ждать.
Александр упирался, завязалась тихая борьба, которую прервал звук открываемой двери. Варя с Сашей разом обернулись к входу в пристройку.
– Опа-на… – только и вырвалось у Саши, когда он увидел выходящую из офиса Надежду и её маленького сынишку.
Услышав его восклицание, Карпухина резко остановилась и всмотрелась в полутьму.
– Здра-а-асте! Мы вас не ждали-и, – с ехидцей в голосе поприветствовала она комитетчиков. – Чего шляемся по ночам, а не спим в своих кроватках?
Высвободив рукав из начальственнного захвата, Тимохин выступил навстречу своей давней знакомой.
– Не спим, потому что бессонница мучает, – хмуро ответил он, делая знак остальным не вмешиваться. – А бессонница мучает, поскольку кошмары всякие лезут, спать не дают.
– Кошмары, говоришь? – с какой-то певучей интонацией протянула Надя. Она бегло осмотрела его напряжённую фигуру, отдельно отмечая ножи в руках. – Так не надо было с Комитетом связываться, Саша. Сейчас бы работал на меня и сам был бы кошмаром для других. Уж бессонницей бы не мучился точно…
Парень помрачнел ещё больше, осторожно делая шаг вперёд. Теперь их разделяло всего несколько метров.
– Значит, это ты мне метку поставила.
– И тебе, и ещё много кому, – почти пропела Надежда, делая два шага назад.
Её сынишка, оставшийся стоять на месте, оказался между ней и Тимохиным.
– Когда же ты успела? – спросил Саня, обходя мальчика.
– А в том же «Гэлакси», – охотно ответила Карпухина с насмешливой улыбкой. – Когда ты ещё в «Интерпродукте» работал. Ты же в том кафе на корпоративе в хлам напился, а я тебя приметила, да в отдельный кабинетик и затащила. А всё дальнейшее дело техники.
– Получается, засаду в кафе тоже ты организовала.
Снисходительная усмешка, проступившая на лице женщины, была красноречивее всяких слов.
– А Эмму с секретаршей вы зачем убили? – Из-за спины Тимохина показалась суровая лейтенант Воронюк. – Они-то чем вам мешали?
– Вот именно что мешали! Они давно уже откололись от нашего ордена. – На её губах зазмеилась презрительная гримаса. – Ни нашим ни вашим. Сами на себя работали. И слишком часто путались под ногами. Вот и всё, ничего личного.
Такая хладнокровная жестокость поражала. Александр невольно замер, стараясь разглядеть в стоящей перед ним фурии хоть что-то от той прежней Нади, которую он когда-то знал. Смотрел, но не видел в упор.
– Беги! – вдруг взрезал ночную тишину крик.
Воронюк с Тимохиним едва не подпрыгнули на месте. Из дверцы Сашиной машины яростно вылезал Ашас. Отбиваясь от пытающегося затащить его обратно Всеволода, он тянул руку, указывая за спину лейтенанта. Долгоруков всё-таки умудрился ухватить его за волосы и втянуть на заднее сиденье. Всё, что успел сделать эмиссар, прежде чем рухнуть с задранными ногами в салоне, это прокричать:
– Демон!
Варя и Саша вновь обернулись к Карпухиной, не понимая, что происходит. Но смотреть надо было не на неё. Надин сынишка, меняясь в лице, сделал шаг к Тимохину, схватил его за ремень на джинсах и зашвырнул в кусты метров на пять в сторону. Всё произошло так быстро, что внештатник даже пикнуть не успел. Мальчик, не останавливаясь, развернулся к Варваре. На его детской мордашке – вытянувшейся, с заострившимися скулами и каменным подбородком – вдруг засверкали ядовито-зелёным фосфоресцирующим цветом безжизненные глаза, лишённые зрачков.
От одного их взгляда девушку сковал дикий ужас. Не в силах отвернуться или сопротивляться, она заворожённо смотрела, как жуткое существо неспешно приближается к ней. Но тут Всеволод, поняв, в чём дело, выпустил Ашаса и бросился на помощь напарникам. Тёмный эмиссар не раздумывая кинулся следом.
– Варвара Андреевна, бегите!
Мальчик-демон перевёл взгляд на новых противников, и с Вари вдруг спало наваждение. Тряхнув головой, лейтенант выхватила «рэп» и навела в затылок демона. Выстрел грохнул на всю улицу! Пуля прочертила алую борозду на щеке демона, а его вопль выдал такую звуковую волну, что сбил с ног всех троих комитетчиков, включая их союзника из-за граней.
Первым от звукового удара оправился всё тот же долговязый Долгоруков. Поднявшись на ноги, он, борясь с головокружением, попытался помочь встать контуженному Ашасу. Немного впереди неподвижно лежала Варя. Её пистолет отлетел в сторону, а головой она крепко приложилась о бордюр, так что с виска стекала тонкая струйка крови. Шагах в десяти, уперев руки в боки и запрокинув голову, хохотала Надежда Карпухина.
Демон брезгливо коснулся лапой раны и, зарычав, обернулся в сторону Варвары. Но он и шагу не успел ступить, как был атакован выбравшимся из кустов Тимохиным. Парень лупасил его по башке подобранной где-то палкой, кружа словно около новогодней ёлки. Демон махал коротенькими конечностями, стараясь схватить быстрого соперника, но тот уже не подставлялся.
Поддавшись благородному импульсу, Всеволод в первую очередь бросился к девушке:
– Варвара Андреевна, очнитесь! Вы меня слышите?
Короткий стон был ему ответом.
– Как вы себя чувствуете?
– Хреново-о, – честно выдохнула лейтенант Воронюк, стараясь сфокусировать взгляд.
Раздался громкий звук удара, и в метре перед ними рухнул матерящийся Александр, прилетевший от места схватки. Долгоруков был уверен, что напарник уже не встанет. Но, видно, лекарства, которыми Комитет врачует своих сотрудников, имеют поистине волшебные свойства. Секунды не прошло, а Тимохин уже снова был на ногах и, судя по ярости в глазах, готов драться дальше. Демон надвигался на них, скаля длинные кривые зубы.
В кафе после допросов оба внештатника сдали РПРы. Так что теперь оружие было только у лейтенанта, но её пистолет валялся где-то на земле. Варя на четвереньках стала лихорадочно искать его, Александр и Всеволод бросились на врага врукопашную, надеясь хотя бы выиграть время. Увы, табельное оружие не находилось, а внештатники один за другим перелетели через вовремя распластавшегося Ашаса, врезавшись один в бампер машины, другой – в лобовое стекло. Девушка плюнула и вскочила, приняв боевую стойку.
Демон был уже в двух шагах от неё. Его глаза, словно фары неумолимо надвигающегося автомобиля, освещали намеченную жертву. Варя почувствовала, что снова впадает в ступор.
«Убью Тимохина! Это из-за него всё…» – промелькнуло у неё в голове, и в этот момент, сливаясь один с другим, грохнули два выстрела.
Бах! Бабах!
Свет внезапно погас. Оцепенение пропало, как и не было. Проморгавшись, Воронюк всмотрелась в своего противника сквозь мелькающие перед глазами разноцветные круги и точки. А прямо перед ней стояло обезглавленное тело монстра с вытянутыми к её горлу руками.
Ба-ах!
Третий яркий трассёр врезался в плечо безголового демона, опрокинув того
