пыталась не сравнивать его с Девонширом. Её коттедж на скалистом утёсе у моря был небольшим, но уютным. С соломенной крышей и садом вокруг. Внутри даже присутствовала кое-какая мебель, чего она никак не ожидала. Если много не тратить, то получится долгое время прожить на тысячу фунтов, которые дал ей Дилан. Лучше не думать о Дилане. Грейс перестала обрывать засохшие цветки с шиповника в саду и закрыла глаза, пытаясь выбросить его из головы. Но он не собирался покидать её мысли. Воспоминание о Дилане преследовало её повсюду, как тень, и бередило рану на сердце, которая никак не заживала. Расставшись с Этьеном, Грейс ушла без сожаления, потому что в глубине души рассталась с ним задолго до того, как собрала вещи и уехала. С Диланом всё было по-другому, она сожалела об их разрыве постоянно. И постоянно испытывала боль.
Наступил сентябрь, стало прохладно и подул пронизывающий ветер. Прошло два месяца с тех пор, как Грейс покинула Найтингейл-Гейт, хотя казалось, что пролетели годы. Никогда ещё дни и ночи не тянулись так долго.
Она должна была возненавидеть Дилана. Она пыталась, но поддерживать в себе это чувство оказалось так сложно, особенно когда в Дилане было столько всего того, что она любила. Его творческий потенциал, его энергия, способность слушать и запоминать то, что она ему говорила, любовь к дочери и то, как он бесстрашно взял на себя ответственность за своего ребёнка. Грейс скучала по его обаянию и чувству юмора, не могла забыть, как он встал на её сторону в конфликте с семьёй. Скучала по его поцелуям. Она скучала по нему так сильно, что это причиняло боль. Если бы она его возненавидела, ей было бы намного легче вынести расставание.
Грейс сдалась, решив оставить в покое увядшие цветки. Глупое занятие, особенно сейчас, когда на шиповнике вот-вот появятся плоды, но ей нужно было чем-то заняться. Возможно, лучше пойти на прогулку.
Она оглянулась на зелёные, окутанные туманом холмы позади себя и подняла глаза к небу. Снова собирался дождь. Казалось, в Уэльсе дождь идёт, не переставая. Она сунула садовые ножницы в карман фартука и отправилась в сторону холма. Лучше ей действительно сейчас прогуляться. Небольшой дождь не помеха.
На дороге показался экипаж, который свернул на просёлочную дорогу, ведущую к её коттеджу. Грейс с удивлением проследила за тем, как закрытая дорожная карета подъехала к парадной двери домика и остановилась. Грейс развернулась и пошла обратно вниз по склону. Кучер открыл дверцу, и из кареты вышел высокий худощавый мужчина со светлыми волосами.
Она сделала неуверенный шаг.
– Джеймс? – прокричала Грейс и побежала к карете, пристально глядя на брата. – Джеймс, неужели это ты!
Она остановилась перед братом, который уставился на неё. Он оглядел поношенное бордовое платье, рабочий фартук и белую косынку, повязанную вокруг волос. На его лице промелькнуло сожаление, которого она не заметила при их последней встрече.
– Грейс.
– О, Джеймс, я глазам своим не верю! – Год назад они расстались не в лучших отношениях, но, живя одинокой жизнью в Уэльсе, Грейс была рада увидеть брата, даже больше, чем ожидала. Она протянула ему руку, и, к удивлению Грейс, он её взял.
– Как ты меня нашёл? – спросила она.
– Меня навестил твой друг, сэр Йен Мур.
– Что?! – воскликнула она, удивившись ещё больше, чем прежде. – С какой стати его превосходительству тебя навещать?
– Довольно долгая история. – Он указал на коттедж. – Может быть, пройдём внутрь?
– Конечно! – Грейс проводила его в маленькую гостиную, взяла кочергу и стала перемешивать угли, но брат забрал её у неё из рук и занялся этим сам.
– Чаю? – спросила Грейс, но он покачал головой. Она присела на маленький диванчик, а брат занял кресло напротив.
– Как ты, Грейс? – спросил Джеймс.
– Довольно неплохо, – ответила она, глядя в такие же зелёные глаза, как и у неё самой. – Но, признаюсь, я совершенно сбита с толку. Что ты здесь делаешь?
– Как я уже сказал, сэр Йен нанёс мне визит в Стиллмуте. Он приехал по просьбе брата, и это побудило меня отправиться сюда.
– Что? – Сердце дрогнуло, ответ брата застал её врасплох. Дилан отправил сэра Йена к Джеймсу? Она попыталась убедить себя, что ей всё равно.
– Сэр Йен и его брат очень беспокоились о твоём благополучии. Ты была гувернанткой дочери мистера Мура? – неодобрительным тоном спросил Джеймс. Да и как могло быть иначе, учитывая привередливый характер её брата и дурную репутацию Дилана?
– Да. – Она не могла поверить, что Дилан о ней беспокоится. С чего вдруг? Ведь он потерял к ней интерес. Грейс не понимала, с какой стати он послал своего брата поговорить о ней с Джеймсом. – Сэр Йен упомянул, как поживает Изабель? – спросила она, меняя тему, чтобы прийти в себя.
– Он сказал, что с его племянницей всё в порядке, но она очень по тебе скучает.
– А Дилан... – Она замолчала. Грейс причиняло боль произносить его имя, но она приветствовала её, потому что от одного его упоминания её пронзали лёгкие уколы удовольствия. – С мистером Муром всё в порядке?
– Сэр Йен отметил, что у мистера Мура отличное здоровье. Причина, по которой его превосходительство нанёс мне визит, заключалась в том, что он и его брат были сильно огорчены, узнав о твоём разрыве отношений с семьёй. Он сказал, что они оба в курсе сложившихся обстоятельств, и они глубоко опечалены тем, что нам всё ещё причиняют боль дела минувших дней. Он объяснил, что ты была замечательной гувернанткой для Изабель, и они не могут не беспокоиться о твоём благополучии. Сэр Йен приехал в Корнуолл, надеясь поспособствовать твоему примирению с семьёй. Излишне говорить, – добавил Джеймс, – что я был поражён.
И не только он. Встав, Грейс пересекла комнату и подошла к камину. Повернувшись спиной к брату, она протянула руки к пламени. Она была настолько сбита с толку, что потеряла дар речи. Грейс не могла понять, что подтолкнуло Дилана к таким действиям после столь холодного поведения.
– Сэр Йен заверил меня, что другие твои друзья, включая леди Хэммонд и её брата, герцога Тремора, также были очень обеспокоены, узнав о печальной ситуации, сложившейся в нашей семье после твоего опрометчивого поступка.
Грейс застыла, не оборачиваясь. Что он такое говорит? Из светских газет Грейс знала, что
