«Россия, кровью умытая». Волгоград. «Нижне-Волжское книжное издательство». 1986 г. Тираж 100000.
«Россия, кровью умытая». Москва. Издательство «Правда». 1987. Тираж 500000.
«Избранное». Москва. Издательство «Правда». 1990. Тираж 200000.
«Россия, кровь умытая». Москва. «Военное издательство». 1990 г. Тираж 100000.
«Россия, кровью умытая». Москва. «Художественная литература». 1990 г. Тираж 200000.
Из письма Валентина Распутина Заяре Веселой
4 октября 1978 г.
Проза Артема Веселого была для меня откровением еще в мое студенческое время.[…] Немалая часть советской классики со временем очень заметно стареет, этой книге[92] подобная судьба не грозит, потому что это и талантливая и во многом современная книга 5.
В ноябре 1963 года «Новый мир» напечатал подборку воспоминаний «Об Артеме Веселом».
Волжане, земляки Артема Веселого хранят память о нем.
В экспозиции Самарского Литературного музея с 1971 года представлены книги, рукописи, фотографии Артема Веселого, старые самарские газеты с его очерками и корреспонденциями.
В Мелекессе (ныне Димитровград Ульяновской области), где Артем Веселый в 1919 году три месяца был главным редактором газеты «Знамя коммунизма», его именем названа улица. В декабре 1969 года по случаю 50-летнего юбилея газеты Ульяновское телевидение показало снятый в Мелекессе документальный фильм «Первый номер», посвященный Артему Веселому. С 1991 года «Знамя коммунизма» называется «Димитровград-панорама» и выходит на 16 полосах. В 2002 году газета победила во Всероссийском профессиональном конкурсе «Золотой гонг» в номинации «Новая жизнь старой газеты». В юбилейном номере (газете исполнилось 85 лет) не раз упомянуто имя ее основателя и первого редактора.
В феврале 1994 года пришло письмо из Ульяновска. Надежда Васильевна Алексеева, преподаватель кафедры литературы Ульяновского педагогического университета им. И. Н. Ульянова, доктор филологических наук, профессор, писала:
«Уважаемая Заяра Артемовна!
У нас на кафедре возникла идея проведения „Веселовских чтений“. Чтения эти мы хотели бы проводить не в краеведческом ключе. Имя Артема Веселого интересно нам прежде всего как художественное явление.
Он, по нашему глубокому убеждению, один из ярчайших представителей очень мощного стилевого явления русской литературы XX века — орнаментальной прозы. Явление, родившиеся из двойственности художественного мировосприятия: на грани реализма (стихийного, о чем, как Вы знаете, написано очень много, хотя больше с уклоном в содержательный аспект) и модернизма.
В этом плане у Артема Веселого есть предшественники: Андрей Белый, Е. Замятин, А. Ремизов; современники: Б. Пильняк, А. Неверов, И. Бабель, ранние Вс. Иванов, А. Малышкин, А. Серафимович и др.
Есть и последователи, хотя им приходилось „скрывать“ свою стилевую манеру, ибо она была объявлена, мягко говоря, нежелательной.
Подход к „орнаментальной прозе“ как органическому стилевому явлению открывает, как мне кажется, огромные исследовательские возможности. Принять участие в таких чтениях могли бы не только узкие специалисты по творчеству Артема Веселого, и не только знатоки 20-х годов, но и фольклористы, лингвисты, зарубежники, а, возможно, и специалисты по художественной культуре (живопись, музыка). И, разумеется, краеведы.
Вот такая вызрела у нас идея. Идти к ее реализации (а мы хотели бы чтения всероссийского масштаба приурочить к 1999 году, 100-летию со дня рождения Артема Веселого) мы думаем по таким ступенькам: конец 94 — начало 95 — провести своими силами: пединститут, университет, Союз писателей, Литературный музей; 1996 — силами Поволжья, 1999 — всероссийские.
Обращаясь к Вам с этой идеей, я хотела бы, во-первых, знать Ваше мнение и Ваше отношение ко всему, нами затеянному. […] В любой ситуации мы хотели бы с Вами встретиться. Если Вы дадите на это свое согласие, мы найдем возможность пригласить Вас в Ульяновск. Очень рассчитываем на Вашу помощь» 6.
Первые «Веселовские чтения» прошли в 1995 году, четвертые — в 2001. С научными докладами на них выступали ученые, аспиранты и студенты Ульяновска, Москвы, Самары, Казани, Ижевска, Дмитровграда.
Мы, по приглашению кафедры литературы, приняли участие в первых и третьих чтениях.
Третьи «Веселовские чтения», как и предполагалось, были приурочены к 100-летию со дня рождения Артема Веселого.
III
ПИСЬМА
Письма Артема Веселого
Ефиму Давидовичу Зозуле[93]
Ефим Давыдович,
послезавтра в субботу намереваюсь сдать для библиотечки «Огонек» Реки огненные.
В первом издании она вышла в «Молодой Гвардии» 1,5 года назад и разошлась в 2–3 месяца исключительно по комсомольским организациям.
Вещь хорошая, 2 печ. листа.
Единственным условием ставлю, чтоб мне на Кавказ выслали корректуру.[…]
[1925, начало июня] 1
Вячеславу Павловичу Полонскому 1Тов. Полонский!
У меня хроническое безденежье.
Бросаю роман и по предложению культотдела ЦК горняков совместно с Павлом Низовым и профессором Хватовым еду в Донбасс — литературные вечера — сроком на месяц.
С приветом
Артем Веселый
9 января [1928] 2
2Дорогой Вячеслав Павлович!
Сообщи крайний срок сдачи, когда я должен представить главу для декабрьской книжки Нового мира.
Она написана, но не обработана и печатать ее в настоящем виде без особой нужды мне кажется не нужным. Я на беду расхворался. Вторую неделю в постели […]
Или отставить главу до следующего года?
С приветом
Артем
23 октября [1928] 3
3Дорогой Вячеслав Павлович,
на следующей неделе, перед тем как ложиться на операцию, я пришлю тебе рукопись. Прочитаешь и сам решишь — следует ли ее печатать.
Думаю, что глава будет (уж в таком виде как есть) не хуже напечатанной «Жар-птицы»[94]. Итак, 2-го или 3-го рукопись будет прислана.
С приветом
Артем
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
