что постановка игрищ цирка действительно великолепнейшее зрелище: доказательством тому служит безмерное количество статуй, несметное число картин, блеск и пышность колесниц, носилок, венков и всяких других украшений. Сверх того, сколько церемоний, сколько жертвоприношений предшествует, сопровождает и оканчивает сии игрища!
Сколько движется жрецов, приставов, воинов!» Все это привлекало, завлекало и увлекало толпу. Зрелища пленяли язычника. Увлекались зрелищами язычники, а за ними, к прискорбию Церкви, и христиане. Живя среди общества язычников, до страсти любивших театр, и часто только что выйдя из этой среды, христиане соревновали язычникам в посещении зрелищ. То необычайное одушевление, с которым Тертуллиан и св. Киприан писали против зрелищ, остерегая от них христиан, показывает, что опасность с этой стороны грозила немалая для слабых из христиан. Тертуллиан с сожалением заметил, что удовольствия театра имели такую притягательную силу, что ими увлекались не только глупцы, но и мудрейшие люди. Киприан, наблюдая нравы христиан середины III века, писал, что некоторые христиане постыдно, до самозабвения привязывались к зрелищам. Он свидетельствует, что некоторые так страстно любили зрелища, что по выходе из храма устремлялись на них с евхаристическими дарами, которые раздавались для домашнего причащения, но которые они забывали или даже не находили времени занести домой. (Св. Киприан, «Кн. О зрелищах», стр. 343).
Так было в III веке, когда христиане заботливо избегали язычников и языческих учреждений, когда чистота жизни христианской охранялась с особенной ревностью, когда, по свидетельству Тертуллиана, истинный христианин тем и отличался от христианина не истинного, что первый не посещал зрелищ. Но что же было позднее? Как стали относиться христиане к зрелищам в то время, когда язычество пало, когда язычество перестало быть для христиан страшным врагом, т. е. с IV века? Зрелища еще более стали интересовать и пленять христиан. По выражению одного новейшего историка, в IV веке «житель Константинополя и Антиохии, двух восточных столиц, оставаясь христианином во всем прочем, готовый на все для защиты христианства, являлся чистым язычником в тот день, когда назначались игры цирка; страсть к удовольствию заставляла его забывать в это время все обязательства религии.
Правда, во времена христианских императоров, с IV века, зрелища в некоторых отношениях теряют свой отталкивающий идолопоклоннический характер. Так, теперь запрещены были на зрелищах призывания богов, возлияния в честь их, жертвы в умилостивление их; исчезли в театрах алтари и идолы. Но во всем прочем театры и во времена христианских императоров продолжали удерживать языческую окраску, и очень густую.
Трагедия и пантомима, сделавшаяся господствующей в театре, брали содержание для себя, как прежде, так и в настоящее время из похождений языческих богов и героев. На театральных подмостках актеры разыгрывают какие роли? Юпитера и Юноны, Марса и Венеры, Плутона и Прозерпины, Аполлона и Дафны, Язона и Медеи, Геркулеса и Тезея и пр. Хоры, сопровождавшие пантомимы и своим пением пояснявшие ход пьесы, как естественно, повторяли имена и сказания из языческой мифологии.
Театры описываемого времени, как почти всегда, рассчитаны были на то, чтобы воспламенять чувственность, будить и поддерживать низкие страсти в человеке; игры цирка по-прежнему ничего другого не внушали кроме чувства жестокости и бесчеловечия. Все это шло вразрез со святыми заповедями христианства.
С какой страстью христиане устремлялись на эти зрелища в эпоху церкви св. Константина, об этом засвидетельствовал сильный обличитель христиан IV и V века за их приверженность к зрелищам св. Иоанн Златоуст. По его уверению, христиане шумной, беспорядочной толпой спешили на зрелища, не разбирая дней недели, забывая дни посты; не довольствуется тем, чтобы побывать в театре один день, туда же стремятся и на другой день и увлекают с собой невинных детей. Вот слова Златоуста относительно этого предмета: христиане «побежали смотреть на состязание и впали в такое неистовство, что наполнили весь город непристойным шумом и криком, возбуждающим смех или лучше плач. Даже и самого дня вы не постыдились, обличает он любителей театра, дня, в который совершилось знамение спасения рода нашего; но в пятницу, когда Господь твой распят за вселенную, когда принесена такая жертва и отверст рай, и клятва разрешена, и грех уничтожен, в тот день, когда следовало поститься, славословить и возносить благодарственные молитвы, тогда ты, оставив церковь, и жертву духовную, и собрание братий, и забыв важность поста, отдался в плен диаволу и повлекся на то зрелище. И недостаточно тебе было одного дня, но и на другой день, когда следовало бы немного отдохнуть от прежнего нечестия, ты опять пошел на зрелище, из дыма бросившись в пламя. Старцы посрамили свои седины, юноши подвергли опасности свою юность, отцы привели туда своих детей, ввергая их в самом начале невинного возраста в пропасть нечестия, так что не погрешил бы тот, кто назвал бы их не отцами, а детоубийцами. Потому в особенности и скорблю я, что ты, находясь в болезни, не чувствуешь, что ты болен и не ищешь врача. (Св. Иоанн Златоуст. «Слово против зрелищ», стр. 338–341. (Слова и беседы на разн. случаи, том II, изд. Петерб. Акад.)).
После всего сказанного понятно, почему отцы и учителя древней церкви относились к зрелищам с такой неумолимой строгостью. Христианство и театр были вещами несоединимыми!
II
Различные возражения в пользу театра; – разбор их христианскими писателями древней церкви.
Отцы и учителя церкви первохристианских веков берут на себя священную задачу отклонить частью язычников, а главное самих христиан от всякого посещения и участия в зрелищах. Они хотели отучить человека от пустых развлечений, порождаемых праздностью, когда всей жизни человеческой недостаточно для того, чтобы приготовить себя к достойному вступлению в царство Христово. Но эта задача отцов и учителей на деле оказывалась нелегкой. Языческий мир слишком сильно влиял на общество христианское, и пастыри церкви встречали противодействие своим воззрениям там, где меньше всего можно было ожидать этого, – в самих христианах.
Между христианами нашлось немало пустых софистов, которые встретили учение своих пастырей о зрелищах многими возражениями, направленными в защиту зрелищ. Этих возражений не оставляли без ответа отцы и учителя церкви. Возражения эти остаются имеющими значение и для настоящего времени, потому что любители театров защищают себя в своем пристрастии к зрелищам такими же рассуждениями, как и древние христиане, случается – даже буквально схожими.
Некоторые из христиан III века не только не находили в Священном Писании запрещения ходить на зрелища, но и усиливались отыскать в нем мысли, благоприятствующие их склонностям. «Где, говорили они, написано об этом (т. е. против театров)? Где запрещено? Ведь и Илия представляется возницей Израилевым и сам Давид скакал перед ковчегом;
