Читаем без скачивания Мириады светлячков - Александр Зайцев

Дабы побороть искушение, налил и себе грамм полтораста.

А как же детоубийство?

И не чокаясь влил в себя бренди. Ух! Хорошо пошло. И нервы сразу успокоились.

– Так, не детей он убивал. А навис. – Тут Джио понял, что в его логике все же пробел. – То есть нет, детей он убил. Но он же не в детей стрелял. Вот сбили мы сегодня кучу фласов, мы же корабли сбивали, а не убивали их пилотов.

– То есть ты не стал бы убивать альадов просто так, вне нависа?

Понимаю, что мой вопрос больше напоминает глумление, но смотреть, как полупьяный разум защитника пытается решить эту задачу, было весело. Что и подтвердил появившийся «образ», который тоже веселился, разглядывая мимику на лице Джио.

– Альадов? Не! Их бы я голыми руками! – Он красноречиво показал жестами, что бы он сделал с этими чужими. Ну точно – ксенофоб. Что, впрочем, меня совершенно не волновало. Он вправе ненавидеть кого угодно, лишь бы это не вредило «Цикаде». – Но при чем тут они? В общем, я…

– Выпил с ним и проникся?

– Э?

– Понял его безумие и не считаешь, что он целенаправленно убивал деток, – подсказываю.

– Да! Непредумышленно! – Ого, а я и не знал, что тут есть такое понятие. – Да, он виноват, но… Но я уже не могу его ненавидеть.

Ну конечно, собутыльника и ненавидеть! Я, конечно, перегибаю палку, так как сам после рассказанного Джио начал относиться к Орсу помягче. Не повезло парню с безумием, не то что мне с «образом»!

– Ладно, не горячись. Я понял.

– О! Кэп! Вспомнил!

– Ну, что еще?

– Он вас боится!

– О как! – Налил по стаканчику. И произнес тост: – Боится, значит, уважает, за это надо выпить!

Джио с готовностью поддержал мой порыв, пропустив еще стаканчик.

Надо сказать, что эта простая фраза мне польстила. Меня испугался легендарный стрелок! Приятно.

– А чего это он меня боится?

– Он считает вас Ошу Ваарэ!

– Ке-э-эм? – Первый раз слышу такой термин.

– Разделенной душой! А это в его вере самый страшный демон, который отвечает за суд над душами во время перерождения.

Вот так удивил меня Джио. С чего бы первый раз меня видевшему… Но тут мой взгляд упирается в «образ», и все становится на свои места.

– А он не так уж и не прав. – Это я сказал, не подумав, поскольку Джио сделал попытку от меня тут же отстраниться. – Нет, я не демон. Но «образ» – часть моей души. Так что, называя меня душой разделенной, по сути Орс не ошибся.

– Кэп! Его надо оставить! Он гений! И мы его полностью контролировать можем!

– Это чем же?

– Во-первых, он влюблен в «Цикаду» и сам не сделает ей ничего плохого. И вы, кэп, можете им управлять, грозя высадить его где-то и лишить его возможности общаться с любимой.

– Логично, продолжай.

– Во-вторых, он вас боится и без того. А значит, не пойдет наперекор вам, ведь он считает вас демоном во плоти!

– Хм…

Тут я задумался. То, что говорит Джио, заманчиво.

– Так что, кэп? – прерывает мою пятиминутную задумчивость защитник.

– Идея мне нравится! Осталось решить, как уговорить Консорциум отдать нам своего лучшего стрелка, который у них на коротком поводке!

– Н-да. Об этом я не подумал, – качает уже изрядно пьяной головой Джио.

Выпили с защитником еще по одной, и тут бутылка бренди показала дно. Впрочем, пора и честь знать. Выпроводил Джио из своей каюты, пусть проспится без терапии ивира. А сам побрел в рубку.

Стрелок. Происшедшие события ясно показали, что «Цикаде» нужен полный экипаж. Получается, канонира мне искать все равно придется. И никуда мне не уйти от этого. Если, конечно, я собираюсь браться за заказы посерьезнее перевозки почты. И ведь, по сути, не так плох Орс. Да о чем я? Орс великолепен!!! Более впечатляющей стрельбы добиться вообще невозможно! Но вот его безумие. А впрочем, что в нем страшного? Ну считает он себя человеком с душой нависа. Так, может, у него и талант такой от безумия, может, он чувствует маневры кораблей. Более правдоподобного объяснения, как можно попасть по маневрирующей цели на расстоянии пары световых секунд, у меня все равно не было.

Плюс, судя по рассказам Джио, во всем, кроме данного аспекта, Орс Даст вполне вменяем. Н-да. Вот задачка. И хочется, и колется. Или вернее – басня «о винограде и лисе». Надо себе признаться: будь у меня возможность получить Орса в экипаж, я бы ею воспользовался! И это правда. Но, подобно той лисе, не знаю, как заполучить свой «виноград».

В том, что Консорциум не выпустит из своих лап такой уникум, я не сомневался. Правда, была одна зацепка. Маленькая такая, тоненькая зацепка, почти эфемерная. Но определенный план в моей головушке начал созревать. Выпил ивира и уже на трезвую голову его обдумал. Заманчиво все это провернуть, но не хватает знания определенных деталей. Пришлось идти в каюту, где спал Орс, и будить его, потратив еще одну капсулу. Мне нужны были ответы на вполне безобидные вопросы. И я эти ответы получил. И даже больше, в плюс к ним шло одно признание стрелка, которое, несмотря на всю прямоту и бескомпромиссность, играло мне как нельзя больше на руку. Мой замысел начал обретать вполне зримые черты. Правда, без горы везения тоже не обойтись, но я хотя бы попытаюсь!

Так я и провел часа четыре в одиночестве и раздумьях, пока не поступил вызов из космопорта:

– «Цикада». Ответьте!

– «Цикада» на связи.

– С вами хотят поговорить!

И вместо служащего порта я тут же вижу знакомое лицо Грема.

– Капитан Дим. Сейчас взлетит навис и на форсаже пойдет по прямой на разгон. Сопроводите его до входа в мембрану. А затем возвращайтесь и сразу сажайте яхту, у вас будет основной приоритет.

– Только ради вас, уважаемый инспектор!

Грем на секунду даже замер, не поверив, что я не буду стрясать с него деньги за не предусмотренную контрактом услугу.

Настолько мне понравилось это выражение на лице следователя, что я даже отключил связь, чтобы оно запомнилось подольше. Вскоре на радаре появилась отметка нависа четыре с именем «Олога». Ну вот и тот, кого надо проводить, аки хрупкую барышню. Почему его не поручили фрегату, было понятно. «Олога», судя по неправильным и резким формам, была произведена на заводах, которые когда-то произвели на свет знаменитую серию «кузнечик», и ход имела… фрегату не угнаться. А сопроводить столь ценных клиентов, как представители унии Оранжа, этого требовал этикет. А я что? Мне нетрудно, дел-то, слетать за нависом и вернуться. Причем ни за «Ологой», ни за «Цикадой» не угнался бы ни один стандартный корабль, исключая, конечно, не ко времени вспомнившихся фласов. И через час без единого приключения посадочная площадка мягко приняла «Цикаду».

– Как прошла торговля? – Этой фразой я встретил поднявшегося на борт инспектора. – Можно без подробностей, мне просто узнать, не зря ли мы так старались найти этот шалот. Или торговля не удалась и все зря?

– Я понимаю ваши переживания, капитан Дим. – Нет, не понимаешь, мне просто надо узнать, в каком ты настроении, Грем ал Ларм, вот и все! – Не волнуйтесь. Все прошло просто великолепно!

– О! Я рад. – И тут огорошиваю его: – Пройдемте в рубку. У меня есть разговор, который, боюсь, испортит вам настроение.

Равнодушно пожав плечами, следователь кивнул кондам, чтобы те шли в свою каюту, и последовал за мной. Пройдя в рубку, Грем занял кресло энергетика, поправил складку на брюках. И уставился на меня немигающим взглядом. Не по плану! По плану он должен был начать разговор с вопроса, зачем я его сюда пригласил.

– Боюсь, что не по моей вине. И не по вине никого из моего экипажа. – Надо очень точно строить фразы! Не дайте, Древние, ошибиться! – Но боюсь, собственность Консорциума, находящаяся на борту «Цикады», несколько испортилась.

Ой, неверное слово, но увы, оно не воробей, вылетело, и я его не поймаю!

– Вы об Орс Дасте? – Грем, как всегда, догадлив. Киваю. – Он жив?

– Да.

– Ну тогда не беспокойтесь. Главное, передать его на Расцаж. А там их забота.

– Не разделяю вашей уверенности, господин инспектор! – Надо переходить в наступление, а то я утерял нить управления диалогом. – Вы же осведомлены о безумии Орс Даста?

– О том, что он верит, будто в него переселилась душа нависа? Конечно, осведомлен. Только вот я не был бы столь категоричен в ваших суждениях. Судя по той стрельбе, что показывает Орс Даст, его безумие может быть и не безумием вовсе. Потому как возможно, я не исключаю такой возможности, что…

Мне пришлось десять минут выслушивать рассуждения Грема относительно переселения душ и неправомерности суждений о том, что мы не в состоянии понять. Непривычно для него. Я привык, что инспектор – сугубый материалист, а тут он открылся мне с иной, до этого незнакомой стороны. Но увы, сейчас у меня была иная цель, несколько отличная от познания глубин разума Грем ал Ларма, и, дождавшись завершения его речи, я продолжил свою линию: