Читаем без скачивания Куда уходит вчера - Константин Бояндин

— Может быть, тебе поможет оракул, что я получил этой ночью, — добавил старик, глядя, как рослый слепец бродит среди статуй, время от времени склоняя голову. — Бог, не пожелавший открыть своё имя, сказал: «Путь домой лежит через испытание властью». После этого бог некоторое время молчал и добавил: «Следуй белой тропой».

— Белой тропой? — «поднял брови» ольт.

Старик кивнул.

— Спасибо, почтенный, — поджал губы Вемкамтамаи.

— Те, кого ты ищешь, — добавил Хранитель, глядя, как ольт укладывает к ногам статуи дикие яблоки, — тоже говорили о белой тропе. Не знаю, где эта тропа, странник, но они намеревались идти куда — то на запад.

Ольт резко повернулся к нему лицом.

— Вы мне очень помогли, — он поклонился Хранителю и положил тому в ладонь ожерелье. Такое же. — Помогите девушке, чем сможете. Может, кто — нибудь из паломников…

— К нам давно не ходят паломники, — отозвался старик, с любопытством глядя на мерно светящееся украшение.

— Вскоре они вернутся, — ольт оглянулся, словно прислушиваясь к ветру.

Старик и девушка молча глядели, как он уходит в сторону Эриггвена.

— Зачем он это сделал? — спросила девушка.

— Нужно ли это знать? — ответил старик вопросом, бережно передавая ей ожерелье. — Я сделаю так, как он просит. Твой дом где — то на севере?

Девушка кивнула.

— Что ж, может быть, тебе повезёт, — Хранитель вновь поглядел в сторону, в которую направился Вемкамтамаи. — Во всяком случае, я стану просить об этом богов.

Девушка склонила голову. Ей подумалось, что ольт и тот необычный путник с двумя мечами говорили на одном и том же, странно звучащем языке. И та знатная дама, что появилась в трактире ночью — тоже.

Похоже, что всё это — только сон.

Сон этот был прекрасным и оказался длиной в долгую и интересную жизнь.

Вопреки ожиданиям, ничего страшного не случилось. Сидеть, сжимая в одной руке ножны с Солнечным Листом, а в другой — чехол с Чёрным Дождём, было занятием не очень приятным. От этого внутри было и жарко и холодно одновременно. Светящаяся дымка, которой оружие «разговаривало», казалась похожим на какие — то символы… буквы… слова… Вот — вот удастся их разобрать!

Воин заметил, как сквозь чехол Дождя проступает символ… очень знакомый символ — шестиугольник, знак Башен. Словно в ответ, такой же символ возник на ножнах Листа. И мир поплыл перед глазами…

Он очнулся оттого, что кто — то осторожно тормошил его. Ривллим потряс головой. Фиар. Сидит перед ним на корточках, озабоченно глядя в глаза.

— Что с тобой?

— Всё в порядке, — ноги отчего — то затекли. Когда успели? — Ты что, передумала ходить?

Девушка покачала головой.

— Час от часу не легче. Я уже сходила, сайир. Видишь? Солнце опускается. Давно так сидишь?

Ривллим ошеломлённо взглянул в сторону солнца и понял, что Фиар не шутит. У ног её лежал мешок. С добычей, надо полагать.

— Я думал, несколько минут, — он выпустил ножны и чехол из рук и, стиснув зубы, поднялся. — Великие боги, неужели я так и сидел?

— Похоже на то, — девушка уселась рядом. — Ну хорошо, главное — жив остался. Посмотри, что я принесла…

Посмотреть, действительно, было на что.

Несколько десятков арбалетных стрел — тяжёлых, с посеребренными наконечниками. Всевозможная серебряная посуда; несколько плотных многослойных одеяний. В таких передвигались по пустыне меднокожие западные кочевники.

Еды тоже немало. Как она всё это утащила? Килограмм сорок!

Воин потряс головой.

— Во сколько тебе это встало?

— Да почти даром.

Ривллим грозно взглянул на девушку. Та невинно улыбалась.

— Ты что, снова…

— Я и не старалась особенно. Вот это, — она указала на серебряную утварь и стрелы, — хотела купить, но дали даром. Ну не то что бы совсем даром… пришлось развлечь хозяев разговорами. Видал бы ты их глаза… А это — Фиар прикоснулась к халатам — подарил один купец, родом из Фендарра…

— Где это?

— На юго — западной оконечности континента. Узнал, что я направляюсь на запад, и подарил…

Ривллим молча смотрел в её спокойные глаза.

— В обмен на?..

— Да перестань! Просил, если окажусь в Фендарре, передать привет его семье. Чтоб не беспокоились.

Воин отвернулся.

— Иными словами, теперь весь город знает, куда мы направляемся. Я надеюсь, за вяленое мясо нам не придётся путешествовать куда — нибудь на Восток? Так, передать привет родственникам и знакомым?

— Нет, — Фиар уселась на землю и с наслаждением потянулась. — За него пришлось платить. На эту старую колоду обаяние не действует. Буду я ещё магию тратить…

Воин молча наливался красным цветом и неожиданно расхохотался. Смеялся он долго, пока из глаз не потекли слёзы.

— Что с тобой? — Фиар удивлённо воззрилась на него.

— Представил себе весь твой поход, — Ривллим вытер слёзы и вытряхнул содержимое своего рюкзака на траву. — Ну хорошо. Ты у нас молодчина. Сейчас упакую всё это — и можно отправляться.

— Как же, — Фиар вытянулась на траве, зажмурившись и подставив лицо солнцу. — Так я и пошла. Вначале отдохну. Дай — ка мне воды.

Ривллим вручил ей фляжку и тщательно осмотрел имущество. Оловянные и деревянные предметы надо сжечь, а затем зарыть поглубже всё, что останется. Железу, стали и благородным металлам ничего не сделалось. Ну и камню, конечно.

Пока он укладывал вещи, солнце село. Час спустя путешественники продолжили поход.

Хотя их ничто не тревожило, оба ощущали на спинах пристальный взгляд.

Ольт бродил по улицам Эриггвена, ничего не понимая.

Город был пуст. Пуст совершенно; ни одного живого существа — кроме птиц и насекомых, время от времени пролетавших поблизости. В порту стояли две новёхонькие шхуны; Вемкамтамаи рискнул подняться на борт каждого из кораблей, чтобы убедиться, что и там никого нет.

Город словно только что выстроили… Ольт заходил то в одно, то в другое строение — чисто, светло и пусто. Одна странность: ни одного подвала, ни одного спуска под землю. Где бы он ни пытался поднять крышку погреба, под ней был камень. Исключая канализацию, куда ольту лезть не хотелось. Кое — где сохранилась мебель — отчего жилища выглядели пугающе. Город — призрак, жители которого содержат его в порядке и чистоте, но не живут в нём.

Единственным местом, в которое он не смог попасть, был Храм. У ворот, открывавших проход в высокой замшелой каменной стене, несли караул два огромных волка. Они были полупрозрачными, и ольт отчётливо видел их, только когда те шевелились. Стражи подняли головы, осматривая пришельца, и встали у него на пути. Всё понятно.