То ли экари поняли намёк не хуже Тарца, то ли просто были слишком деморализованы, но никто не воспрепятствовал нашему маленькому отряду проехать остававшиеся перестрелы* и своими глазами увидеть высокие стены второй из великих твердынь Севера, Шинтордана.
Белая Крепость, цель нашего долгого пути из Остры. Станет ли она также его концом?
Ох, вряд ли…
часть третья
Оборони, праматерь Тьма,
От ярости и мести светлых,
От помрачения ума,
Утраты ценностей заветных.
Оборони и сбереги
В пучинах битв, пучинах страсти,
В сетях, что выплели враги,
И от неведомой напасти.
Оборони своих детей
От ложных мыслей и от розни,
От суеты и от цепей,
От штилей и от бури грозной.
От слепоты сердец и душ
И от страстей, что рвут их в клочья.
Свою немилость не обрушь,
Простри защиту тёмной ночью!*
25
– Кто такие? По какому делу?
Всё в этой жизни повторяется, подумала я философски. И до чего же порой это повторение надоедает!
– Стилет, магистр некромантии первой ступени. Игла, магистр некромантии второй ступени. Клин, вольный охотник и ученик мага. Тайна, подопечная Иглы.
– А гарпон тоже ваш? Ручной?
– Да, я рручной и очень смиррный, когда меня не тррогают. Клянусь скоррлупой своего яйца и всем своим оперрением!
– Его зовут Лурраст. Можете записать как ручное животное Клина.
– Угу. А что это за гроб у вас в повозке?
Всё повторяется. Ну, почти всё.
"Только на это самое "почти" и уповаю…"
– В этом гробу… э… скажите, вы уже обедали?
– Да. Полчаса как на посту. А что?
– Тогда я бы не советовал вам глядеть на содержимое, – с хорошо разыгранной неловкостью сообщил Стилет. – А нюхать тем более.
– Ясно, – судя по взглядам стражников, Стилета перевели из разряда некромантов прямиком в махровые некрофилы. – Раз всё так плохо, вам запрещается открывать ваш гроб в черте города. Во избежание. Понимаете?
"Вам нельзя открывать ваш гроб… потрясающе!"
Но некромант был невозмутим.
– Вполне.
– Вот и хорошо. Держите.
– Что это?
– Знаки убежища, – ответила я вместо начальника караула. – Все помнят, что я говорила о правилах для прибывающих в Шинтордан? Так вот, верхнюю часть знаков вместе со шнурками выдают гостям, а нижнюю отламывают и хранят на посту у ворот. Через час после рассвета четвёртого дня с момента въезда нижнюю часть бросают в чан с едким зельем, после чего верхняя часть белеет и начинает гудеть. К тому времени гостю лучше покинуть Шинтордан, потому что стража имеет приказ убивать нарушителей закона об убежище на месте, где бы они ни обнаружились. Подделка знаков и постоянных видов на жительство карается здесь много строже, чем чеканка фальшивой монеты. Тот, кто видел публичную казнь занимавшихся этим ремеслом идиотов, сможет заглянуть в… этот гроб и лишь слегка поморщиться.
– Приятно видеть осведомлённого человека, – сказал начальник. – Бывали у нас?
– Доводилось, – сказала я, потирая мочку уха; на моём пальце при этом тускло блеснуло медное колечко действительного члена Содружества Посоха и Пыли.
– Вижу, вижу. Что ж, тогда платите по три серебрушки с носа и проезжайте.
– А мне тоже пррикажете платить? Или прропустите задарром, без выдачи знака?
– Раз такая… такой говорливый – бери знак. Только сперва заплати!
– Пррошу: рровно, как в аптеке! – гарпон пролевитировал монеты прямо в ладонь стража.
– Ишь ты. Занятная у вас тварь.
– Да уж куда занятнее вас, мой доррогой!
Стражники караула дружно грохнули. Тот из них, кто стал объектом немудрёной шутки, смеялся вместе со всеми. Под жизнерадостный хохот мы проехали в громадные ворота.
Если Белая Крепость и не дотягивает до одного из Десятки Великих городов по числу обитателей, то совсем немного. А на севере у Шинтордана конкурентов по части населённости вообще нет. Формально столица Союза Стражей Сумерек расположена в Воющей цитадели, резиденции Тарлимута, но если судить без формальностей, то живое сердце Союза бьётся именно здесь.
Правда, жизнь – она бывает ох какая разная…
– Эгей! Ребятки… и красотки. Не подскажете ли, как бравым мужчинам вроде нас раздобыть денежку на поесть и погулять?
Стилет обвёл взглядом пятёрку скалящихся "бравых мужчин", вставших поперёк дороги, бросил взгляд назад, где околачивалось ещё трое, и поинтересовался у Иглы:
– Скажи мне, как старожил: что признаёт возможным закон Шинтордана в таких случаях?
– Ну, не знаю. В моё время бандиты были вроде поумнее…
– Ты это на что намекаешь, красотка?
– На то, что раньше даже самые дурные шайки, вроде команды Вяленого Рыла или ребят Жучилы, не считали зазорным брать с собой на дело мага. Хотя бы плохонького.
– Ха! Откуда ты знаешь, что с нами нет мага?
– Да оттуда, прридуррок, что вы пррикопались к стрранствующим некрромантам!
– Сдать бы вас в управу Южного сектора, – задумчиво протянула Игла, пока гоп-компания медленно осознавала тот печальный факт, что их ноги отчего-то отказываются отрываться от мостовой, точно пустили в неё корни. И второй, ещё более печальный факт: рты отказываются открываться, чтобы исторгнуть панические вопли о помощи. – Но боюсь, что за дешёвок вроде вас вряд ли заплатят хотя бы серебром. Только время потратим…
– Зато они долго не помешают другим честным гражданам, – заметил Клин.
– Что ж, это аргумент. Стилет, Тайна! Займите пока места в "Лиловой мантии", а мы с Клином и Луррастом отконвоируем этот мусор по назначению.
Об эпизоде с "бравыми мужчинами" не стоило бы рассказывать, если бы он не привёл к далеко идущим последствиям. Я-то всего-навсего планировала совершить доброе дело и попутно навести справки. Если и найдутся в мире сплетников люди более осведомлённые, чем скучающие старухи, цирюльники, придворные дамы и содержатели харчевен, то это, вне всяких сомнений, профессиональные шлюхи и муниципальные служащие (особенно начальство городской стражи).
Но, видимо, тот неведомый гений, который изрёк: "Ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным", – отлично изучил предмет, о котором высказался.
В итоге всё так и вышло.
В управе Южного сектора нас встретили не шибко ласково. Так оно всегда бывает: сначала стражники тебя не слушают, потом слушают, но не понимают, потом понимают, но неправильно, и так продолжается до тех пор, пока не объявится кто-нибудь из вменяемого начальства. Хотя вменяемое начальство в городской страже – подвид редкостный, можно сказать, вымирающий. Но всё-таки даже городская стража порой нуждается в людях, способных не только пить пиво, брать взятки да дрючить подчинённых, но также (подумать страшно!) решать проблемы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
