Прохладная жидкость одним глотком покинула драгоценный сосуд. Сата вспомнила мать, как та разочарованно-гневным голосом кричала на неё, не сдерживая отчаяния. Дайре нужны были сильные иссы, а её никчёмная дочка оказалась полностью бесталанной. Девочке опасно было даже прикасаться к воде Источника, он быстро высосал бы её жизнь. Сата сама не понимала, зачем набрала этот пузырек и носила его с собой, но сейчас он сыграл свою роль.
По мышцам пробежала короткая судорога, через миг волшебница почувствовала, что полностью обездвижена. Странным образом девушке показалось, что её тело раздвоилось, одна фигура колыхалась в тисках второй, не в силах вырваться, но и не сливаясь. Перед глазами вдруг ясно показалась блестящая поверхность Источника, на дне она видела каждую песчинку. Сата странным образом совершенно успокоилась, она чувствовала, что конец близок, но он будет спокойным и безболезненным. Жаль, что её дочка не узнает рождение.
Исса не видела, как в пещеру зашёл Валет. Глядя на безвольно расслабившееся тело с закрытыми глазами, он заявил:
– Можешь не смотреть, это тебе не поможет. У нас с тобой есть одно неоконченное дело, не так ли?
Засмеявшись, он пнул девушку носком сапога:
– Молчишь? Ну, молчи! Меня это не смутит. Здесь тебе деваться некуда. Но не бойся, я не настолько уж и плохой. Остальным ребятам трогать тебя не разрешу. Однако ты должна для этого заслужить мою признательность. Поняла?
Пнув девушку ещё раз, он взялся за ширинку.
Источник потянул в себя ничтожную Искорку, высасывая через неё саму жизнь. Сата поняла, что живёт последние мгновения, но тут случилось странное. Сердце Айтэг Бланориза сошло с ума, прозрачная гладь вскипела в один миг и отшвырнула прочь свою жертву.
Ошеломлённая девушка стояла в пещере. На ней было надето розовое платье из тонкого шёлка, ноги были свободны. Недоумённо обернувшись, она увидела рядом свою копию, лежащую на полу в грязной дорожной одежде, над ней стоял Валет, развязывая штаны. Глядя, как беззвучно шевелятся его губы, изумлённая исса поняла – Источник ничего не смог ей сделать, и даже более того, защищая себя от посторонней Силы, он оттолкнул её с такой мощью, что иссу вышвырнуло в десмериум. Это было невозможно, ведь они находились в районе, где магия не действовала. Однако факты – упрямая вещь: Сата действительно смотрела на своё тело со стороны.
Глядя на действия ненавистного землянина, девушка нахмурилась. Ещё немного, и с её телом произойдёт неприятная вещь. Взмахнув рукой, она лёгким хлопком Силы швырнула Валета на стену пещеры. Искалеченный до последней косточки, он сполз вниз окровавленным, мелко дрожащим мешком, жизнь стремительно уходила из его ошеломлённых глаз. Выйдя из пещеры, Сата в несколько мгновений уничтожила всех врагов, подошла к костру и присела на обрезок бревна.
Без помощника ей не вернуться в тело, более того, она уже не помнила, где его оставила. Это была нормальная особенность десмериума. В таком состоянии её тело могло прожить около пятнадцати часов. Если до этого не придёт помощь – Сата умрёт.
Волшебница спокойно сидела у костра; она почему-то была уверена – помощь придёт.
ГЛАВА 9
Колено уже не беспокоило. Боль нарастала до какого-то предела, затем перегорели предохранители, всё кончилось... Робин больше не чувствовал свою ногу, она была не более чем чуждым протезом. Вождь стоял на верхней площадке Лестницы, перед входом в пещеру. Переведя дух, он обернулся – далеко внизу медленно поднимались несколько чёрных фигур, Зардрак не смог усидеть на месте. Покачав головой, Робин пошёл вперёд.
Он ожидал, что всё будет совсем не так. Пещера оказалась сырой и мрачной, больше похожей на грязный погреб старинного дома. Такой плесени Робин ещё не видел. Осторожно ступая мимо гроздьев гнилых грибов, он вошёл в огромный, сумрачный грот. На полу, распластав крылья и вытянув шею, лежал огромный дракон.
Он был невероятен, одновременно совершенно чужим и странно родным; нечто похожее Робин испытывал до этого всего однажды – когда встретил Ромфаниума. Голова свешивалась над чашей местного Источника, глаза... глаза... Робин шагнул вперёд и растворился в жёлтых нечеловеческих зрачках. Последней его мыслью было – похожие жёлтые искорки он видел в глазах своей Саты.
Здесь не было ничего, кроме сознания и странных образов, недоступных для глаз. Рядом было что-то невероятно мощное, страшное и притягательное, внушающее ужас и восторг. Здесь не было красок, не было времени и пространства, даже Слова рождались из ничего, без голоса; безликие и странные, они рождались из ниоткуда и пропадали в один миг. Воспоминания о них быстро таяли, будто сон через минуту после пробуждения, но оставался Смысл, причём не всегда его передавали Слова.
– Привет, говорящий с единорогами!
– Привет. Как тебя звать?
– Здесь нет имён.
– Кто ты?
– Бог.
– Но этого не может быть!
– Если ты считаешь, что Бог – это бородатый старец, сидящий в небесах, то твоё утверждение верно.
– Бог создал мир.
– Верное утверждение. Я не создавал этот мир.
– Значит, ты не Бог!
– Ты плохо слушаешь. Я сказал – этот мир!
– И что это значит?
– Я создам другой мир.
– Планету?
– Нет – Вселенную. Со своими физическими законами, планетами и галактиками, параллельными мирами и временным потоком.
– Так, значит, ты действительно Бог?
– Здесь нет лжи.
– Но кто создал мою Вселенную?
– Бог.
– Я ничего не пойму! Вас что, несколько?
– Нет, я один.
– Но как это может быть?
– Вопрос малопонятен и требует длительных объяснений.
– Мы не можем долго говорить?
– Здесь нет времени. Но я сам – время, каждый мой миг множит страдания духа.
– Ты болен?
– Здесь нет болезней.
– Не могу поверить, у меня уникальная возможность поговорить с Богом, но я не могу найти слов. Скажи, почему ты мне помогал, подталкивал меня к этой встрече?
– Я не подталкивал тебя, это против Правил.
– Каких правил?
– Замены. Вся твоя жизнь – это только подготовка к нашему разговору.
– Значит, что бы ни случилось, я бы не погиб?
– Нет. Ты мог умереть на любой Развилке.
– Развилке?
– Да. Можешь называть это перекрёстками судьбы. На каждом две дороги – одна ведёт в тупик, вторая – к новой Развилке.
– И ты, всемогущий бог, не мог меня провести?
– Нет. Все, кто имеет разум – свободны в своём выборе. Каждый должен сам идти по своему пути. Я помогал тебе, но не подталкивал на нужный путь. Замен было очень много, но ты единственный, кто смог дойти до конца.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
