Читаем без скачивания Ад на земле (СИ) - Вики Филдс

Аххх….

Из горла вырывались хрипы.

Аххх…

Ее тело сковывала боль, словно проводилась операция на жизненно важные органы без анестезии. Кристина закричала, корчась на постели. Ее хрупкие, но сильные руки сжали постынь в кулак. Через минуту крики превратились в стоны и слабое всхлипывание.

Боль отступила так же внезапно, как и появилась.

Кристина затаила дыхание на целых тридцать секунд, боясь новой вспышки. Щеки жгло от солоноватых слез, в горле пересохло.

Ничего не происходило.

Кристина была изумлена, ведь чувство было такое, словно ей все привиделось. Будто никто не пытался вскрыть ее тело заживо, будто у нее не было никакого приступа.

Она с трудом разжала пальцы – они одеревенели и не слушались – и медленно потянулась к молнии на мотоциклетной куртке.

Это будто бы было сигналом: боль вернулась. Пронзила ее тело насквозь, словно раскаленный прут. Вжалась в виски, желая проникнуть в череп, забралась под кожу, миллиметр за миллиметром отрывая ее от мяса.

Кристина завопила. Дикий крик смешался со слезами, такими обжигающими и горячими, какими они не были никогда. Уж она много чего пережила.

− НЕТ! Нет, нет, НЕТ!!!

«Что со мной?».

Аххххх….

Как больно.

Это больнее чем сотни наказаний, которые ей пришлось вытерпеть за всю свою жизнь.

Что-то происходило и с наружи, и внутри нее самой.

− Кристина! Кристина, очнись! Не теряй сознание!

Кто-то взял ее за голову, отбросил прилипшие ко лбу волосы назад и провел ладонью по волосам. Это отец? Это Дрейк? Все смешалось.

− Что…

− Кристина! Открой глаза. Я прошу тебя, открой глаза. Ты не можешь умереть, все не так…

Кристина со второй попытки открыла глаза, но ничего увидела – лишь темноту. И в темноте странный белый свет, который манил ее вперед. Ее тело было податливым и этот кто-то, кто настойчиво говорил с ней, не повстречав сопротивления, быстро стянул с нее верхнюю одежду, затем джинсы и, подхватив на руки одним рывком, понес неизвестно куда.

В голове и ушах до сих пор был непонятный шум, который мешал думать.

Она уже ничего не понимала, лишь хотела, чтобы неясная, ослепляющая боль прекратилась.

Наверное, она умирает.

Ее голова безвольно лежала на плече человека, сотканного из света.

Она больше не дышала. Она больше не двигалась. Значит, она умерла.

Тогда почему она ощущает прикосновения этого незнакомца?

Ее безвольное тело, наполненное светом, погрузилось в ледяную жидкость. Голова была тяжелой, но чьи-то руки не позволили уйти ей вниз, под воду.

Неужели этот человек считал, что вода спасет ее от смерти?

− Кристина, послушай меня. Кристина, ты не умираешь. Ты не умираешь. Не уходи. Прошу тебя, не бросай меня. Кристина, не уходи, открой глаза.

Ее веки были словно свинцовыми, но неожиданное любопытство пересилило боль, и она открыла глаза. Голова по-прежнему была в ладонях этого человека. Его руки не позволяли ей дезориентироваться в пространстве, заставляли смотреть в его серые, как пасмурное небо, глаза, в мягкое сопереживающее лицо.

− Ты ангел? – спросила девушка, разлепив губы с запекшейся кровью. Именно этот вопрос она хотела задать. Не что с ней и что будет дальше. Не почему она лежит в ванной в нижнем белье, погруженная полностью в воду.

− Я Лиам.

− Я умираю, – зачем-то поставила Кристина в известность ночного гостя. – У меня внутри кровь. – Словно в доказательство ее слов, с нижней губы закапала кровь прямо в воду.

− Ты не умрешь, Кристина. – Этот парень, Лиам, наклонился к девушке и, совсем не боясь запачкаться в крови, мягко и аккуратно поцеловал ее в щеку, касаясь уголка губ.

***

Наши дни

Утром в шесть двадцать девять раздался звонок из женского монастыря.

Лиам мгновенно проснулся и ответил. Звонила сестра Мария, и она бодрым голосом сказала, что сестра Изабелла готова их принять. Почему в такой ранний час никто не стал объяснять, а Лиам не стал спрашивать. Он сказал, что через час и сорок минут они будут там и разбудил Кристину.

− Что еще? – буркнула она сквозь сон, кутаясь в одеяло и даже не открывая глаз.

− Звонили из монастыря, они ждут нас.

Кристина открыла глаза.

− Одевайся, Кристина.

Лиам назвал ее по имени таким тоном, что сразу стало ясно: шуткам пришел конец. На Кристину сразу обрушилось все: Аура в психушке, а Кристина сейчас встретится с ее биологической матерью. Вчера все это казалось страшным сном, который длился около двух лет, но сейчас все обрело более реалистичные формы.

Ни одно из своих ощущений Кристина не озвучила, потому что не хотела расстраивать Лиама.

Перекинувшись едва ли парой слов, они выписались из номера, сели в машину и, преодолевая снежные заносы, выехали на главное шоссе, с которого им придется свернуть через шестьдесят минут, чтобы заехать в лес – туда, где находится женский монастырь.

Только-только рассветало, но небо по-прежнему оставалось серым, а над лесом – черным. Приближалась буря и совсем скоро снег превратился из мелкой едва различимой крупы в огромные хлопья.

Лиам встревоженно включил стеклоочистители.

− Что тебя беспокоит? – спросила Кристина, нервно глядя на друга. Она сама ощущала в душе непонятную тревогу.

− Не знаю. Словно сама природа не желает, чтобы мы достигли цели.

− Тогда может не стоит туда ехать? – в голосе Кристины слышалась слабая надежда.

− Мы не можем, − Лиам твердо глянул на подругу. − Мы должны быть там, чтобы контролировать ситуацию. Изабелла снова может попытаться убить Ауру.

Кристина зло хмыкнула:

− Вы заперли ее в психушке, так что до нее никто не доберется, тем более Изабелла. Она никак не выберется из монастыря.

− Ты удивишься… − Лиам не договорил, потому что неожиданно они услышали поразительный, оглушающий хруст.

Пространство раскололось на тысячи кусков, когда на дорогу прямо перед ними упало огромное дерево. По асфальту рассыпались льдинки, сверкающие в свете фар словно бриллианты.

Кристина вскрикнула, вжимаясь в сиденье, а Лиам ударил по тормозам, но машина проскользила по дороге еще несколько метров. Когда изогнувшиеся ветви дерева были в опасной близости от лобового стекла, автомобиль, наконец, остановился.

Несколько секунд парень шокировано смотрел на дорогу, затем быстрым взглядом оценил Кристину:

− Ты в порядке?

Она медленно кивнула, судорожно выдыхая.

− Я очень испугалась. Что произошло?

− Как я и сказал, сама природа хочет помешать нам.

Лиам вышел из машины и направился прямиком к дереву. Кристина неуклюже выбралась вслед за ним. До ее ушей донесся его снисходительный, злой смех.

− Лиам, не смейся. Мне страшно.

− Ты и должна бояться, – он обернулся и внимательно посмотрел на подругу. – Мы должны поспешить в монастырь. Я боюсь мы можем не успеть.

− Успеть? Что?

− Изабелль уже может не быть.

***

Больше никто не звонил из монастыря, и никто не отвечал на звонки. Лиам беспокоился:

− Больше нет времени, − повторял он, заставляя Кристину нервничать все сильнее и сильнее. Она вжалась в сидение и покусывала внутреннюю сторону щеки.

На въезде в лес пришлось снизить скорость – машина постоянно подскакивала на кочках, разбрасывая вокруг себя снег. Лиам, чувствуя нервозность девушки сидящей рядом, мог лишь сказать ей не беспокоиться и сжать ее пальцы.

− Что мы будем делать потом, когда поговорим с Изабеллой? – спросила Кристина, чтобы как−то отвлечься от тревожных мыслей.

− Мы останемся с ней, − ответил Лиам. Его трясло из стороны в сторону, когда машина подскакивала на ухабах.

− Зачем? – Кристина уставилась на парня, широко открытыми глазами. Перспектива остаться рядом с Изабелль ее не обрадовала.

− Мы должны проследить, чтобы она не выбралась из монастыря. Мы останемся там, чтобы сдерживать ее безумие. Кэмерон считает, что мы с тобой способны убедить ее оставить Ауру в покое, но я так не думаю. Этот план она вынашивала с самого рождения Ауры и не отступится от него.

− Почему мы не можем все рассказать Ауре?

− Потому что ты знаешь, как она поступит. Аура хотела убить Рэна, ты ведь помнишь. Ты знаешь, что это значит. Все это усугубилось в ту ночь, когда Рэн пошел за ее дневником на озеро. Труп мужика, который ее преследовал, оказался на нашем дворе в качестве предупреждения, и я знаю, кто это сделал. Мы все знаем. Осталось еще немного, Кристина. Еще немного потерпи.

− Зачем? – тихо рассмеялась Кристина, но ее смех не был веселым. – Это ведь никогда не закончится. Когда-нибудь Аура узнает, что мы сделали, и тогда все изменится. Мы не можем все время ее прятать. Всегда будет кто-то, кто захочет забрать ее у нас. И они будут сильнее предыдущих.