стиле работали В.Н. Прокофьев, О.Г. Чутуев, Б.И. Яньшин.
Кафедра помогала промышленности, в особенности в довоенный период. Впоследствии разрабатывались хорошие предложения, например, гидроаппаратура для сельского хозяйства. Но сотрудники не проявляли достаточной энергии для внедрения ее в производство.
Значительную помощь И.И. Куколевскому оказывал очень квалифицированный и опытный профессор С.С. Руднев.
Иван Иванович имел ясную голову и хорошие руки. В лаборатории выполнял для него практическую работу Иван Макарович Макаров — человек с золотыми руками.
И.И. был физкультурником всю жизнь и болел редко. Скончался в возрасте 80 лет и работал до последнего дня жизни. Он был бы достоин барельефа на здании Училища.
2. Леонид Петрович Смирнов — заслуженный деятель науки и техники, профессор, доктор технических наук.
Имел прозвище «Бу-бу-бу». При разговоре он бубнил. Это профессор № 2 в когорте уважаемых стариков. Занимался вопросами прикладной механики, позднее паровыми машинами. До середины 40-х годов руководил двумя кафедрами. Посмеиваясь, говорили, что полнота не позволяет усесться на одной. Позднее уступил кафедру теории механизмов и машин сначала своему ближайшему сотруднику профессору Леониду Михайловичу Решетову, позднее профессору Владимиру Александровичу Гавриленко. Сам занял кафедру паровых машин. Кафедра Л.П. Смирнова, в отличие от кафедры И.И. Куколевсвого, характеризовалась как «спокойная». Л.П. Смирнов, как и И.И. Куколевский, представлял собой образцового инженера-педагога, в меньшей степени — исследователя.
Он великолепно вычерчивал на доске сложные схемы цветными мелками, чрезвычайно доходчиво и строго излагал учебный материал, выступал в печати с учебными и методическими работами, всегда мастерски написанными. Проводил в лаборатории отдельные исследования, но погоды они не делали.
Л.П. Смирнов любил работать своими руками, имел собственные станки, на которых художественно вытачивал деревянные изделия. По характеру доброжелательный, к студентам излишних требований не предъявлял. За свой такт и работоспособность пользовался всеобщим уважением. У него было несколько учеников, ставших докторами. Один из них, Баранов, причинил ему немало переживаний. Часть ВАКа в лице механиков делала все, чтобы отклонить его утверждение. Позднее Комитет по Сталинским премиям проводил рассмотрение и голосовал за награждение премиями по совокупности работ. Ряд преподавателей и профессоров МВТУ — И.И. Куколевский, М.А. Саверин и другие — получили премии. Когда речь зашла о Леониде Петровиче, «доброжелатели» поспешили сообщить, что он является научным руководителем профессора Баранова. Этого было достаточно, чтобы проголосовали «против».
Л.П. Смирнов держался мужественно, борясь с подтачивающей его болезнью — раком костных тканей. Он искренне любил паротехнику. В тот момент, когда было принято решение Минвуза о ликвидации старого механического корпуса, где находилась его лаборатория со стародавней паровой машиной фирмы Шульцера, он обратился к кандидату в члены Политбюро министру высшего образования П. Пономаренко, своему бывшему ученику, и со слезами на глазах уговорил его на строительство энергомашиностроительного корпуса. Наличие здания энергомашиностроительного факультета сегодня — большая заслуга Л.П. После его кончины паротехническая лаборатория была ликвидирована.
Несколько слов о его преемниках по кафедре теории механизмов и машин. Профессор, доктор наук Леонид Николаевич Решетов, безусловно, очень эрудированный, имеет большое количество научных трудов и изобретений, но крайне мелочен. В одной из печатных работ доцент Спорин не сослался на исследования в области лишних связей. Л.Н. счел это плагиатом по отношению к себе, собирался подавать в суд. Пришлось прибегнуть к хитрости. Л.Н., оказывается, тоже забыл сослаться на еще более ранний первоисточник. Я предупредил его, что он сам может оказаться в положении «плагиатора». Это предупреждение охладило его пыл сутяжничества. Сам настаивал на присуждении себе звания заслуженного. Утвердили заслуженным изобретателем, был недоволен, но в последнее время успокоился, настаивал на соискании звания «заслуженный деятель науки и техники». Как и многие другие, хорошо работает руками, имеет дома станки, набор инструментов, хорошо воспитал в своем стиле сына-отличника.
В.А. Гавриленко — типичный интеллигент, образованный профессор. С громким голосом и чуть-чуть развязными манерами, прекрасно вписался в роль руководителя кафедры, в чем немаловажную роль сыграл женский отряд: Савелова, Скворцова, Малышева, Чернышева, Ремизова, Мастрюкова, Архангельская — их называли амазонками, окружающими своего преподавателя.
Работа на кафедре проходила на высоком методическом уровне, проводились интересные НИР в области зубчатых зацеплений, балансировки и т. п.
Кафедру В.А. Гавриленко принял от Л.Н. Решетова, который не смог организовать коллектив, хотя сам работал добросовестно.
В.А. Гавриленко — бывший офицер дореволюционной армии, к нему в течение ряда лет полного доверия не было. Затем все сгладилось и он по заслугам стал руководителем кафедры. Его личная жизнь в последние годы была тяжелой вследствие душевного недуга после смерти первой жены.
Кафедра теории механизмов и машин представляла достойную общетехническую школу, однако ее излишняя приверженность к некоторым вопросам (зубчатые зацепления) несколько изолировала ее от более актуальных проблем.
Ряд факультетов категорически настаивал на радикальном сокращении объема курса. С трудом приходилось отстаивать этот, безусловно, нужный для инженеров-механиков предмет — теорию механизмов и машин.
3. Алексей Нестерович Шелест — заслуженный деятель науки и техники, профессор, доктор технических наук, заведующий кафедрой тепловозостроения.
Роль А.Н. Шелеста очень значительна в постановке вопроса развития тепловозостроения в нашей стране. К сожалению, в основном периоде его деятельности руководящие организации не уделяли этому вопросу должного внимания. Несмотря на усилия одиночки-ученого, строились паровозы, а к тепловозам подходили главным образом как копытным объектам. Лишь в последние годы его жизни строительство тепловозов развернулось широко, пока не уступило своего места электрической тяге.
А.Н. Шелест — разносторонний теплотехник. Его изобретения затрагивают также и паровозы. Устройство сифонов для улучшения процессов сгорания топлива было внедрено на железнодорожном транспорте в широком масштабе. А.Н. Шелест — автор изобретения механического генератора газов, который мог иметь разностороннее применение в тепловозах, газовых турбинах. Наконец, он много труда вложил в разработку своей теории теплоемкости. Ему приходилось выдерживать бои с физиками-термодинамиками. Теория теплоемкостей А.Н. Шелеста умерла вместе с автором, но свидетельствовала о непрерывном искании нового старым ученым.
А.Н. — ученый-педагог. Он руководил тепловозной кафедрой и лабораторией, читал комплекс курсов лекций, несмотря на свой пожилой возраст, окончил Университет марксизма-ленинизма. Во время эвакуации Училища он, один из немногих профессоров, кто оставался в Москве, работал здесь, не покладая рук.
Насколько помню, после выхода постановления правительства о прекращении строительства паровозов кафедры тепловозостроения и паровозостроения были объединены под его руководством. С его кончиной в 1954 году кафедра была ликвидирована.
А.Н. — прекрасный педагог, вокруг него группируется немногочисленная научная школа, подготовка трудна для студентов, на эту специальность выделяются только трудолюбивые, способные молодые люди.
Кафедра А.Н. была известна не только в пределах Училища. Пожалуй, это была единственная научно-техническая школа по проектированию, а не по эксплуатации тепловозов в стране. Она дополняла
