Все готово к взрыву. Участники сбора укрылись в траншее. По сигналу «Попади» последовал мощный взрыв 100-ки-лограммового, 40-метровой длины выдвижного удлиненного заряда. Нас изрядно тряхнуло, будто под бомбежку попали. Не успело еще осесть облако пыли и дыма, а мы уже вышли из траншеи и увидели такую картину: через все минное поле шла широкая, покрытая гарью полоса с неглубокой канавкой посередине и отдельными небольшими воронками от взорвавшихся противотанковых мин. Заряд проделал проход шириной свыше 10 м. Тут же через него был пропущен боевой танк.
Осмотрев проход, мы направились к противотанковому рву. Вдали показался второй танк с колейным барабаном. Он с ходу развернулся и лихо сбросил в ров барабан, а затем проскочил по нему на противоположную сторону.
Вслед за ним двинулся взвод саперов на трофейных бронетранспортерах. На их прицепах находились бревенчатые колеи. Используя барабан как мостовую опору, саперы быстро уложили и укрепили деревянные колеи, и по этому мосту прошли колесные машины и артиллерия.
После сборов полковнику Загороднему было дано задание изготовить 2210 тележек-звеньев для выдвижения удлиненных зарядов и еще 50 комплектов колейных барабанов. Большие работы проводились и в инженерных войсках армий.
Помимо фронтового сбора такие же сборы были проведены в армиях. Они оживили боевую подготовку всех инженерных частей.
Зная, что наступление назначено на 20 января 1945 года, мы, командиры и начальники, увязывали все наши мероприятия по масштабам и объемам со сроком готовности к предстоящей операции. [226]
От Вислы до Одера
Наступил новый, 1945 год, четвертый год тяжелой кровопролитной войны. Но теперь уже все мы понимали, что победа близка, что гитлеровская Германия в скором времени будет разбита окончательно.
Войска 1-го Украинского фронта заканчивали подготовку к операции. Все основные мероприятия были завершены. Однако дел еще оставалось немало.
3 января маршал И. С. Конев провел совещание с командующими армиями и начальниками родов войск фронта, ознакомил их с решением на наступление, которое намечалось на 20 января. Командующий подчеркнул особенности предстоящей операции. Они состояли в следующем. Если раньше передовые батальоны проводили разведку боем за сутки до наступления, то на этот раз они проводили ее в день наступления, что в большей степени обеспечивало внезапность, давало возможность уточнить расположение основных опорных пунктов и артиллерийских позиций противника. Это отступление от ранее существовавшей практики в действиях передовых батальонов должно спутать карты гитлеровцам.
Маршал отметил, что новым также явится ввод в сражение танковых армий. Он планируется на первый день наступления, а не на второй, как было прежде. Танковые армии мощью своего огня и брони помогут частям первого эшелона быстрее завершить прорыв главной полосы обороны врага и быстрее развить наступление в глубину.
Командующий фронтом поставил конкретные задачи перед участниками совещания. Вернувшись к себе в штаб, я ознакомил полковника Слюнина с указаниями маршала Конева. Теперь наступила и наша очередь составить план инженерного обеспечения операции, распределить инженерные части среди армий ударной группировки фронта. Набросок у нас уже имелся, но требовалось детально увязать его с задачами войск. Вместе с полковником Слюниным мы отправились в оперативное управление фронта к генералу В. И. Костылеву. Без лишних слов он разложил на столе карту и проинформировал нас о плане операции. [227]
Главный удар наносился с сандомирского плацдарма в направлении Хмельник, Радомско, а в дальнейшем на Бреслау. Вражескую оборону предполагалось прорвать на одном участке шириной 39 км войсками 13, 52, 5-й гвардейских армий, а также частью сил 3-й гвардейской и 60-й армий, 3-я гвардейская армия усиливалась 25-м, а 5-я гвардейская армия — 4-м гвардейским и 31-м танковыми корпусами. В первый же день операции для развития наступления ударной группировки в сражение вводились 4-я и 3-я гвардейские танковые армии. Танкистам была поставлена задача к исходу третьего дня операции выйти на реку Пилица.
Правый фланг ударной группировки обеспечивали 3-я гвардейская и 6-я армии. 3-я гвардейская армия прорывала оборону на участке 2 км и наступала в направлении Щидловец, обтекая с запада островецко-опатувскую группировку врага. 6-я армия на первом этапе оборонялась на правом крыле фронта в полосе шириной 94 км, а затем совместно с 3-й гвардейской армией должна была участвовать в уничтожении островецко-опатувской группировки.
Левый фланг ударной группировки обеспечивала 60-я армия, которая большей частью сил прорывала оборону на участке шириной 3 км и наступала на Краков вдоль левого берега Вислы, а остальными силами обороняла полосу шириной 80 км южнее Вислы. 59-ю армию намечалось ввести в сражение на второй день операции. Во втором эшелоне находилась и 21-я армия. В резерве оставались 1-й гвардейский кавалерийский и 7-й гвардейский механизированный корпуса.
Фронтовых маршрутов прокладывалось четыре: два — силами инженерных войск фронта, два — дорожными частями армий.
Теперь мы четко представляли, что нам надо делать. Придя в свой штаб, тут же взялись за составление плана. Я напомнил офицерам штаба, как будем решать основные инженерные задачи: проделывание проходов удлиненными зарядами ВВ; преодоление противотанковых рвов танками с помощью колейных барабанов; подготовка четырех маршрутов для ввода в сражение танковых армий; форсирование каскада рек в глубине с ходу по льду, вброд и мостам; понтонные мосты наводить, если нет разводья, на поверхности льда, паромы — на разводье. Форсирование водных преград осуществлять перекатом. Одна группа инженерных частей и понтонеров обеспечивает переправу на первой реке, а другая вместе с передовыми отрядами устремляется ко второй [228] и устраивает там переправы для наступающих главных сил. И так на всю глубину операции. Каждая армия должна иметь группы саперов для захвата мостов противника.
Чтобы прикрыть фланги ударной группировки фронта на плацдарме и левый фланг 60-й армии, предстоит выделить 42-ю механизированную инженерную бригаду полковника Е. А. Бондарева и 16-ю штурмовую инженерно-саперную бригаду полковника Б. К. Кордюкова. 3-ю и 6-ю понтонные бригады будем держать в резерве фронта и введем в центре ударной группировки, после преодоления реки Просна. Отсюда легче будет маневрировать и выдвигать их в нужном направлении исходя из обстановки{29}.
Полковник Слюнин и офицеры штаба отправились выполнять задание. Через несколько минут ко мне пришел представиться командир 23-й моторизованной штурмовой инженерно-саперной бригады полковник И. П. Корявко. Эта бригада прибыла к нам на фронт для усиления. Ранее она называлась 43-й отдельной инженерной бригадой специального назначения. Соединение участвовало в битве под Сталинградом, в прорыве обороны врага на Перекопе и штурме Севастополя. После освобождения Крыма в мае 1944 года 43-я Краснознаменная Перекопская ордена Суворова II степени бригада была выведена в тыл на переформирование и переименована в 23-ю отдельную моторизованную штурмовую Краснознаменную Перекопскую ордена Суворова II степени инженерно-саперную бригаду. Соединение было полностью укомплектовано и обеспечено всем необходимым, что очень важно перед наступлением.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
