Но Ибрахим наслаждался беседой, внимательно слушая вранье близнецов. Он наклонился к шее своего скакуна, рубин в его левой глазнице, казалось, засверкал сильнее, словно живой глаз. На слова Брэка он не обратил ни малейшего внимания.
— Как я уже сказал, — продолжал Кай, — проводник догадывался, что вы где-то неподалеку.
— Именно так, — согласился Ибрахим. — Ночью он тайно пробрался к одному из моих офицеров. Мы с ним обговорили условия столь неожиданной встречи наших отрядов, — жест в сторону Хадриоса и остальных, — с ними.
— Проводник действовал по нашему наставлению, господин. Ибо, как я уже говорил, мы заколдовали его, направив его мысли в нужное нам русло. Мы с сестрой были уверены, что главное — найти вас, Ваше Величество, а уж тогда нам будет обеспечено достойное королевской крови обращение.
— Мы ведь не ошиблись, господин? — промяукала Кайя.
— Видят боги, конечно, нет! — уверенно ответил Ибрахим. — Но вот… смущает меня одно дело….
Жемчужные глаза близнецов тревожно забегали.
— Что именно, господин? — спросил Кай.
— Зачем вы скрытно подбирались сюда, зачем схватили женщину, да еще и держали ее заложницей, под ножом, словно разбойники?
Кай быстро нашелся:
— Господин, мы ведь не были уверены в том, как вы нас примете. По крайней мере, пока мы не объясним, кто мы и почему оказались здесь. Девушку мы захватили, чтобы иметь гарантию, что нас выслушают. Вы ведь даже представить себе не можете, каким унижениям и издевательствам подвергали нас этот старик и его приятель — безмозглый чурбан с севера…
В горящем от гнева мозгу варвара сверкала молнией одна мысль: неужели этот болван Ибрахим верит во все эти сказки, шитые белыми нитками.
К своему ужасу, Брэк был вынужден признать, что по его опыту так называемые цивилизованные люди порой действуют куда менее разумно и логично, чем самый дикий охотник из дальней северной степи. Сейчас перед ним было еще одно тому доказательство. Король безропотно и с удовольствием шел в расставленную для него ловушку. Льстивые речи Кая и подобострастная улыбка Кайи действовали на тщеславного короля вернее любого зелья или заклинания.
Кай продолжал:
— Мы боялись, что эти люди просто разорвут нас в клочья, не дав даже объясниться. Вот нам и пришлось выбрать подходящий момент, схватить девушку и держать ее до того, как это перестало быть необходимым.
— Лжецы! — крикнул Брэк. — Эти два исчадия ада не заколдовали проводника. Они присосались к нему, выпили часть его жизненных сил и подчинили своему страшному влиянию…
Кайя рассмеялась:
— Что за чушь он мелет!
— Король, — продолжал Брэк, — я клянусь тебе, эти близнецы — не те, за кого себя выдают. Выслушай же меня…
— Слушать убийцу моего родственника? Ты, видно, совсем с ума сошел.
— Тогда… тогда… — Брэк судорожно подыскивал аргументы, — выслушай жреца… Он ученый человек, облаченный саном священника… выслушай хотя бы его. — И он вытолкнул Поля вперед.
— Варвар говорит правду, — произнес монах. — Служа Темной силе, Черному богу Йог-Сагготу, эти двое, упражняющиеся сейчас в придворном красноречии…
— Заткнись! — рявкнул Ибрахим. — Я не собираюсь слушать ни тебя, ни твоего приятеля, борова. Знаю я твоего бога-размазню. Здесь, в Логоле, мы поклоняемся сильным богам, и плевать я хотел на таких пророков, как ты.
На миг воцарилось молчание. Брэк, понимая, что словами короля не вразумить, отчаянно придумывал, как действовать дальше. Кай и Кайя, не торопясь, приближались к лошади Ибрахима. Неожиданно Брэк понял, что нужно делать.
Бросившись к ближайшему мулу, он полоснул клинком по обшивке вьюка. Костяные тарелки дождем посыпались на песок. Второй тюк, третий. Из четвертого наконец посыпалось то, что искал варвар: среди заколок, расчесок и прочей ерунды на землю вывалилось несколько зеркал.
Высоко подняв зеркало, Брэк бросился к королю. Увидев это, Кай и Кайя в испуге попятились, прячась друг за друга.
Брэк метнулся влево. Каменные Глаза поднял меч и направил в ту же сторону своего коня. Брэк изменил направление и крикнул, почти добежав до короля:
— Слезь с коня, Ибрахим! Слезь! Посмотри в зеркало на своих благородных гостей. Они не отражаются в нем, как не отражается ни в воде, ни в зеркале ни один демон…
— Схватить его! — крикнул король, подавая назад своего скакуна.
Каменные Глаза подлетел к Брэку сзади и схватил его за волосы. Взвыв от боли, варвар потерял равновесие и упал. Падая, он успел увидеть в зеркале свое перекошенное от боли лицо.
В следующий миг копыто королевского коня опустилось на сверкающее зеркало, разбив его на мелкие осколки.
На Брэка со всех сторон набросились спешившиеся куранцы. Задавленный таким численным превосходством противников, Брэк все же не сдавался. При этом в его голове мелькнула мысль: ему стало ясно, почему Кай и Кайя так хотели добиться милости Ибрахима. Пожиратели крови, они обожали сильных, крепких телом и духом людей. И вот теперь у них был шанс завладеть всем городом, населенным отчаянно смелыми и могучими куранцами.
Удары тупой стороной копья и обухом боевого топора по затылку отбросили Брэка на песок.
— Дурак! — крикнул Брэк королю, теряя сознание, но его голос потонул в шуме схватки…
Глава 10
В ПЛЕНУ
Серым ветреным вечером Брэк сидел, облокотясь на подоконник незарешеченного окна, слушал звон колоколов и смотрел на горящие по всему Курану факелы и светильники.
Высокая стена из глиняных кирпичей опоясывала город, где, по предположению Хадриоса, жило двадцать-тридцать тысяч человек. Брэк вспомнил, как впервые увидел эти стены накануне.
Он очнулся со связанными руками и ногами, лежа, словно мешок, перекинутый через седло куранской лошади.
Процессия пересекала широкую площадь, выложенную большими черными плитами с красными вставками. Заметив, что могучий пленник пришел в себя, его конвоиры-куранцы подогнали своих лошадей поближе и стали обмениваться шутками по поводу ожидавшей его смерти. Не менее страшная участь, по их словам, ожидала Хадриоса, Поля и, что самое страшное, Илану.
Кровь текла по его лицу и капала на плиты площади. Тогда Брэк в первый раз услышал куранские колокола.
Потом он узнал, что благодаря каким-то особым добавкам металл этих колоколов приобретал красный оттенок. Колокола звонили с каждой башни, возвышавшейся над городом, а их — изящных и высоких, — было в Куране множество.
Стены и башни, плотно окружающие центр города, ослабляли ветер, но здесь, на вершине одной из них, Снимающий Скальпы чувствовался даже в помещении.
