Лорд ветров не заставил себя ждать. Тарион издали увидел его, на этот раз похожего на черную грозовую тучу. Аль-Акир метал молнии. Приближался он медленнее, чем мог бы.
И Тарион решился на отчаянный шаг. Вновь обратиться к Теразан. Ему нечего терять. Лишь вопрос времени, когда Разрушитель доберется до него.
Мать-Скала давно ждала его. Теразан выслушала и тут же, не дав ответа, прекратила общение. Похоже, она всерьез опасалась повторения гнева Аспекта Земли. Тарион ждал, но землетрясений не последовало. Он не знал, радоваться этому или нет.
Аль-Акир клубился недовольным черным туманом. Близость водной стихии злила его, понял Тарион. И возможно, слова Теразан, если Каменная Матерь успела обратиться к нему. Аль-Акир медлил. Тарион ждал. Ветра безжалостно хлестали его, обжигая морозным холодом.
… «Кто ты?» — наконец, спросил лорд воздуха.
Что ему было ответить на это? И какая правда не разозлит Аль-Акира еще сильнее?
… «Я хочу поставить на место лорда огня, — ответил Тарион. Теперь уже все равно, если Рагнарос слышит его. Огонь последний в его списке. Быть или не быть. — Слишком много почестей ему в мире стихий».
… «И для этого я должен объединиться с Пыльной Матерью и Величественной лужей Азерота?»
… «Ваши взаимные распри позволили Рагнаросу одержать над всеми вами вверх. Он слишком силен, и это вы позволили ему стать таким. Он веками стравливал вас троих между собой. Вам надо объединиться для удара по нему. Только для этого».
… «Хорошо. А для чего нам нужен ты, черный дракон?»
… «Провести огонь не просто. Особенно другому Лейтенанту. Черному дракону это сделать проще. Рагнарос последний из вас, кто все еще идет на поводу у Сумеречного Молота».
… «А что ты обещал смертному шаману? Он, не переставая, бубнит в твою защиту».
Тарион осекся. Проклятье, а Траллу-то что от него нужно? Теразан, вспомнил он слова Нептулона, он слишком долго общался с Теразан и перенял ее манеру речи. Тралл может не знать всего, но от него не скроешь перемены в настроениях стихий. Он сильный шаман, как-никак!
… «Обещал, что стихии подумают о новом договоре со смертными шаманами Азерота, — наобум сказал Тарион. — Этишаманы, ты же понимаешь. Никуда от них не деться».
… «Мне ли этого не знать, — кажется, вздохнул Аль-Акир. — Совет на будущее. Чтобы другие стихии не слышали, когда ты говоришь о них, не используй настоящие имена. Так ведь, Свеча Тщедушная?».
Это он о Рагнаросе, кто бы мог подумать.
… «Спасибо, я учту».
… «Когда настанет час, позови», — сказал лорд ветров и растворился в воздухе, как будто его и не было.
* * *
Они сидели рядом на скалах, река потихоньку оттаивала. Малфуриона не было видно. Нептулон исчез, и последнее, что он передал Траллу, что Тарион вернется с минуты на минуту.
Тралл откашлялся:
— Тарион? — хрипло сказал он. — Почему его имя мне знакомо?
— Однажды ты виделся с ним, Тралл, — ответила Джайна.
— Что? Когда? Я бы запомнил встречу с черным драконом.
— Он был в облике человека. Он передал тебе мою записку, в самом начале моего морского путешествия.
Странный посланник! Теперь понятно, как он умудрился так внезапно увильнуть из-под носа Тралла у стен Оргриммара. Еще бы! А он едва голову не сломал, вспоминая, была ли у посланника леди Праудмур лошадь и куда они оба в таком случае запропастились. Однако это проясняло одно и тут же усложняло второе — а как, собственно, этот мальчик вообще очутился в прошлом, возле Оргриммара?
В небе появился черный дракон. Тралл заметил, как зачарованно Джайна наблюдает за его полетом. Он легко приземлился на самом обрыве и тут же принял облик человека.
До этого мига Траллу казалось, что за этот долгий день уже ничто не способно удивить его. Он ошибался. Скорее ничто из произошедшего не могло сравниться сейчас с тем ошеломлением, граничащим с ужасом, которое овладело Траллом.
Верховный друид появился из-за деревьев и тоже наблюдал за приближением черного дракона в облике человека.
— Понял, наконец, — услышал Тралл слова Малфуриона.
Не глядя на них, Тарион опустился рядом с Джайной.
— Ты в порядке, мама? — спросил он.
Она кивнула и провела рукой по его черным, как смоль, волосам. И по правому предплечью. Ниже старого, уже затянувшегося ожога, виднелась свежая рана. Она кровоточила.
— Пустяки, — сказал Тарион.
— Знаю, — кивнула Джайна.
Тралл в это мгновение понял если не все, то очень многое. И осознание истины вышибло из него дух, он окаменел, стал еще одним валуном на скале.
— В следующий раз это может быть сам Смертокрыл, — сказал Малфурион. — В Азероте для тебя нет безопасного места.
Тарион был черным драконом, и для Малфуриона уже это могло перечеркнуть все остальные достоинства, которыми обладал мальчик. Но когда дело коснулось стихий, Тралл понял, что не простит себе, если не вмешается. Тарион многое значит для стихий Азерота. Он учится на собственных ошибках. Сам. В этом мире некому больше обучить его.
Но Тралл может помочь ему.
— В Подземье нет Культа, — задумчиво сказал Тралл. — Теразан Мать-Скала недвусмысленно дала понять, что отныне ни один из культистов не ступит на ее земли. Тарион будет там в безопасности. У нас будет время решить, как поступать дальше.
Малфурион должен согласиться, ему важно отправить Тариона и не иметь неприятности, которые будут преследовать этого мальчика, где бы он ни находился. Тралл верил, что отправить Тариона именно в Подземье к Матери Скале это правильное — и по многим причинам, — решение. Малфуриону не обязательно было знать обо всех последствиях этого поступка, лишь главное — тот, кто может помешать ему и кого следует оберегать и защищать, хотя бы из уважения к Джайне, будет находиться от него так далеко, как это возможно. А если с Тарионом случится что-нибудь в Подземье, то вина будет на Тралле, это ведь его предложение.
— Что скажешь, Джайна? — спросил друид волшебницу.
Джайна знала, что ему предначертана непростая судьба.
— Я считаю, это правильное решение, Малфурион. Тариону будет безопасней в Подземье.
Малфурион знал обо всем с самого начала, теперь Тралл в этом не сомневался. Еще когда явился за ним в Подземье. Возможно, Джайна догадывалась, поэтому решила рассказать Траллу обо всем несколько заранее, подготовить его к этому разговору. Малфурион был другом не одной только Джайны, подумал Тралл. Королева драконов высоко ценила непримиримого борца со злом, каким всегда был Малфурион. И ничто его не изменит. Джайне не будет снисхождения.
Джайна заговорила ровным голосом, ничем не выдавая себя. Но она тоже понимала происходящее, также кристально ясно, как и сам Тралл.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
