меня! Или, что более вероятно, за свои собственные шкуры. Ведь они оба, также как и я, тоже ослушались Отца Джуна и фактически были моими пособниками…
Нет, это точно были не они! Значит, кто-то другой…
Я оглядел рожи парней. Они все как один мерзко ухмылялись. Все получали удовольствие от того, что моей жизни угрожала опасность расправы!
Из всей толпы выделялись только лица Анны и стоящих рядом с ней девчонок. На них не было злорадства. Сочувствия, конечно, тоже не наблюдалось. Но и смерти, в отличие от остальных, они мне не желали.
Тут в голове всплыло воспоминание. Лора ведь говорила, что какой-то парень наблюдал за магазином. Тогда я не придал этому значения. А сейчас начал понимать, что, возможно, он наблюдал совсем не случайно. Следил, собирая информацию, чтобы потом передать её Отцу Джуну. Вот только кто?
Я перевёл взгляд и упёрся в ухмыляющуюся рожу Грэга. Поймав мой взгляд, он провёл пальцем по шее. Вот ведь ублюдок! Это был он! Он меня сдал!
– Эй, хум! Ты меня вообще слышишь, идиот?! – проревел Отец Джун.
Кажется, до него дошло, что его повизгивания не производят на меня никакого впечатления. Это разозлило его ещё сильнее, и он закричал громче прежнего.
По своему опыту я знал, что когда все выводы основаны на эмоциях, как сейчас, то пытаться кого-то переубедить – тупой и бесперспективный номер.
Но и стоять молчаливой куклой и безропотно принимать все унижения я не собирался. Я был намерен защищаться.
– Простите, но моё маленькое предприятие приносит куда больше, чем если бы я шебуршал по чужим карманам! – дождавшись, когда Отец на мгновение замолчит, чтобы набрать в лёгкие воздух, произнёс я. – При этом я ничем не рискую. Я занимаюсь честными делами! Шерифу я неинтересен, и у меня есть хорошие перспективы… Моё дело выгодно не только мне, оно выгодно и вам!
Я знал, что это был рискованный шаг. Моя тирада могла как сработать, вырвав Отца Джуна из власти страхов и эмоций, так и окончательно меня закопать.
Так вот, в этот раз мне не повезло.
Полы его бесконечного одеяния содрогнулись, и я даже не успел ничего понять, как они плотно обвили меня и подняли вверх, просто подвесив меня в воздухе. Я не мог пошевелиться, а отвратительные куски ткани продолжали сжиматься, беззастенчиво шаря по моему телу.
Это ощущение было похоже на то, как худой из Красного Клана вязал меня своими бесконечными руками в тёмном переулке. Только в этот раз всё было ещё более мерзко. От ткани воняло, а сила, с которой она сжималась, была какой-то нереальной. И всё это происходило на глазах у всей Семьи…
Отец Джун, всё так же держа меня в воздухе, приблизился ко мне, едва ли не вплотную прижав свою морду к моему лицу.
– Мерзкий хум… Ты считаешь, что можешь мне хамить?! Ты всего лишь жалкий кусок орочьего дерьма! Ты жив только потому, что я позволяю тебе жить! Или ты думаешь, что нас связывает Клятва? Что я не могу пришить тебя до дня уплаты долга?! О, недоумок, ты сильно заблуждаешься! Я могу всё! Всё! Нанять какого-нибудь рубаку с военным опытом, дать ему пару звонких монет – и от тебя не останется и горстки пепла! Ты сдохнешь в грязной подворотне, и никто и никогда не узнает, что там произошло! Никто никогда не обвинит меня! Я буду чист перед совестью и Клятвой. А ты сдохнешь… Ты мог сдохнуть тысячи раз! Тысячи! Но я не хотел этого делать. Нет-нет, я хотел разыграть весь спектакль до конца! Получить удовольствие от того, как ты погружаешься на дно на моих глазах, бессмысленно пытаясь заработать нужную сумму, и каждый раз ошибаешься, не в силах справиться с непосильным бременем… Я хотел насладиться твоей беспомощностью, а затем, когда ты, грязный тупой щенок, приполз бы ко мне, я подарил бы тебе милосердную смерть! Смерть, что навсегда очистила бы Эвок от такой падали, как ты! Но ты не оценил моего благородства. Ты нарушил все устои Клана и связался с торговцами, забыл про заветы Семьи, которая приютила тебя… Ты меня предал! И теперь я могу сделать с тобой что пожелаю!
Это была по-настоящему долгая речь. Он читал её на одном дыхании, словно выступая с пьесой Шекспира на сцене театра. И, надо признать, читал убедительно. По-настоящему пугающе…
Парни вокруг замерли, в едва ли не религиозном экстазе глядя на Отца Джуна. Сейчас он был на вершине своей власти. Настоящий король Вселенной! Король, что наказывает жалкого червяка, посмевшего пойти против его власти…
И, кажется, одной тирадой Отец ограничиваться не собирался.
– И как же ты решил мне отомстить?! Ты выбрал жалкую лавчонку! Пыльную и грязную, принадлежащую девчонке, неспособной ни на что, кроме как эксплуатировать наследие своего отца! Как ты вообще втёрся ей в доверие?! Ты же туп и бесполезен! Она что, действительно думает, что ты можешь чем-то ей помочь?! Тогда она ещё тупее тебя!
Его последние фразы вызвали настоящий взрыв хохота. Парни ликовали. Они наслаждались моими унижениями. Благодаря им они чувствовали себя более важными и значительными, чем они были на самом деле.
Я попытался ответить, но горло было пережато полами его одеяния. О разговорах и речи идти не могло. Я мог только хрипеть…
Мой жалкий вид забавлял Отца Джуна. Сейчас, когда его морда была в паре сантиметров от меня, я мог видеть, как на ней расцветает сальная улыбка извращенца. Извращенца, который чувствует себя живым, только причиняя боль другим…
– Я знаю про тебя всё! – прошептал он так, чтобы его мог слышать только я, и смрад его дыхания заставил меня скривиться. – Ты был в доме Вэндфортов! Маленький мерзкий хум! Что ты делал в доме Благородных, а?! Что ты там забыл?! Я знаю! Ты разговаривал там с Боргом! Что, решил продаться Белым, да?! Я знаю! Я всё знаю! Ты замышляешь против пригревшей тебя Семьи и против нашего благородного Дона! Я всё ему расскажу! Он всё узнает!
Произнеся это, он больше уже не сдерживался. Полы его живого одеяния дёрнулись, становясь острыми как ножи, разрезая мою одежду и вскрывая кожу. А затем они подняли меня над головой Отца Джуна и начали резко опускаться.
Я понял, что этот идиот пытался сделать. Он хотел сломать мне хребёт!
И сейчас я никак не мог ему помешать…
Глава 49
Я всё ещё был плотно спелёнут одеянием Отца Джуна, так что
