— Ты — мой первенец, Варрава. Моё самое старшее дитя, самый любимый. Конечно, я пришла, раз ты позвал.
Её глаза сверкнули красным, и она раскрыла рот, показывая Варраве ряды острых, как бритва клыков. Карающих, разрывающих, и пронзающих клыков.
Конлан знал всё об этих клыках, и задрожал бы, если бы его тело не удерживалось в тисках силы.
Варрава раскачивался, оказавшись в гипнотической ловушке привлекательности своей госпожи.
— Да, твой первенец, моя Богиня.
Она изящно подняла руку, чтобы дотронуться до него, сорвать с него рубашку.
— Тогда, почему? — закричала она, её лицо вдруг засветилось в яростном накале. — Почему ты не сказал мне, что Трезубец у тебя? — взревела она, да так, что побились все стёкла в помещении. Лопнули перепонки. Застыла кровь в жилах всякого, кто ещё был в сознании.
А Конлан обрёл надежду. Если гнев сокрушил Богиню, значит, у него есть шанс победить её. Если Райли ещё жива — а он отказывался даже думать иначе — Посейдон найдёт способ излечить её.
Если Райли мертва, ни одно немёртвое существо не покинет эту комнату, не обратившись в пепел.
Варрава завопил, и звук проник в череп Конлана. Он вовремя переметнул взгляд обратно на вампиров и увидел, как Анубиса поднимает голову от плеча Варравы.
Это было левое плечо Варравы.
Кусок его оказался у неё во рту.
Она снова улыбнулась ему, кровь и частички плоти поглощали её клыки.
— Ты подвёл меня. Хуже, ты пытался обмануть меня, идиот.
Она махнула рукой, сдирая его штаны. Вампир опустился перед нею на колени, голый и истекающий кровью, рыдая и вопя в отвратительном неблагозвучии просьб и извинений.
— Мы должны подать пример, не так ли, дорогой мой? — прошептала она, почти нежным голосом. Затем выставила свои когти и устремила их к паху Варравы.
Мучительный вопль, какого Конлан никогда не слышал, с тех пор как покинул её логовище, отскакивал от стен комнаты, и принц с ужасом наблюдал, как она открыла свои пальцы, чтобы показать Варраве кровавое зрелище его собственных яиц в её руке.
— Да, — повторила она, изящно посасывая мясо со своей руки. — Мы должны показать пример.
Как только Варрава упал, все ещё продолжая кричать, её рука снова рванулась к нему.
На сей раз, она возвратилась с его сердцем. Варрава более не издал ни звука.
Звук со светом накатывались приглушёнными волнами и проникали в разум Райли — она чувствовала, как к ней постепенно возвращается сознание. Её чуть не стошнило, когда она ощутила неприкрытый ужас Конлана, но некий инстинкт подсказал ей притвориться мёртвой.
Какой она едва не стала, чёрт побери, если раскалывающая головная боль о чём-то говорила.
Она открыла сердце и разум, открыла душу, и попросила о помощи.
Я верю. Я прежде приходила к тебе с вызовом, теперь же пришла к тебе в презренном смирении, Посейдон. Ты — Бог Морей. У тебя есть власть над ними, твоими подданными.
Абсолютная тишина затопила её мозг. Она потерпела неудачу.
Она сменила смирение на вызов.
Ты и правда позволишь этой суке победить сегодня?
Всё ещё тишина. Безнадежность опустошила Райли. Если даже Бог, который отметил её, покинул её, какие шансы у неё против Богини Смерти?
ВСЕГДА ЕСТЬ НАДЕЖДА, НЕПОЧТИТЕЛЬНАЯ. ПРЕЗРЕННОЕ СМИРЕНИЕ? ЧТО ЗА НАГЛОЕ ДИТЯ.
Она почти задрожала от облегчения, вспоминая в последний момент о том, что следует оставаться неподвижной.
Скажите мне, что делать, ваше морское величество, и я — ваша женщина.
Я ТАК НЕ ДУМАЮ. ТЫ — ЖЕНЩИНА КОНЛАНА, И СТАНЕШЬ ВЫСОКОЙ КОРОЛЕВОЙ. МОЖЕШЬ ИСПОЛЬЗОВАТЬ МОЙ ТРЕЗУБЕЦ ОДИН ПОСЛЕДНИЙ РАЗ, ПРАВНУЧКА МОЕГО СЕМЕНИ. ПРАВИЛЬНО ИСПОЛЬЗУЙ ЕГО.
С этим его оглушающий голос вышел из её разума. Но кое-что жёсткое и острое уткнулось в её тело.
Кажется, у тебя всё-таки есть чувство юмора. И спасибо.
Она почувствовала явные очертания Трезубца, который испускал тепло под её изогнутым и разбитым телом, наполняя её теплотой и светом и исцеляя. Одним единственным, бесшумным потоком воздуха были залечены все раны, и её переполнило ощущение огромной мощи.
Клеймо на плече горело, напоминая ей о её обязанности.
О, это доставит мне удовольствие.
Одним плавным движением она схватила рукоятку Трезубца и вскочила на ноги.
— Эй, сучка! Хочешь поиграть?
Анубиза, с какой-то отвратительной кровавой штукой в руке, шипя, перенесла своё внимание на Райли. Конлан стоял в центре комнаты, мускулы подрагивали, он явно не мог и пошелохнуться.
— Ты ещё жива, маленькая шлюшка? И собираешься играть игрушками богов? О, пожалуйста. Будет забавно, — промурлыкала Анубиза с самодовольным превосходством.
Райли глубоко вздохнула и направила на неё Трезубец.
— Чёрт, я даже не знаю, как работает эта штуковина, но пойдём-ка с трансформирующим световым мечом, — пробормотала она.
Затем она выкрикнула свой собственный вызов.
— Попробуй вот это, ты злая, уродливая, кровососущая тварь!
И она призвала силу всем своим существом. Сейчас! Сейчас! Давай, уничтожь её, сейчас!
Трезубец, вибрируя в её руках, запел мелодичным, звонким звуком грандиозной силы. Пока насмешка на лица Анубизы сменялась крайним удивлением, серебристый поток чистой энергии выстрелил из наконечника Трезубца и полетел прямо в богиню вампиров, сбивая её с ног.
Ударная волна силы распространилась по комнате, и Конлан вырвался на свободу от той магии, что держала его, и побежал к Райли.
— Ты жива! Благодарение Богам, анэша.
Он схватился за рукоятку Трезубца поверх рук Райли, и они снова нацелили его на Анубизу, как только та попыталась встать.
— Умри, ты грязное адское отродье! — взревел Конлан.
— Держись подальше от моего парня! — выкрикнула Райли.
На сей раз, мощная волна энергии выстрелила в Анубизу и подняла её в воздух, впечатала в потолок и стала удерживать её там. Голова богини запрокинулась, рот открылся, и энергия полилась в рот и нос и глаза, а затем она… с грохотом… расщепилась.
Поток энергии перекрылся, словно водопроводный кран, и Райли с Конланом упали друг против друга. Он обхватил её лицо руками, повертел туда-сюда.
— Ты не ранена? Почему ты не ранена? Я видел …
— Посейдон. Он излечил меня при помощи Трезубца, — сказала она, одновременно смеясь и плача.
И одновременно им в голову пришла одинаковая мысль.
— Остальные!
Сначала они подбежали к Аларику и Квинн, и Райли, упав на колени рядом с сестрой, сильнее зарыдала от вида Квинн, лежащей в такой огромной луже крови. Конлан выдернул меч из их тел, затем встал на колени рядом с Райли и опять положил свои руки поверх её рук на Трезубец.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
