовых полей и боезапасом – увы, дела швах. Так же все неладно с энергетикой – некоторые корабли убегали из системы без должного обслуживания, и износ реакторов вполотную подошел к 40%.
Тюр щелкал пальцами, строки подсвечивались и становилось понятно – весь этот караван, отправившийся в бесконечный побег – жуткая авантюра!
И, не попадись им по пути «удобная червоточина», которая сократила им полтора месяца прыжков – каравану этому уже пришел бы кирдык!
- … Весь наш путь, иначе чем «фантастической аферой», я и назвать не могу! – Тюр усмехнулся. – Такого стечения обстоятельств, когда мы прошли через «червоточину», когда на нас выскочила «Ипохондра», когда у «Ипохондры» оказались необходимые припасы – это просто один шанс на миллиард! Это – Удача Удач, но, как мне кажется, свою удачу мы изрядно выбрали и теперь выбор стоит не между «вернуться назад» и «пойти дальше», а продолжить испытывать Удачу или довериться ей? Я за веру в удачу. Я считаю, что при всех вероятностях, назад нам возвращаться нельзя…
УПС…
Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!
Тюр только что беспардонно растоптал все договоренности и теперь, судя по блестящим глазам, исключительно доволен собой.
А народ пойдет за ним.
И я не отпущу их без защиты…
Или – отпущу?
- Устроим голосование? – Тюр повернулся ко мне, желая поиграть в демократию.
Зря он так…
Я прикинул вероятности и…
Облегченно расхохотался!
- Торговые суда могут продолжать свой путь в любую сторону, кроме принадлежащих моей корпорации и ее дочерним предприятиям. – Я еле-еле сдерживал улыбку. – А вот боевые корабли, никто из подчинения Военно-космических сил королевства Минмаатар не выводил и они продолжат путь вместе с «Ипохондрой-2» обратно, к Тай МагКи…
Тюр слегка сбледнул с лица.
Он, видимо, рассчитывал увести полученный рейдер вместе с торгашами, но…
Не судьба.
На данный момент, моих законных прав, и как владельца корпорации, и как капитана с большими звездочками, намного больше, чем у любого желающего «пойти своей дорогой».
Народ за моим столом и на экранах, обреченно вздохнул.
Если у Тюра и были последователи, то сейчас у них начнутся проблемы – искины всех посудин перепрошиты Зои и лояльны исключительно мне, так что…
- А если червоточина закрылась? – Ина повертела в руках высокий стакан с аграфником и отставила его в сторону.
- По пути у нас будут обитаемые миры… - Я пожал плечами, давая понять, что вопрос решенный, и вся эта клоунада была мне нужна исключительно для того, чтобы сразу обозначились самые ненадежные разумные.
И искренне жаль, что первым в коробку с битыми фигурами полетел Тюр Сожжа.
Он мне хоть и не нравился, но, как капитан, был выше похвал…
- Если обратный путь пройдет по обжитым территориям, то у нас будет хороший шанс добрать экипаж и докупить запчасти… - Мой старпом, словно передразнивая меня, почесал затылок. – Но если червоточина до сих пор открыта…
- То с обеих ее сторон нас может ждать что угодно… - Вздохнул я, снова и снова прогоняя вероятности, которые никак не хотели выдавать хоть что-то вразумительное, издеваясь надо мной, словно намекая, что либо я слишком далеко от всех вероятностей, либо что у меня под боком есть нечто, что играет со всеми этими вероятностями, либо…
Я чего-то не замечаю! Что-то, лежащее ужасно рядом с моим носом! Простое, отчетливое и…
- Дэн? – Старпом вздохнул. – Капитан?
- Пофиг на все… - Сказал я, скрепя сердце, решив последовать совету Наполеона, который ему же и вышел боком, в конце-концов. – Бой покажет…
Собрав все свои корабли в кучку, рассчитал траекторию и очередность ухода в прыжок и отправил всем капитанам, закрывая наше совещание, пустое и бесполезное, как вся наша дорога!
Ну, не получается у меня возвращаться, не получается!
И пусть по мелочам все вроде хорошо и даже кошерно, но в общей сумме – тупо, уныло и монотонно!
Реальность, блин!
А еще разгон затянется на пять суток, по самому медленному торгашу-миллионнику, который мы почистили и Зои обновила ПО, от греха подальше стерев все «заводские преднастройки».
Обломки линкора, после недолгих сожалений, решили бросить, размарадерив его до беспредела и спрятав останки на спутнике, среди обломков всего, что не смогли с собой утащить.
Уходящие в прыжок торгаши перемежались вояками, что выйдут из прыжка все равно после нас – «Ипохондра-2» после всех модернизаций оказалась одной из самых быстрых, хотя и не самой быстрой…
- Считаешь, сколько кораблей выйдет в назначенной точке? – Габби, язва, как ножом по сердцу!
- В этом прыжке, скорее всего, выйдут все… - Я вздохнул. – А вот в следующем, недосчитаемся минимум двух торгашей. В третьем, удерет, как минимум, еще пара торгашей и один из крейсеров. После четвертого… Даже и не знаю…
- Может быть, стоило людям дать честный выбор?
- Так же, как мне его дала ты, подтирая память? Или как Карч? Хотя, адмирал был честнее тебя, Габби. – Я скривился, почему-то снова переживая за то, что уже давно прошло и поросло быльем.
