Читаем без скачивания Могила девы - Джеффри Дивер

— Болван ты, Лу! — продолжала Фостер. — Хочешь улететь на вертолете? Валяй. Только тебя все равно поймают. Думаешь скрыться в Канаде? Экстрадируют в два счета под зад так, что покатишься вверх тормашками.

— Пусть сначала найдут.

— Думаешь, за тобой будут гоняться люди в красных жилетах с косолапым на шляпе[49], которые только и умеют свистеть вслед воришкам? Ты убивал заложников и полицейских. Теперь ни один коп в мире не успокоится, пока тебя не возьмут.

Лебоу и Поттер переглянулись. Переговорщик начинал нервничать. Уж слишком Фостер давила на Хэнди. Он нахмурился, но девушка то ли не заметила, то ли не обратила внимания на выражение его лица, считая себя выше критики этого пожилого человека и к тому же фэбээровца. Поттер почувствовал укол ревности. Он провел долгие часы, чтобы установить отношения с Хэнди. Он уже насквозь пропитался стокгольмским синдромом. И тут прилетает эта пташка, эта белобрысая потаскушка, и уводит у него доброго товарища и друга.

Переговорщик незаметно кивнул на компьютер. Лебоу понял и вызвал базу сотрудников правоохранительных органов. Через секунду он повернул экран к Поттеру. Шэрон Фостер, на вид юной и неопытной, уже исполнилось тридцать четыре года, и она имела солидный послужной список: неоднократно участвовала в переговорах во время кризисов с заложниками. В двадцати четырех случаях из тридцати ей удалось добиться того, что преступники сдались. В остальных ситуация осложнилась, и спецназу пришлось идти на штурм. Но в те разы захватившие заложников были явно на взводе. Если преступники эмоционально неуравновешенны, переговорные методы действуют лишь в десяти процентах эпизодов.

— Арт мне больше нравится, — заявил Хэнди. — Он не пудрит мозги.

— Узнаю тебя, Лу. Как всегда, ищешь, где попроще.

— Да пошла ты! — рявкнул Хэнди.

— Вот о чем я подумала, Лу, — с напускным испугом продолжала Фостер. — Ты в самом деле собрался в Канаду?

Теперь Поттер покосился на Данжело. Их оперативный план предполагал, что Хэнди и Уилкокс пойдут к вертолету через лес. Если Лу благодаря усилиям Фостер решит, что ему не верят, то заподозрит ловушку и не выйдет из здания.

Поттер поднялся и покачал головой. Детектив взглянула на него, но явно собиралась гнуть свою линию. Ее неуважение к авторитету старшего поразило Лебоу и Анжи. А сам переговорщик сел, скорее озадаченный, чем обиженный.

— Конечно, в Канаду, куда же еще? Даже выхлопотал себе специальный коридор. Сам говорил с каким-то хмырем из Федерального авиационного агентства.

Фостер словно не услышала его и продолжила со своим южным выговором:

— Ты убийца полицейских, Лу. Стоит тебе приземлиться где-нибудь в Штатах — с заложниками или без них, — и ты покойник. Каждому копу известно твое лицо. И Уилкокса тоже. Поверь, в тебя сначала выстрелят, а уж потом зачитают права твоему истекающему кровью телу. И обещаю тебе, Лу, «скорая помощь», которая повезет тебя в тюремную больницу, поедет с прохладцей.

С Поттера было достаточно ее грубой тактики. Он не сомневался, что Фостер загоняет преступника обратно в его берлогу. И уже собирался похлопать ее по плечу, но замер, когда услышал ответ Хэнди:

— Никто меня не поймает. Я худший из всех, с кем вы имели дело. Я холодная смерть.

Его остановили не слова Лу, а тон, которым он их произнес. Теперь он напоминал испуганного ребенка. Почти жалкого. Каким бы необычным ни показался метод Фостер, он что-то затронул в Хэнди. Детектив повернулась к Поттеру.

— Можно сделать ему предложение сдаться?

Лебоу, Бадд и Данжело повернули головы к переговорщику. Что творится в мозгу у Хэнди? — размышлял Поттер. Внезапно осознал, насколько безнадежна ситуация? Может, кому-нибудь из репортеров удалось сообщить, что федеральный спецназ окружил бойню, и Хэнди узнал об этом по своему телевизору? Или просто устал? Такое случается — в одно мгновение человека покидает энергия. Только что преступники собирались вырваться на волю, паля во все стороны, но вот безвольно сидят на полу, и когда в дверь вламывается группа захвата, даже не в силах поднять над головой руки.

Но существовала и другая возможность, о которой Поттер даже не хотел думать: просто эта женщина лучше, чем он.

Вихрем ворвалась сюда, оценила Хэнди и нанесла правильный удар. В душу снова закралась ревность. Как поступить?

Внезапно он вспомнил о Мелани. Что вернее ее спасет?

И кивнул детективу:

— Конечно. Давайте.

— Лу, что ты потребуешь в обмен на то, чтобы выйти и сдаться?

«Дашь себе засадить?» — подумал Поттер.

— Дашь себя трахнуть?

— Это ты должен спросить у моего мужа, но он ответит «нет».

Пауза.

— Мне ничего не надо, кроме свободы, а она у меня есть.

— Разве? — мягко спросила Фостер.

Снова пауза. Дольше, чем первая.

Переговорщик прикидывал, что скажет преступник. «Еще как есть. И никто ее у меня не отберет». Но Хэнди сказал совсем противоположное:

— Я… не хочу умирать.

— Никто не собирается в тебя стрелять, Лу.

— Все хотят в меня стрелять. А если я сдамся, судья пропишет мне иглу.

— Мы это обсудим. — Теперь голос Фостер звучал нежно, почти по-матерински. Поттер смотрел на желтый квадратик света. И в глубине души заподозрил, что совершил в этот день серьезные ошибки. Ошибки, которые стоили людям жизни. Детектив повернулась к агенту.

— Кто может гарантировать, что штат не станет добиваться вынесения смертного приговора?

Поттер сообщил ей, что где-то неподалеку находится Роланд Маркс, и послал Банда искать его. Вскоре помощник Генерального прокурора штата появился в командном фургоне. Фостер объяснила ему, каких гарантий требует Хэнди.

— Он сдастся? — Холодные глаза Маркса сверлили Поттера, и переговорщик почувствовал, что все упреки и презрение, которые он в этот день адресовал помощнику Генерального прокурора штата, тот теперь возвращает ему. Впервые он не выдержал его взгляда.

— Думаю, мне удастся убедить его, — ответила Фостер.

— Передайте, что я гарантирую ему все, что угодно. Приложите к моим словам большую красную печать. И украсьте ленточками. Но я не могу скостить ему уже вынесенный приговор.

— И не надо. Не сомневаюсь, что он это понимает.

— Зато гарантирую, что мы не станем колоть его в руку иголками.

— Лу, рядом со мной помощник Генерального прокурора штата. Он гарантирует, что, если ты сдашься, они не станут добиваться вынесения смертного приговора.

— Вот как? — Хэнди помолчал. Раздались такие звуки, словно он потирал пальцами трубку. — И то же самое для моего товарища Шепа?

Фостер нахмурилась. Лебоу повернул к ней компьютер, и она прочитала справку на Уилкокса. Затем посмотрела на Маркса. Тот кивнул.

— Разумеется. Гарантии распространяются на вас обоих.

А что с вашим третьим?

«Говнюк устроил себе несчастный случай», — подумал Поттер.

— Несчастный случай, — рассмеялся Хэнди.

Фостер вопросительно посмотрела на переговорщика.

— Мы считаем, что он мертв, — ответил тот.

— Хорошо, — заключила блондинка-детектив. — Ты и Уилкокс. Будем считать, что мы заключили сделку.

Такое же предложение Поттер делал Хэнди через Чарли Бадда. Почему он принимает его теперь? Через мгновение переговорщик понял.

— Постой, фригидная сучонка, это еще не все.

— Лу, мне нравится, когда ты ругаешься.

— Мне нужна гарантия, что я не окажусь в Каллане. Я убил тамошнего охранника. Стоит мне там очутиться, и меня как пить дать забьют до смерти. Никаких федеральных сроков.

Фостер снова посмотрела на Поттера.

— Звони в министерство юстиции, — шепнул он Тоби. — Дику Аллену, помощнику Генерального прокурора в Вашингтоне.

— Лу, — сказала в трубку Фостер, — мы сейчас будем работать над этим вопросом.

«А пока то да се, давай потрахаемся. А то у меня свербит», — подумал переговорщик.

Хэнди явно повеселел, к нему вернулся прежний настрой, и он начал прикалываться.

— Пока ждем, приходи посидеть на моем петушке.

— Может, и пришла бы, да не знаю, где он у тебя.

— Засиделся в трусах.

— Вот пусть еще там и посидит.

Поттера соединили с Алленом: выслушав его, тот нехотя согласился с тем, что если Хэнди сдастся, то будет сначала отбывать срок по приговору штата. Аллен откажется предъявлять обвинение в побеге, но не может снять обвинение в убийстве охранника. Практически это означало, что Хэнди не попадет в федеральную тюрьму раньше чем лет через пятьдесят после того, как умрет от старости.

Фостер передала все это Хэнди. Он долго молчал, наконец послышался его голос:

— Хорошо, по рукам.

Детектив опять вопросительно посмотрела на Поттера.