и научной работой, претензий не имею, Левков — сортирами, но дело у него идет плохо. Тот был разобижен, но против генерала выступать было трудно. Бруевич занялся очисткой МВТУ от грязи. Машин двадцать мусора и всякого хлама заставил вынести только из литейной лаборатории, за что руководитель кафедры профессор Н.Н. Рубцов должен был его благодарить. Человек не без юмора, Бруевич восхищался Салтыковым-Щедриным, нередко проводил параллели с эпизодами из истории города Глупова, помпадуров и т. д. Профессоров делил на категории творцов и уважаемых, но от которых творчества было ждать уже трудно. Наконец, некоторых считал просто нетворческими. К последней группе относил, по-моему, незаслуженно, С.О. Доброгурского. Многими годами позднее, после его ухода из МВТУ, разгорелась дискуссия по теории точности между инженером Архангельским и академиком Н.Г. Бруевичем. Дискуссию подогревал партком во главе с М.И. Ворониным, поддерживая Архангельского. Для чего понадобилась острота дискуссии, мне непонятно, тем более что, будучи директором, Бруевич пользовался большим и заслуженным авторитетом в коллективе. Наверное, существовали неизвестные мне тайные пружины.
Мне и еще нескольким товарищам удалось смягчить накаленную обстановку, повернув ее в русло обычного научного спора.
Бруевич в конце 1940 учебного года был назначен зампредом КВШ, я приступил к временному исполнению обязанностей директора.
В начале нового, 1943, учебного года директором МВТУ был назначен генерал-майор профессор Евгений Сергеевич Андреев. Если Бруевич был генералом с юмором, то Андреева следует назвать юмористическим генералом. Он пришел в МВТУ, побывав начальником военного училища, где, по-моему, случайно получил генеральские погоны. В свое звание Е.С. Андреев был влюблен предельно и часто толковал о высоком звании «полковника». Кажется, ясно, для чего. Был невыдержан, вспыльчив, нередко проявлял самодурство, но, в общем, был неглуп. Вот некоторые примеры. Сотрудники обращаются с просьбой разрешить свободный день для обработки индивидуальных огородов. Последовала резолюция: «Разрешить в выходной день». На заседании Ученого совета он изложил несколько своих тезисов. Профессор А.П. Юшкевич в предложенной им же дискуссии осмелился выступить с предложением кое-что изменить. На это последовало: «В тезисах заложена моя воля, я люблю командовать, мне не нужны поправки. Прикажу завтра всем ходить вверх ногами, будете ходить вверх ногами». На другой день кое-кто из профессоров поехал в ЦК, а иные спрашивали друг друга: «Вы как, вверх ногами ходить начнете? Завтра или послезавтра?»
В некоторых разговорах он был, даже не знаю, как назвать... Однажды завел беседу об убийстве С.М. Кирова и добавил: «Зачем только они его убили? Ведь политику он не осуществлял. Уж если менять политику, то убивать надо было Сталина». Представляете себе мое состояние перед этим дураком. Или другое высказывание по поводу одного значительного, но ненужного денежного расхода. Я заметил, что вряд ли на это дело найдутся у Наркомата деньги. Ответ был таков: «Что вы! На глупости деньги находятся всегда и в любом количестве, на нужное дело их не бывает!»
Любил рассказывать, как молодых военных, не уступивших ему сидячее место в вагоне метро, отправил в комендатуру С наслаждением сидел за рулем собственной машины, охотнее, чем за письменным столом. Его жена Евгения Георгиевна культурный и эрудированный человек, на всех производившая очень хорошее впечатление, нередко бывала в МВТУ. Генерал Андреев присутствовал, но не руководил переводом подготовки студентов на базу широкого профиля. Но очень гордился, что он руководитель такого известного вуза. При нем разрабатывались проекты нового здания. С 1945 года число студентов росло быстрыми темпами!
С парторганизацией, в особенности с Чутуевым, Кузнецовым, Захаровой, Дубасовым, отношения у Андреева были хорошие. Разрыв с Д.Ф. Устиновым и неправильная позиция по отношению к парторгу ЦК Воронину прервали его деятельность. В 1946 году в связи с обстоятельствами, изложенными ранее (спор наркоматчиков и комитетчиков), он был вынужден покинуть Училище. После освобождения генерала Андреева выбор директора пал также на варяга — декана, доцента МАТИ Михаила Андреевича Попова. Незадолго до назначения М.А. Попов пытался защитить докторскую диссертацию, набрал лишь половину положительных голосов из числа членов Ученого совета. Однако по непонятным причинам ВАК присвоил ему степень доктора, а спустя непродолжительное время — и звание профессора. М.А. Попов был неглуп, имел оригинальные мысли, перед сильными мира сего сгибался низко, ему не чуждо было интриганство. Работал с 10 утра до 12 ночи. Впрочем, последние часы пребывания отводились на перемывание костей ближним со своими соратниками, главным образом, с проректором по АХЧ К.А. Новиковым, которого злые языки за его могучую фигуру за спиной называли «гангстером». М.А. Попов пришел в МВТУ худощавым, подвижным человеком средних лет, быстро располнел, раздобрел, заговорил проникновенным басом. На кафедрах можно было встретить его плывущую фигуру. Ходил он размеренно, с презрением поглядывал на всех встречных, неэлегантно одетых, особенно на тех, кто был в сапогах и зипунах. Был хранителем всего, что называется, чисто русского. Не разрешил назначить на стипендию имени Н.Г. Славянова студента С. Мельбарта (фамилия не та), пришлось остановиться на Э. Макарове. Полезная деятельность его лежала в области строительства МВТУ, в тщательном наблюдении за чистотой кадров, но общий язык с парторгом Ворониным он смог найти только в начальный период деятельности, далее начались раздоры. Был несколько неискренен, что следует из факта, имевшего место на факультете машиностроения, в состав которого входила его кафедра. Актив предлагает оставить после аспирантуры X., М.А. Попов энергично поддерживает актив. После голосования на Ученом совете «за» подано ноль голосов, очевидно, и самого Попова.
М.А. Попов — специалист по термодинамике. Он проводит линию творческого руководства профессором одного относительно узкого направления. Дело, может быть, и полезное. Выпускает брошюру, которая подверглась полному разгрому со стороны МАИ совместно с НИИ. Говорят, за нее готовы были платить большие деньги как за пример смехотворного произведения. С начальством, и особенно партийным, с высшим руководством отношения поддерживал неплохие. Для МВТУ, которое раздиралось в противоречиях на протяжении 5 лет, это было важно.
Порядка в самом МВТУ прибавилось немного. Оригинально действовал проректор К.А. Новиков. Недостает количества свободных номеров в гардеробах. Ответ Новикова: «Надо приходить раньше!» Принято решение общего партийного собрания об укреплении руководства АХЧ, но оно не укреплялось.
У М.А. Попова случается инфаркт, он поправляется, но наступает второй инфаркт. Приходится оставлять то место, которым он так дорожит.
Сразу у него меняется интонация, авторитетность, исчезает властность, солидность. Все в прошлом. Возврат на должность зав. кафедрой. Умирает вскоре от сердечной недостаточности, а ведь в молодости был здоровым рабочим. Не место красит человека, а человек — место.
Минвуз продолжительное время подбирал директора вместо М.А. Попова. Намечается профессор С.В. Пинегин — не прошел, хотя он
