приняла его довод в штыки и еще долго не желала признавать своей неправоты. А когда узнала, что у Ани до Сергея уже был парень, да еще и с более чем сомнительной репутацией, то и на этот счет не преминула высказаться в резко-критической форме. Имелась у нее такая малоприятная особенность — судить о других исключительно «со своей колокольни» и не всегда держать собственное мнение при себе.
Когда мама Сергея забрала к себе больную бабушку и ее однокомнатная квартира в соседнем доме опустела, Юлька напросилась туда заселиться: ей давно уже хотелось пожить самостоятельно, без матери и младшего брата; к тому же квартира находилась рядом с вокзалом, и отсюда Юльке было проще ездить в университет.
Сергей было заикнулся, что он вообще-то тоже хочет переехать в бабушкину квартиру вместе с Аней, однако родители выразили категорическое несогласие. Они резонно заявили, что сейчас Сергею надо готовиться к получению диплома, а не отвлекаться на посторонние дела. Вот окончит университет — тогда пожалуйста. Пришлось смириться. Но каким же мучительным показался этот последний год учебы! Под конец преддипломной практики свидания с любимой происходили не чаще, чем раз в три дня...
Поэтому, как только Сергей защитил диплом, сразу же заявил родителям: всё, баста, теперь мы с Аней будем жить вместе! Мать с отцом, очень довольные успехами сына, на этот раз и не думали возражать. Более того — даже согласились съездить все вместе к Аниной маме, чтобы уговорить ее на этот переезд.
В итоге Юльке пришлось освободить квартиру и опять вернуться к матери, что после целого года отдельного проживания показалось ей страшно несправедливым. И она, естественно, не замедлила высказать по этому поводу свое субъективное мнение — ляпнула по простоте душевной, что двоюродный брат ее «выгнал», а Аня «приехала и захапала чужую квартиру». Сказала — и забыла. А Сергея это в очередной раз покоробило.
Впрочем, Юлька довольно быстро стала относиться к молодой паре вполне доброжелательно — частенько заходила проведать, а с Аней потом и вовсе сдружилась, ездила вместе с ней в Барнаул на учебу (обе тогда еще только перешли на пятый курс). Но у Сергея с тех пор осталась в душе вяжущая оскомина: он опасался, что в один прекрасный день сестрице опять ударит в голову что-нибудь отчебучить, — поэтому не очень-то стремился к тесному общению с ней. А Юлька, казалось, ничего не замечала — такой уж своеобразный был у нее характер...
Тут старпом вздрогнул и прислушался: не померещилось ли? Нет, всё правильно: с левой стороны доносятся голоса.
Осторожно выглянул из зарослей. И сейчас же увидел себя самого, Леху и Юльку. Все трое стояли метрах в тридцати выше по руслу и глазели на цепочку следов, что начиналась у берега в том месте, где «охотник» устремился в погоню за бобром.
Когда они направились к месту схватки, Сергей нырнул обратно в укрытие.
— Это что, кровь? — услышал он возглас сестры. — Господи, что тут произошло?..
Он все-таки не выдержал — снова осторожно высунул голову и принялся наблюдать за знакомой уже сценой. И всё время, пока троица изучала следы, пока Леха выдвигал свои предположения, Сергея не отпускало уже знакомое чувство, будто он смотрит отснятое кем-то видео с собственным участием. Только уж очень реалистичное — с эффектом присутствия...
— Ты хочешь сказать, что наши с Юлькой копии, которые здесь наследили, сейчас сидят где-то неподалеку и ждут, пока мы свалим?..
Сергей вновь пригнул голову, притаившись, чтобы ненароком не заметили.
Наконец его двойник решительно направился по цепочке следов обратно к правому берегу.
Юлька же еще немного пообнималась с Лехой, они поцеловались напоследок — и сестра стала подниматься на левый берег. Капитан стоял и смотрел ей вслед.
И тут Сергея словно под бок кто-то пихнул: так она ж аптечку не взяла! Он едва удержался, чтобы не окликнуть сестру. А она обернулась, помахала Лехе.
Старпом недоумевал. Как же так? Ведь аптечка в рюкзаке осталась! А Юлька вот-вот скроется в зарослях. Что же делать?
И тут до него дошло: ведь двойник-то его уже ушел — можно вылезать из кустов. Он поспешно поднялся на ноги, замахал рукой, привлекая внимание спутников. Юлька как увидела его, так и обомлела. Сергей знаками показал сестре, чтобы подождала уходить, и стал осторожно спускаться вниз, опираясь на копье.
Леха застыл как вопросительный знак.
— Серый, что за дела? — спросил он, когда товарищ подковылял ближе.
— Кое-что пошло не так, как ты предсказывал, — скривил усмешку Сергей. И снова махнул Юльке: — Иди сюда!
Сестра, ничего не понимая, стала спускаться обратно. И тут заметила, что штанина у брата в крови, охнула.
— Что случилось? Ты поранился? — она встревоженно подскочила к нему. — Дай я посмотрю!
Сергей отмахнулся.
— Да ты посмотрела уже! Возьми аптечку и иди в лес.
Ресницы у Юльки недоуменно колыхнулись.
— Меня покусает бобр, — торопливо стал объяснять Сергей. — Ты меня перебинтуешь. Поэтому возьми с собой аптечку. Только быстрее, не задерживайся!
Сестра всё поняла — метнулась к рюкзаку, вытащила белую коробку.
— Ну всё, я побежала!
— Давай, удачи! — махнул ей Леха.
Юлька быстро скрылась в зарослях.
А капитан глянул на друга, качнул головой.
— Я смотрю, в нашем инвалидном полку прибыло. Пойдем, Чингачгук, присядем — расскажешь подробно о своих подвигах.
Они устроились на обломке ивового ствола, и Сергей поведал товарищу обо всем, что с ним приключилось.
— Да, бобр оказался с характером! — беззвучно смеясь, проговорил в ответ Леха. — Хорошо, что ты его всё ж таки завалил — не зря пострадал. Осталось только Юлико дождаться. Эх, и наедимся сегодня мяса! И плевать, что соли нет!
Сергей и сам сглотнул подступившую слюну, прислушиваясь к томным позывам желудка. Невольно вспомнилось выраженьице из гоголевского «Вия»: «Ей-богу, в животе как будто кто колесами ездит...»
Из кустов выглянула Юлька. Леха увидел ее, оживился, радостно помахал.
— Юлико! Спускайся к нам. Бобра только не забудь.
Однако спутница помотала головой. Вид у нее был растерянный.
— Что-то случилось? — капитан схватил костыли, встал на ноги.
— Ничего не происходит, — плечи у Юльки дернулись. — Я никуда не переместилась. Второй раз уже сюда возвращаюсь — а тут всё по-прежнему.
— Странно, — отозвался Сергей, тоже встав. — У меня сразу получилось, как только в лес зашел... — Он озадаченно нахмурился.
— Может, мне на тот берег пойти?
