И она не задержалась...
Отлетела и запрыгала по камням голова в клыкастой маске, затем ударила мне в лицо кровь из чьей-то перерубленной руки, затем мелькнула новая страшная рожа и тут же пропала – струя из обрубка шеи взметнулась мгновением позже... Ничего никуда не уходит. Все остается с нами... Впереди был Тул-Багар. И я снова шел к нему по трупам. По уши в крови.
В нашу реальность, в болота Уорлога меня вернул вопль Мооруна:
– Сай-саг΄гана Хигарт! Сай-саг΄гана Хигарт!
Противники кончились. Противники лежали под ногами грудами изрубленного мяса... Оставалось воздеть над головой Бьерсард – и можно рисовать новую гравюру, «Штурм Сердца Уорлога».
Я оглянулся на близнеца. Вот так, мальчик, они и выглядят, подвиги... Эффектно, да? Запах, правда, не очень... На гравюрах выпущенные и вспоротые кишки ничем не пахнут.
Затем я увидел яростную жестикуляцию Мооруна.
– Скорей бежать, сай-саг΄гана! Большой камень ползать!
Провал в скале исчезал. Огромная каменная плита медленно ползла, перекрывая его. И уже перекрыла большую часть.
Или за нами следили сверху, или смерть охранников активизировала заклинание, закрывающее проход. Разбираться с этим вопросом было некогда, я метнулся вперед, подскочил к стремительно уменьшавшемуся лазу. Понял: я пройти еще успею, но лучник-близнец с Мооруном – уже нет. Скользнул внутрь, развернулся и вставил в схлопывающуюся щель Бьерсард – поперек, на манер распорки... Рукоять обычного топора сломалась бы в то же мгновение, но магия, которой было напичкано мое оружие, оставляло надежду: выдержит.
И Бьерсард выдержал! Скала заскрежетала, но остановилась. Раздался неприятный гул, постепенно нараставший... Лезвие топора засветилось слабым красноватым светом.
– Быстро! Внутрь! – крикнул я. Лучник и старый вождь со всех ног спешили к лазу.
Сила столкнулась с силой, и ни одна не желала уступать... Гул нарастал, скала мелко тряслась, и там, где камень соприкасался со сталью, раздавался треск, отлетали каменные крошки и камешки покрупнее... Лезвие светилось всё ярче.
Подбежавший лучник, не раздумывая, поднырнул под топор. Моорун чуть отстал...
Гул стал нестерпимым, скала дернулась и продвинулась сразу ладони на полторы, не меньше. Каменные осколки посыпались градом. Теперь Бьерсард упирался не в гладкий срез плиты – в достаточно глубокую яму.
Крепкому и плечистому человеку протиснуться уже не удастся, но сухощавый Моорун с трудом, но все же проскользнул в ужавшуюся щель.
Лезвие Бьерсарда пылало ярко-алым светом. Пахло раскаленными камнем и металлом... Надо спасать верное оружие.
Я вцепился в рукоять и чуть не взвыл от боли в обожженной руке. А может, и взвыл, за гулом и скрежетом все равно не расслышать. Потянул изо всех сил, скала не отпускала добычу, я рванул так, что в спине что-то противно хрустнуло...
Плита брызнула во все стороны каменным крошевом, но Бьерсард выскочил из капкана. Я шлепнулся на спину и тут же отшвырнул раскаленный топор.
С тяжелым грохотом гигантская дверь захлопнулась. Но теперь в ней появилось отверстие – не то глазок, не то отдушина... Как раз там, где сопротивлялся чужой магии Бьерсард, через сквозное отверстие сочился лунный свет... Но человек не пролезет, даже такой худосочный, как Моорун. Разве что совсем несмышленый младенец протиснется...
– Мы ходить убивать многа-многа людоед? – бодро спросил великий вождь.
– Ага, ходить-убивать, – столь же бодро подтвердил я, дуя на обожженную ладонь. – Многа-многа! Только пусть сначала топор остывать мала-мала.
* * *
На плато, в отличие от окружавшей его болотистой равнины, стоял лес. Породы деревьев я не мог различить в неярком лунном свете, но все же надеялся, что хищные древомонстры, про которых рассказывала Хлада, здесь не растут...
Позади остался круглый провал туннеля. Нашей троице повезло – на выходе из него не оказалось ни запирающих плит, ни стражи... Хотя, конечно, стражникам – которых на посту не оказалось – повезло еще больше.
Ну и что теперь? Тупо прочесывать втроем несколько квадратных лиг леса?
Правее деревья вроде бы стояли пореже, и с той же стороны легкий ветерок доносил характерный для болот запах гниющих растений.
– Моорун, скажи: здешние людоеды и вправду пожирают пленников сразу, немедленно? И кидают кости вниз? Ты сам-то находил? – спросил я старика.
– Правда, сай-саг΄гана Хигарт! Совсем правда! Сам видать, сам находить!
– Значит, – сделал я вывод, – пировать они предпочитают на краю плато. Так?
Спутники покивали: так, мол, согласны.
– А край там, – указал я на просвет между деревьями, – Значит, туда и идем. Кажется мне, что сегодня у них есть повод для неплохой пирушки.
И мы осторожно, но достаточно быстро, двинулись по лесу.
Я не ошибся. Вскоре показалась опушка. За последними деревьями тянулась полоса шириной в три десятка шагов, поросшая низеньким кустарником и жесткой травой. Дальше – обрыв, в чем я убедился, подойдя к краю и заглянув вниз. Падать будет долго и неприятно.
Мы вернулись под прикрытие деревьев и двинулись вперед, вдоль опушки леса. Я решил пройти так вдоль края всего плато. Если расчеты верны, то рано или поздно мы наткнемся на людоедов, разводящих костер под большим котлом...
Конечно, пленников могли все же утащить в глубину леса, но лезть в ночную чащу, совершенно не зная местность, мне не хотелось.
* * *
Впереди захрустели ветки. Мы остановились, замерли, напряженно всматриваясь в ночь. Ламмо поднял лук и положил стрелу на тетиву.
Кто-то ломился прямо на нас, вслепую, не разбирая дороги. В просвете между деревьями показалась темная фигура. Близнец, облегченно вздохнув, опустил лук. Спустя несколько ударов сердца и я узнал нелепый коротконогий силуэт с непропорционально большой головой.
Знаками я показал Ламмо и Мооруну, чтобы они обошли Тигара с боков и посмотрели, не идут ли за ним наши дорогие ночные гости. Едва ли его могли пустить вперед в качестве приманки, но я сегодня уже ошибся по-крупному и рисковать не хотел.
Две тени исчезли в темноте, и недолгое время спустя раздался приглушенный вопль Тигара – на плечо ему неожиданно опустилась дружеская рука Ламмо, а перед носом, как синекожее привидение, возник Моорун.
Поспешил к ним и я. Запыхавшийся Тигар привалился к стволу дерева и закатил глаза.
– Ху-у-у... Хвала богам, Хигарт, это вы! Я думал, этот ночной кошмар никогда не закончится...
– Что с вами случилось? Где остальные? Где мэтр Гаэларих? – засыпал я его вопросами.
– Я ждал у вашей палатки, как вы приказали! И вдруг крики, шум! Я побежал, и тут выскочила какая-то жуткая образина... Наверное, меня ударили по голове... болит очень сильно...– пожаловался Тигар.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
