вызовет болевой шок. При этом почему-то захватил только две каски, одну надел сам, вторую отдал Коростину. Ещё имелись два прибора ночного видения, архаичные, но вполне рабочие.
Ехать решили в ночь, фары не включали, за руль сел инженер, надев при этом ПНВ, второй прибор был у Винокура, который засел с пулемётом в башенке. Внутри жилого отсека теперь было тесно, спальное место осталось только одно, остальное завалили оружием и боеприпасами.
Этот участок дороги считался относительно безопасным, впереди даже имелись относительно цивилизованные поселения, впрочем, с учётом того, что группа писаных встретилась на пятьдесят километров севернее, существование этих анклавов сейчас под большим вопросом. Люди, что там проживали, имели небогатый выбор. Или покориться наступающей армии Тьмы, или спрятаться на время (наверняка у всех подготовлены схроны в глуши на такой случай), предоставив армии перебить всех сектантов, или двинуть на север, чтобы спрятаться за широкой спиной той самой армии, заодно вернувшись в лоно цивилизации.
Увы, ближе к утру мы выяснили, что эти, казалось бы, логичные ходы, остались недоступными для людей с дикой территории. Как раз на рассвете один такой анклав, напоминающий небольшой посёлок за стеной из бетона, старательно отбивал осаду.
Отбивал — это громко сказано. С обеих сторон гремели редкие выстрелы, а маги писаных отрабатывали по стенам магией. То тут, то там, вспыхивало синее пламя, которое быстро опадало, но, судя по крикам из-за стены, кое-какой урон наносить получалось.
Звук нашего двигателя они услышали слишком поздно, а потому подлетевшая на полной скорости многотонная машина буквально смела ряды атакующих вместе с их хилыми укрытиями. Оставшихся перемололи ураганом огня из автоматов через бойницы, выжили только пять или шесть человек, которые быстро убегали в лес, прячась за складками местности. Башкин, который сидел за рулём, подкатил к самым воротам, которые закрывал стальной лист.
Некоторое время стояла тишина, потом хриплый голос с той стороны стены крикнул:
— Кто там, в машине?
— Люди, — отозвался Башкин, открыв лобовой бронещит.
— Вижу, что люди, — сказал бородатый мужик в заношенной военной форме с автоматом в руках. — Откуда взялись? Я думал, что тут уже нет никого.
— Я тоже так думал, но теперь вас увидел, — сообщил учёный, открыв дверь и спрыгнув вниз. — Почему не сбежали?
— Так не успели мы, — виновато развёл руками мужик. — Основные силы два дня, как ушли, я тут на хозяйстве остался, прихватить нужное, да тоже бежать. А они нагрянули.
— Давно напали?
— Да часа два назад, они время тянули, я знаю, что следом большая орда идёт. Вот и перекрыли нам выезд. Нам полчаса не хватило, а то бы уже в пути были.
— Ну, раз готовы, то и валите, пока поздно не стало. Патроны есть у вас?
— Десятка три осталось, — мужик скептически посмотрел на свой автомат. — Ну, и к ружьям полсотни.
— Ещё автоматы есть? — спросил сверху Винокур.
— С десяток, а толку-то?
— Дима, — офицер постучал по верхнему бронелисту. — Сбрось им пачек пять-шесть. А то не пробьются.
Отсчитав семь бумажных пачек с патронами к автомату, я протянул их в окно, отдав подскочившему худощавому пареньку. Тот бережно завернул их в мешковину и унёс обратно. Обитатели лагеря, надо отдать им должное, тянуть не стали, ворота открылись, наружу выехал автобус, слегка укреплённый листами жести. Опять же, женщин и детей внутри не было, видимо, их эвакуировали в первой волне. Зато имелись раненые, человек пять тяжёлых, понятно было, что до безопасного места довезут не всех.
— Откуда про орду знаешь? — спросил Башкин у вожака, то ехал отдельно, на мотоцикле «Урал» с коляской, где сидел автоматчик.
— Разведка передала по рации, твари сейчас у Брода, километров сорок, ну, теперь-то ближе. Орда большая, рыл, наверное, с тысячу. Писаные там, и люди тоже.
— Пешие?
— Да, пешие, только телеги с собой, оружие есть, но немного, думаю, с патронами у них тоже плохо. На такой махине прорвётесь. Наверное.
— Ну, спасибо, — Башкин бросил ему ещё две пачки патронов, тот с благодарностью принял их и сунул в карман куртки. — Поторопитесь, их группы на севере есть, можно нарваться.
— Да знаю я, — отмахнулся мужик. — Прорвёмся как-нибудь, и вам того желаю.
Он махнул рукой на прощание, после чего дал газ и отправился догонять автобус.
— Все всё слышали? — уточнил Башкин. — Теперь так: Эдуард Фёдорович садится за руль, водитель нужен свежий. Вам, Вячеслав Игоревич, предлагаю смениться тоже или выпить таблетку для бодрости, по моим подсчётам, вы уже двадцать восемь часов на ногах.
— Таблетку, — решил Винокур.
— Ну, а остальные — к бойницам, нужен будет ураган огня.
Бойницы в бортах позволяли вести огонь по диагонали вперёд, к ним встали Немой и я, пришлось сменить свой карабин на автомат. К задним встали Марина и Башкин, первый приготовил дробовик, вторая собиралась отстреливать погоню из снайперки, благо, размер бойницы позволял это. Помимо дроби, учёный приготовил несколько гранат, вкрутив в них запалы. Со стороны могло показаться, что машина наша несокрушима, но при столкновении с ордой в тысячу человек ни в чём нельзя быть уверенным. А от мысли, что нам могут пробить колесо прямо посреди толпы врагов, становилось дурно.
Относительно спокойная поездка длилась около часа, что, даже с учётом многочисленных поворотов, было гораздо больше озвученных сорока километров. Я уже подумал, что орда пошла другой дорогой, а мы проскочим незамеченными, но тут раздалась громкая команда Коростина:
— Приготовиться!
Я выдохнул. Как говорят, ожидание праздника хуже самого праздника. Пальцем переключил переводчик в среднее положение и приготовился нажать на спуск. Орда встретила нас сразу за поворотом. Двигатель они, наверное, слышали, но среагировать почему-то не успели.
Столкновение с массой живых тел (которые при этом быстро становились мёртвыми) ощущалось, как средней силы толчок, после которого машина начала слегка буксовать, перемалывая колёсами подобие грязи, хотя все мы знали, что это не грязь. Даже в узкую бойницу я разглядел, как во все стороны брызжет кровь.
В этот момент сверху ударил пулемёт, да и передо мной появились цели, фигуры в мешковатых балахонах, что разбегались в стороны. Возблагодарив судьбу, что передо мной не люди, а писаные, более того, их воины, полностью покрытые татуировками, я вдавил спусковой крючок. Длинная очередь прошлась по спинам, часть падала сразу, часть только дёргалась и продолжала бежать. Отбежав на приличное расстояние, они разворачивались и пытались стрелять из арбалетов и кастовать что-то магическое.
Но машина продолжала двигаться вперёд, теперь уже не приходилось ехать по телам, те, кто шёл в задних рядах, расступились. Длинный магазин упал вниз, больно ударив по ноге, второй я перед этим засунул
