загрузившись в кэб, Тодор назвал водителю адрес. Как оказалось, по этому адресу в северном Лондоне располагался уютный отель.
– Так какие планы на сегодня? Будешь знакомить меня со складовщиком?
– В общем смысле, да, ты познакомишься с исключительным складовщиком и его работой.
– Так мы направимся в Британский музей?
– Молодец, понял, на что я намекал. Да, мы посетим его, только позже. Часов после восьми.
– А он ещё будет работать в это время?
– Надеюсь, что нет. Всё-таки мы собираемся немного ограбить его.
– Ограбить?!
– Ты ещё громче покричи. Нам надо одолжить некоторые вещи, которые не так ценны для музея, как для нашей миссии.
– Я что-то запутался, что мы там можем найти ценного для нашей истории? Вроде бы в качестве артефакта, ты говорил, мы будем создавать предмет, принадлежавший семье Матешица и указывающий на то, что их семья исповедовала выдуманный нами культ.
– От этих слов я и не отрекаюсь. Этим мы займёмся в Стамбуле. Старик Фуркан будет рад поболтать с тобой. Но твоя подружка подкорректировала наши планы. – Тодор помахал в воздухе записками Кэролайн, которые из-за постоянного их перечитывания уже начали приобретать благородные потёртости. – Она сделала несколько великолепных набросков и описала содержание древних восточных глиняных табличек, на которых будут рассказаны нужные нам легенды. А Британский музей как раз и славится своими коллекциями, привезёнными из актуальных нам мест. Я просто не могу упустить такую возможность.
– Но всё-таки, ограбить?
– Расслабься. Вечером совместно с моим коллегой мы объясним квалификацию нашего предприятия. И уверяю тебя, ты поймёшь, что наше скромное мероприятие не заслуживает столь громкого определения. Потрать имеющееся время на отдых и подготовку к нашей вылазке. Прежде всего я имею ввиду моральный настрой. В конце концов, ты же американец, в тебе должен жить авантюризм Дикого запада. Даже у меня от нетерпения почему-то зачесался живот, а ты вообще должен диким козлом скакать по комнате.
– И что мы будем делать теперь? – Джон решил найти позитивный момент в этой ситуации, и его вопрос воплощал надежду, что у него появится возможность выплеснуть на наставника новую порцию вопросов о братстве.
– Мы? Ничего. Ты остаёшься здесь, а я хочу навестить пару старых знакомых, прошвырнуться по парочке пабов и повспоминать старые добрые деньки. Сразу предупреждаю, тебя на эту ностальгическую встречу я даже не думаю приглашать.
Джону пришлось смириться со своим положением. Перед уходом Тодор заглянул к нему и опять напомнил о том, что Джону не рекомендуется покидать гостиницы. После того как наставник закрыл дверь, Морган очутился в необычной версии личного ада. Мысль о том, что он менее, чем через десять часов, направится нарушать закон, заполнила всё его существо и умудрилась даже вытеснить мысли о Кэролайн.
***
Последний участник собрания занял причитающееся ему место. Это был Хорхе Вальдано. Ему было немногим больше сорока лет, которые были разделены между его родиной в Аргентине и местом его работы во Флориде. Он чувствовал себя неуютно в этой компании. От напряжения на его лысине выступили капельки пота. Он нервно косился на троих представителей Чёрного отряда и думал о том, что многое бы отдал за то, чтобы оказаться как можно дальше от этого места. Но правила братства в этом вопросе были чёткими и не допускали вольной трактовки. Если в братстве обсуждаются вопросы связанные с объектом их заботы, на такой встрече обязаны присутствовать представители всех цехов, а особенно представитель цеха мечтателей. Пусть даже этот мечтатель стал им всего пять лет назад и теперь работает в небольшом рекламном агентстве. Он в очередной раз дал себе обет, больше никогда не позволять жене с дочерьми выбирать место для их отпуска. Конечно, в Лондоне неизбежно должны были быть и другие, более заслуженные представители профессии мечтателей, но ему в лицо усмехнулась судьба и он оказался в неправильном месте в неправильное время. Остальные братья увидели в этом возможность сэкономить время и воспользовались ею.
Его мысли прервал брат их Чёрного отряда.
– Кворум собран, и можем обсудить сложившуюся ситуацию. Собранные нами сведения тревожны. Родриго Клеменсо развил бурную деятельность и даже лично прибыл в Англию. Наши надежды на то, что он образумится и отступит, не оправдались. Более того, он нашёл контакт с другой стороной и, похоже, смог напрямую пообщаться с ними. Мы слишком долго тянули с принятием решения, и теперь Она может оказаться под угрозой. Мы должны обсудить возможность Её перемещения в новое место.
– Да, как это в духе Чёрных. Признать свою ошибку и тут же начать совершать новую.
Как понял Хорхе, это был представитель цеха учёных.
– А может это вам, пыльникам, не хочется выпускать Её из своих лап? – один из Чёрного отряда не сдержался.
– Мы, пыльники, – голос учёного звучал саркастично, – уже давно предлагали разработать планы именно на такие случаи. Но как-то раньше мы не получали поддержки в этом вопросе.
– Прошу всех успокоиться, – вспыхнувшие эмоции пригасил ведущий в тройке из Чёрного отряда. – Собраться для обмена колкостями мы сможем и после кризиса. А теперь я как представитель цеха хранителей, могу сказать, что мы в сложившихся обстоятельствах не можем гарантировать Её безопасное перемещение. Это не значит, что мы не должны обсуждать этот вариант, но мы должны иметь ввиду возможные риски.
Один из собравшихся не удержался и фыркнул.
– Да, Виктор, мы помним, что ты пару месяцев назад предупреждал нас о грозящих проблемах. И да, мы совершили ошибку, когда не прислушались к тебе. Если тебя это порадует, я даже готов написать тебе бумагу об этом. Но сейчас мы хотели бы услышать твой план и узнать, как мы можем тебе помочь.
– Для начала я хочу отметить, что в данном месте и времени я зовусь Тодором. А во-вторых, с чего, Лю, ты решил, что у меня есть какой-нибудь план?
– Для начала я не понаслышке знаю о твоём упрямстве. И то, что мы не прислушались к тебе, не означает, что ты сидел сложа руки. А во-вторых, тебя выдает слишком самодовольная для такого случая ухмылка.
– Ха, ты поймал меня за жабры.
– Так в чём состоит твой план, и чем братство может тебе помочь?
– Благодарю за предложенную помощь, но я отказываюсь от неё. Серьёзно. Я составлял свой план, не принимая в расчёт то, что братство в последний момент признает масштаб надвигающейся на нас задницы. Всё, что мне было необходимо, я достал самостоятельно. Всей поддержкой, без которой мне не обойтись, я уже озаботился. Так что мне нечего у вас просить.
– Ну тогда хотя бы просвети
