— Как бы им намекнуть, что пора спать, — зевая, поинтересовалась четвертая Ирина.
Но подруги в ответ лишь пожали плечами.
— Уважаемые Ирины, с вами было радио 'Анекдот', фиг знает сколько FM! — промурлыкала в банку Юля.
И настала тишина. Удручающая тишина.
Из жестянки больше не лился анекдотичный поток мыслей, одной из Ирин надоело, и она прекратила прослушивание. Служанки стояли и недоуменно смотрели друг на друга. Они никак не ожидали, что детишки способны разгадать их и использовать канал мыслесвязи для передачи надоевших всем бородатых анекдотов, которые рассказываются школьниками и публикуются в книжках на газетной бумаге.
— Думаю, они в шоке, — потирая руки, Юля расхаживала по комнате. — И теперь у нас есть довольно вменяемый план действий.
Ваня сложил в несколько раз исписанный мелким почерком листок и засунул его в карман джинсов. Он долго пытался заковырять план как можно глубже, чтобы зашедшая проверить детей ночью Ирина не смогла быстро вытащить это из кармана. Вряд ли служанка бога стала бы промышлять воровством, но если дому ее хозяина угрожает опасность от двоих сорванцов, то на защиту все средства хороши.
Прежде, чем свернуться калачиком на сундуке, Ваня нашел большую серую тряпку, которую запросто можно было бы использовать в качестве одеяла и укрыл ею Юлю. Девочка, съежившись, устроилась в одном из углов, и тщетно пыталась там уснуть. Как жалко она выглядела в грязном потрепанном за неделю платьице, — страшно смотреть. Да и шелковые одежды прохладной ночью служили вовсе не для обогрева тела.
— Спасибо, — прошептала Юля, натягивая тряпку на плечи.
Ваня уже и вовсе забыл о своем сундуке и устроился рядом с девочкой, такой теплой… вдруг тепло от ее одеяла передастся и ему.
Юля заснула быстро. Стоило ей завернуться в чердачную тряпку, как она провалилась в царство снов. Цветные или черно-белые картинки видела девочка — Ваня не знал. Он мог только предполагать, где же гуляла ее душа, когда тело отдыхало? Точно, она видела вовсе не волшебную страну, придуманную в мечтах. Будучи при смерти, она дошла до какого-то неведомого места, где смогла встретиться с душой таинственного древнего правителя. И теперь, ровно дышащая рядом с обычным белорусским отличником девочка — спасительница какой-то исторической личности. Юлия Цезаря? Кира? Хамураппи? Фараона Рамсеса? Ваня, засыпая, пытался вспомнить лицо призрака-покровителя, сопоставить его с картинками из учебника истории. Это сложно, потому что в древние времена люди не знали фотографии, а картинки получались не совсем похожими на реальность. Кем же был этот круглолицый худощавый паренек, высокий и стройный, с топорщащимися черными вихрами и добрым взглядом больших серых глаз?
Раздумывая над этим, Ваня не заметил, как сам уснул. Вернулся он в реальность, только когда Юля начала трясти его за плечи:
— Вставай, увалень, иди умывайся и на кухню, мы с Иринами будем пельмени печь! По-уральски!
— А? Что? Зачем? — промямлил мальчик, пытаясь пятерней расчесать сбившиеся за ночь волосы.
— Как зачем? — удивилась девочка. — Чтобы скушать! Пообедать!
— А… — он приподнялся на локте и встретился взглядом с одной из Ирин.
Служанка за ночь перебесилась и теперь готова была относиться к детям с любовью и лаской. Она терпеливо ждала, когда мальчик встанет, чтобы показать ему, где находится ванная.
Выходя из комнаты, Ваня подмигнул подруге, удостоверившись, что Ирина не смотрит в его сторону, и побрел в уборную, изображая до конца не проснувшегося рассказчика анекдотов. Это в лагере, за неделю до побега с Юлей, Ваня любил сидеть до двух часов ночи и травить со сверстниками всяческие байки про короля, позвавшего русского, немца и чукчу, про нерадивого Вовочку, про Штирлица и Мюллера, а еще про бизнесменов, у которых денег больше, чем на счетах во всех банках Белоруссии вместе взятых. И как чувствует себя рассказчик подобной ерунды во время побудки в восемь утра, Ваня прекрасно знал, поэтому подыграть и изобразить перед Ириной не выспавшегося у него не составило труда. Но стоило шпингалету на двери закрыться, как мальчика словно подменили.
Он тут же приободрился и кинулся к флакону с 'Head & Shoulders', красовавшемуся на самом видном месте.
А Юля тем временем объясняла Иринам на кухне, что очень хочет научиться готовить уральские пельмени. Она сетовала, что никогда не была на родине этого блюда, но слышала, будто в начинку кладется мясо оленя. Одна из Ирин предлагала вскипятить пакетик 'Сибирских', но девочка мотала головой и очень просила добрых служанок рассказать ей рецепт теста и сварить именно пельмени по-уральски.
Ирины, недовольно ворча, пытались навязать девочке полуфабрикаты, но Юлю переубедить оказалось невозможно. Она залезла на табуретку с пакетом муки и требовала во что бы то ни стало поведать ей рецептуру если не пельменей, то бисквитного теста.
— Ладно, — фыркнула девочка, — варите свои замороженные кочерыжки, тогда я сделаю вам торт в знак примирения людей и богов.
Одна из Ирин, мило улыбнувшись девочке, тут же достала серенькую алюминиевую кастрюльку и, наполнив ее водой, высыпала туда полуфабрикат.
— Вот-вот, — задрала нас Юля, — вы и готовить не умеете! А моя мама высыпала пельмени в кипящую воду. Потому что в холодной у вас выйдет противная каша!
— Ты смеешь нас учить, человечка? — надулась от обиды Ирина-кулинарка. — Тогда ты увидишь нашу кару!
— Фи, — отвернулась девочка и попросила троих оставшихся Ирин помочь ей с бисквитным тестом.
Одна яйца выбивает, вторая масло размешивает, а третья миксером работает. Юля же… Юля — указывает, что да как делать, дабы выдержать рецептуру, и читает инструкции в кулинарной книге.
Когда хорошо взбитый бисквит был готов, девочка открыла духовку и влезла туда чуть ли не с головой. Героиня какой-нибудь сказки, попавшая в гости в Бабе-Яге, с ужасом бы смотрела на осмелевшую девочку: а вдруг прислужницы бога Аида решат сделать из нее гриль. Но труженицы Ирины ждали, пока Юля не вытащила противень и не настроила температурный режим.
Служанки и не подозревали, что девочке в духовом шкафу вовсе не нужен был противень или настройки… и что в ближайшее время всех обитателей дома будет ждать не очень приятный сюрприз. После того, как девочка вылезла из духовки, желание ее заниматься кулинарией куда-то пропало. Она лишь высыпала в миску с полкило муки, уверив Ирин, что это ей потребуется для бисквитного теста, и уселась на табуретку в центре кухни, ожидая продолжения их с Ваней плана.
Мальчик пришел вовремя, когда служанки засунули в разогревающуюся духовку кулинарное творение имени Юли Шаулиной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
