остановку — он пользовался автобусом, чтобы добраться до офиса. Шесть остановок разделяли его от ворчливого босса. «Опять опоздал, Барри? Уволю, Барри, уволю!!!» — он не хотел снова слышать подобные реплики, поэтому ускорил шаг.
И вот она — остановка. Двадцатый автобус был предметом его ожидания. На остановке стоял какой-то рыжий мудак, которого Барри видел пару раз, но знакомиться не хотел. Что-то в этом рыжем парне его отталкивало.
Автобус пришёл. Он был выкрашен в ярко-оранжевый цвет, прям как сочный апельсин, ежедневно поедаемый марокканскими красавицами.
Барри сел на ветхое сиденье. В путь. На следующей остановке зашло несколько человек. Теперь все сидячие места были заняты. Рыжий парень стоял в паре метров от Барри и слушал музыку в синих наушниках. Барри смотрел в окно. Следующая остановка. На ней почему-то зашло достаточно много людей — примерно девять. Среди них была тётя Шуза, которая когда-то присматривала за годовалым Барри. Он взглядом поздоровался с ней, кивнув. Она сделала то же самое. Её морщины внушали какую-то экзистенциональную стабильность сознания реальности. Они успокаивали психику Барри. Казалось, если в один день эти морщины исчезнут с лица тёти Шузы, то весь мир рухнет.
На следующей остановке зашло ещё больше людей — целых пятнадцать. «Да откуда они все здесь взялись?» — подумал Барри и встал с места, уступив её какой-то старушке. Начинало становиться тесновато.
На третьей по счёту остановке вошло аж двадцать человек. Образовалась давка, Барри недоумевал, что это за люди. Они не были совсем уж молодыми, но и не старыми. В общем, обычные люди. «Не припоминаю, чтобы объявляли о спортивных мероприятиях или саммитах в нашем захолустье», — размышлял мужчина.
— Извините, а вы местный? — обратился он к какому-то мужику с чёрной бородой и красной шеей, — впервые вижу, чтобы так много людей ехало, — усмехнулся Барри, почувствовав, что нужно немного смягчить такт.
Но бородач ничего не отвечал. Он просто смотрел куда-то в пол и будто думал о чём-то.
«Да что это с ними?»
Барри навалился всем телом к какой-то эффектной блондинке со словами «ой, простите!», но и она хранила обет молчания.
Тем временем автобус снова остановился. Ещё бог знает сколько человек начали своё внедрение в транспорт.
«Мест нет! Мест нет!» — кричал Барри. Но люди заходили и заходили. Теперь все пассажиры прижались вплотную друг к другу, как селёдка в бочке.
«Что вы делаете!? Мест нет! Водитель!»
Но люди с пустыми взглядами продолжали заходить внутрь. Какой-то великан своим пузом прижал Барри к стеклу. Барри чувствовал, как ему сдавили внутренние органы.
«Дайте мне выйти! Дайте мне выйти!»
Но его будто никто не слышал. Автобус тронулся с места.
«Задыхаюсь! Задыхаюсь!»
Барри не выдержал и захотел ударить в лицо того толстяка, что прилепил его к окну, но не смог — рука Барри была погребена под множеством всяких тел и конечностей. Наконец, Барри со всей силой попытался оттолкнуть всех людей вокруг, но от этого он лишь потратил больше кислорода. Он задыхался. А автобус всё ехал и ехал. Барри потерял сознание.
«КОНЕЧНАЯ!» — закричал водитель. Двери открылись. Первая партия людей просто упала на грязную землю перед дверьми, остальные начали быстро выбираться из автобуса. Спустя минуту он был опустошён. Не считая бездыханное тельце, лежавшее посреди салона. Это была оболочка Барри. Душа была уже давно на небесах.
* * *
Больше кейсов
Девочка по имени Розмари родилась в богатой семье успешного бизнесмена Ричарда Батвика. Мистер Батвик работал день и ночь, чтобы его семья — жена Лола и маленькая Розмари жили в роскоши.
Когда Розмари исполнилось четыре года, мама решила подарить ей большой набор кукол. Куклы — идеальная разновидность игрушек, чтобы развить в маленькой девочке навыки социального взаимодействия. Но Розмари была немного необычной девочкой. Её не интересовали куклы. Больше всего маленькая Розмари была заинтригована папиной работой.
— Где ты был, папа? — спрашивала Розмари нежным голоском его каждый раз, когда он вечером возвращался с работы.
— Я был в офисе, Розмари. Там с коллегами я решал важные вопросы. Ты ещё маленькая для таких дел.
— Я не маленькая! — обижалась Розмари и надувала свои розовые щёчки.
Её взор, как магнит, притягивал папин дорогой кожаный чемодан с замком и золотыми узорами. Девочка постоянно говорила папе:
— У тебя такой красивый чемодан! Я тоже хочу такой иметь. Я хочу ходить на работу, как ты.
— Ты моё золотко! — Ричард гордился, что у него такая деловая дочка, — Запомни, Розмари, более точное название этой штуки — не чемодан, а кейс. Кейсы предназначены специально для важных документов. А ещё на кейсе обязательно должен быть замок, чтобы его не мог открыть посторонний человек.
— А я могу иметь свой кейс? — спросила Розмари, заглянув в глаза папы со всей обаятельностью.
— Хорошо, Розмари, мы купим тебе кейс.
На следующие выходные семья пошла в универмаг, и родители девочки купили ей блестящий пластмассовый розовый кейс, предназначенный специально для девочек. Розмари была в не себя от радости. С того самого дня она стала важной походкой гулять по дому с кейсом в руке, будто она ходит на работу, и родители умилялись: «Вырастет настоящей бизнесвумен!»
Шли года, и любовь Розмари к кейсам только лишь усиливалась. «Если ты будешь учиться хорошо, мы будем покупать тебе кейсы», — так родители мотивировали свою дочку учиться на пятёрки. Что не составляло труда для умной Розмари. И родители сдерживали своё обещание. К шестому классу у отличницы было уже тринадцать кейсов! «Больше кейсов! Больше кейсов!» — говорила она.
К десятому классу Ричард и Лола стали всерьёз беспокоиться о психике Розмари. Вся её комната была обставлена кейсами: синие, красные, зелёные, розовые; кожаные, пластмассовые, металлические. В общем, кейсы на любой вкус. Розмари, придя после школы, запиралась в своей комнате и не выходила оттуда. Она говорила, что хочет побыть вместе со своими кейсами, и страшно кричала, когда родители беспокоили её. «Это мои кейсы! Мои! Не мешайте мне быть вместе с моими кейсами!»
Друзей у Розмари вовсе не было. Если в семь лет она была очень общительной и жизнерадостной девочкой, то к шестнадцати годам она замкнулась в себе и ни с кем не разговаривала. Казалось, она жила ради кейсов. И кейсы жили ради неё.
Что же случилось дальше? Розмари смогла окончить школу. Но в университет у неё поступить не получилось: прямо во время написания экзамена она вдруг начала кричать «Больше кейсов!!!» и её результат аннулировали. Родители были в отчаянии.
— Что нам с тобой делать,
