Протянув руку, она коснулась завесы воды и увидела сияющую поверхность озера, деревья и… человеческую фигуру.
Похолодев, Сонеа резко отдернула руку.
— Что случилось? — поднимаясь на локте, спросил Аккарин.
— Кто-то стоит на берегу!
Они оба замерли. Сонеа расслышала приглушенные голоса. Аккарин на четвереньках прополз в сторону, где струи воды образовывали небольшое окошко. Его лицо окаменело. Повернувшись к Сонеа, он одними губами произнес «Парика!».
Девушка торопливо натянула рубашку и штаны. Аккарин напряженно прислушивался. Сонеа подползла к нему.
— …ничего дурного. Я только хотела встретить вас, хозяин, — жалобно проговорила женщина. — Посмотрите, я собрала острянок и орехов тиро.
— Я тебе сказал оставаться на перевале!
— Там Рико.
— Рико дрыхнет!
Тогда накажите Рико! Раздался глухой звук удара. — Простите меня, хозяин, — всхлипнула женщина.
— Вставай. У меня нет времени на развлечения. Я не спал два дня.
— Мы идем прямо в Киралию?
— Нет. Я не собираюсь соваться туда раньше Карико. И вообще мне надо отдохнуть.
Сонеа различила две удаляющиеся тени. Отодвинувшись от водяной завесы, Аккарин обнял Сонеа. Она испуганно прильнула к его груди.
— Ты вся дрожишь.
— Они чуть не застали нас на берегу!
— Да. Хорошо, что я спрятал наши ботинки. Избыточная осторожность бывает полезна.
Сонеа задрожала. Ичани так близко! Если бы она не упросила Аккарина искупаться, если бы Аккарин не нашел укрытие за водопадом…
— Он обогнал нас, — сказала она.
Аккарин еще крепче сжал ее в объятиях.
— Да, но похоже, что Парика — единственный Ичани на перевале. Вторжение начнется через несколько дней. — Он вздохнул. — Я пытался связаться с Лорленом, но он уже несколько дней ни разу не надевал кольцо.
— Мы подождем, пока Парика пересечет границу, а потом пойдем за ним?
— Я думаю, мы попробуем проскользнуть мимо, когда он уснет, — задумчиво сказал Аккарин. Взяв Сонеа за плечи, он посмотрел ей в глаза.
— Отсюда недалеко до побережья, а оттуда до Имардина — несколько дней езды. Если бы ты пошла туда, пока я…
— Нет! — Сонеа сама удивилась твердости своего голоса. — Я вас не брошу.
— Ты нужна Гильдии, Сонеа, — сурово сказал Аккарин. — У них нет времени научиться черной магии по книгам. На перевале нас обоих могут убить. Если ты пойдешь на юг, один из нас имеет шанс добраться до Имардина.
Это звучало разумно, но совсем не нравилось Сонеа. Аккарин начал одеваться.
— Вам нужна моя сила, — сказала она.
— Один день не сыграет никакой роли.
— Почему один? От перевала до Имардина пять дней пути.
— Это тоже слишком мало. Если Гильдия примет мою помощь, в моем распоряжении будут сотни магов. Если нет, Гильдия обречена.
— Это вы нужны Гильдии. У вас больше знаний, опыта и силы.Выдолжны пойти на юг. — Сонеа вскинула голову. — Почему бы нам обоим не пойти на юг?
— Потому что тогда мы опоздаем, — отвернувшись, сказал Аккарин.
— А я одна… — Охваченная внезапным подозрением, Сонеа не закончила фразу.
— Ты могла бы помочь немногим оставшимся магам вернуть Киралию. Ни Элану, ни Лонмару не понравится соседство черных магов. Они…
— Вот еще выдумали! Хотели отослать меня подальше на время битвы!
Натянув рубашку, Аккарин присел рядом с Сонеа. Взяв ее за руку, он пристально посмотрел ей в глаза.
— Мне было бы гораздо легче сражаться, не думая, что сделают с тобой Ичани в случае моего поражения.
— Вы думаете, мне будет легко сражаться, — мягко сказала Сонеа, — зная, что они могут сделать с вами?
— По крайней мере один из нас будет в безопасности, если ты пойдешь на юг.
— Вот сами и идите, — фыркнула Сонеа. — А я пока помогу Гильдии разобраться с Ичани.
Аккарин сжал губы, но не смог сдержать улыбку.
— Бесполезно, — усмехнулся он. — Вот ведь пристала как данный лист!
Сонеа широко улыбнулась, затем посерьезнела.
— Я не дам вам взять всю опасность на себя. А что касается перевала… я уверена, вдвоем мы что-нибудь придумаем.
Стопка писем на столе Лорлена угрожающе накренилась. Вовремя остановив падение, Оузен ловким движением поделил стопку на две части.
— Запрет на мысленное общение повысил спрос на услуги посыльных, — заметил он.
— А также прибыль изготовителей перьев, — согласился Лорлен. — За эту неделю я извел их больше, чем обычно за месяц. Сколько срочных писем осталось?
— Это было последнее.
Поставив в конце письма подпись с замысловатым росчерком, Лорлен вытер кончик пера.
— Как хорошо, что вы вернулись, Оузен, — сказал он. — Не знаю, как я справился бы без вас.
— Вы бы не справились, — улыбнулся молодой маг. — На вас же теперь лежат еще и обязанности Аккарина. Кстати, когда выборы нового Высокого Лорда? — помедлив, спросил он.
Лорлен вздохнул. Оузен был не первым, кто задал ему этот вопрос, но Лорлен старательно избегал этой темы. Он не мог представить на месте Высокого Лорда кого-то, кроме Аккарина. Однако скоро им все же придется сделать выбор.
— Теперь, когда мы разобрались с эланскими заговорщиками, вопрос о выборах встанет на следующем собрании.
— Только через месяц? — нахмурился Оузен, многозначительно взглянув на внушительную стопку писем.
— Во всяком случае, никто из Верховных Магов не предлагал ускорить процесс.
Оузен кивнул. Лорлену показалось, что какая-то мысль не дает его помощнику покоя.
— Вас что-то тревожит, Оузен?
Оузен исподлобья взглянул на начальника.
— Скажите, Гильдия восстановит Аккарина в прежнем положении, если окажется, что он был прав?
— Сомневаюсь, — поморщился Лорлен. — Ни при каких обстоятельствах Гильдия не захочет иметь черного мага на самом высоком посту. Сомневаюсь даже, что Аккарина допустят обратно в Гильдию.
— А Сонеа?
— Она бросила вызов Королю. Если Король и позволит, чтобы в Гильдии был черный маг, он захочет видеть на этом месте преданного ему человека.
— Значит, Сонеа никогда не закончит обучение, — мрачно подытожил Оузен.
— Нет, — сказал Лорлен.
Эта сама собой разумеющаяся мысль до сих пор не приходила ему в голову. Его охватила щемящая жалость.
— Мерзавец! — прошипел Оузен. Совладав с собой, он криво улыбнулся. — Простите. Я знаю, Аккарин был вам другом и вы до сих пор питаете к нему остатки уважения. Но она могла бы стать… кем-то необыкновенным! Я ведь видел, что она несчастна! Я понимал, что он — одна из причин, но даже пальцем не пошевелил!
— Вы не могли ничего сделать.
— Я спрятал бы ее в надежном месте, — покачал головой Оузен.
— А дальше что? — Слова Оузена разбудили в Лорлене угрызения совести. Он нервно взглянул на палец, где когда-то было кольцо. — Не терзайте себя, Оузен. Вы не знали, а если б и знали, не смогли бы помочь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
