питался только в заведениях общепита.
Металлическая кастрюля с супом была чуть открыта — крышка была немного смещена. Влажный, тёплый воздух кухни проникал внутрь и вступал в контакт с супом. Микроорганизмы, содержавшиеся в блюде, стали быстро размножаться и развиваться. По прошествии пяти дней весь суп превратился в одну большую гороховую массу. А что Андрей? Андрей целыми днями играл в компьютер. Лишь утром он уходил в университет и возвращался к обеду, чтобы весь оставшийся день посвятить виртуальному миру. Дверь в кухню была закрыта, и молодой человек даже не слышал запаха, который источала кастрюля. Плесень не остановилась в своём развитии. Микробы, прошедшие путь от родовых племён до суперцивилизации, стали образовываться некие сгустки коричнево-болотного цвета, а эти плесневые комочки, в свою очередь, соединялись в нечто крупное, дышащее и имеющее свою систему органов…
Прошло уже двенадцать дней. Вся квартира покрылась пылью — ведь Андрей не занимался уборкой. Была глубокая ночь. Парень спал, как младенец, в своей кровати. Часы показывали три часа и шестнадцать минут. В это самое мгновение крышка кастрюли сдвинулась на пару сантиметров. Через несколько секунд её снова будто кто-то толкнул. Кто-то, кто был внутри кастрюли. Это было некое существо, вонявшее плесенью и похожее на крошечного карлика, высотой около тридцати сантиметров. Наконец он сдвинул крышку настолько, что смог выбраться из кастрюли. Гороховый голем дышал, у него имелись маленькие глазки, с помощью которых он мог видеть окружающий мир. Он ловко спрыгнул со стола — тут же несколько комочков гороховой субстанции откололись от его ног и упали на ковёр.
Андрей резко проснулся. Он услышал, как кто-то маленькими шажками бродит по его квартире, будто младенец. Молодого человека охватил леденящий ужас. Сердце его застучалось так быстро, что казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди. Внезапно дверь в его комнату приоткрылась, и в темноте Андрей разглядел, как маленькое существо входит внутрь.
— Что это!? — вырвалось у него изо уст.
Но тут гороховый карлик вдруг озверел, он резко побежал в сторону кровати Андрея, по пути теряя частицы себя. Карлик вцепился своим ртом в ногу парня, пытаясь её прокусить (странное решение, учитывая, что у него нет зубов, да и сам он состоит из мягкой субстанции), но Андрей другой ногой со всей силы ударил гороховое существо, что оно рассыпалось на мелкие части. Теперь вся постель парня была усыпана гороховой плесенью. Однозначно, карлик погиб. Через какое-то время, когда Андрей смог прийти в себя, он принялся за уборку. Он убрался везде, где только мог. Он наводил порядок в квартире несколько дней, и теперь она сияла чистотой. А вот и родители приехали!
— Ну как, сын, без происшествий? — спросили родители.
— Всё отлично, — ответил Андрей и кашлянул. Почему он кашлянул? Потому что во время уборки крошечная частица гороховой плесени попала ему в лёгкие. А ведь лёгкие являются идеальной средой для развития микроорганизмов…
* * *
День рождения
Разноцветные гелиевые шары прижимались к потолку комнаты мальчика Жуана. У него был день рождения. Ему исполнилось шесть лет. В квартире собралось много народу. Это были родственники Жуана и друзья его родителей — Ларисы и Антонио.
— Кажется, только вчера Лариса ходила к нам в гости с Жуаном в животе. А сегодня ему уже шесть лет! Вот же быстро летит время, — говорил дядя Санчез — пузатый и усатый друг родителей Жуана, — Жуан, дорогой, голубчик! Вот тебе от меня подарок, — дядя Санчез подошёл к комоду, на котором лежал его пакет, и вынул из него большую игрушечную машину марки «BMW».
— Что нужно сказать, Жуан? — сказал его папа.
— Спасибо! — непринуждённо кинул Жуан и побежал выхватывать из рук дяди автомобиль.
— Какая шикарная машина! Тебе повезло, Жуан, — добавила Мария — древняя подруга Ларисы.
Вдруг из толпы выбежал сынишка Марии — Энрике. Ему было семь лет, и он только что увидел автомобиль, который дядя Санчез вручил Хуану.
— Я тоже хочу! Я хочу машину! — плакал Энрике.
— Когда у тебя будет день рождения, мы с папой подарим тебе ещё более крутую машину, — попыталась успокоить его родная мать.
— Нет! Я хочу такую машину! Прямо сейчас! Она моя!!!
Неожиданно Жуан взял машинку и поднёс его к Энрике.
— Возьми её, если хочешь, — сказал он. В комнате воцарилась тишина. Все взрослые были ошеломлены недетским благородством маленького Жуана.
Энрике вытер рукой слезу с щеки, посмотрел на Жуана и взял машину.
— Молодец, Жуан, — сказали взрослые, — это очень светлый поступок.
И тут Энрике с грохотом бросил машину наземь и закричал:
— Ааа! Почему ему опять достаётся всё внимание!? Этот гад всё заранее просчитал! Ненавижу! Ненавижу!!! — Энрике накинулся на Жуана с кулаками, но взрослые успели разнять мальчиков до того, как кто-нибудь из них пострадал.
«У Марии какой-то ненормальный сын», — говорили гости торжества по приходе домой. Да и самой Марии было жутко стыдно за Энрике.
С тех пор прошло двадцать лет. Золотой мальчик Жуан в итоге закончил престижный вуз и стал весьма успешным адвокатом. А что стало с Энрике? Энрике ударился в физику. Физика настолько вскружила ему голову, что он не переставал заниматься ею ни на час.
Сегодня люди пользуются технологией телепортации, перемещаясь из Лондона в Токио, из Барселоны в Нью-Йорк за считанные секунды. И всё это благодаря гениальному учёному — некогда противному мальчику Энрике.
* * *
Другой кабинет
В университете, в отличие от школы, больше вольности, больше бунтарства. Но именно в такой среде рождается что-то новое, что-то прекрасное.
Это был обычный академический день в высшем учебном заведении. Четверг, по-моему, стоял на дворе. Преподавательница лингвистических наук Матильда Филатовна вела урок, разъясняя материал лекции студентам, иногда поглаживая свои золотистые волосы. Студенты слушали внимательно. Я бы даже сказал, внимательнее, чем когда-либо. Сессия была совсем близка, и многие молодые люди только-только начинали осознавать, что слушать преподавателя — в какой-то степени неплохая идея. Тут было важно одним выстрелом убить двух зайцев — и в теме разобраться, и учительнице понравиться.
— Таким образом, господа хорошие, вы должны уяснить, что публицистический стиль и художественный стиль — это совершенно разные вещи, — сказала Матильда Филатовна, пробежав взглядом по внимательным глазкам, по навострённым ушкам. — Понял, Виктор? — спросила она напоследок, обратившись к худому парню в синем свитере и большой родинкой на щеке.
— Понял, Матильда Филатовна! Я полностью принимаю тот факт, что публицистический стиль это не то же самое, что и художественный стиль. Я благодарен вам, Матильда Филатовна, что вы так доходчиво объясняете тему нам.
Сразу было
