Эшби твердо стоял на ногах, все его тело напряглось, а пальцы сжались в кулаки. Но потом он заметно расслабился.
— Я не стану с тобой драться. Убирайся.
— И оставить Изабель с тобой наедине, чтобы вы плели интриги у меня за спиной? — злобно бросил Джон. — Давно пора преподать тебе урок. — С этими словами он выбросил вперед кулак, целясь в голову Эшби.
Однако Парис перехватил руку Джона и нанес ему мощный удар в солнечное сплетение. Раз. Два. Согнувшись и судорожно хватая ртом воздух, негодяй рухнул на колени.
— Достаточно? — спросил Эшби. — Или ты хочешь преподать мне еще один урок?
С диким воплем Джон вскочил на ноги и бросился на Эшби.
— Может, ты и граф, черт бы тебя побрал, но ты ничем не лучше ничтожного простолюдина! Одному Богу известно, почему мой дед притащил тебя к нам в дом и почему так восхищался тобой. Ты сломал моей сестре жизнь! Думаешь, я позволю тебе сломать и мою?
— Если ты еще хоть раз приблизишься к мисс Обри, клянусь, я нашлю на твою семью кредиторов.
— Мы оба знаем, что ты слишком уважаешь моего деда, чтобы отправить его в долговую тюрьму.
— Оскар не вечен.
— Моему деду всего семьдесят, и он молодеет день ото дня, — заявил Джон. — А вот отец, к сожалению, умирает от болезни печени. Допустим, ты убедишь Принни не давать мне титула. Но я все равно стану наследником деда.
— Мы не соперники. И никогда ими не были.
— Ты ошибаешься. И я выиграл. Мы с Изабель помолвлены. Скажите ему, моя дорогая.
Лицо Эшби стало пепельно-серым.
— Изабель? Это правда? — очень тихо спросил он. Изабель сглотнула.
— Он пригрозил погубить всех нас — Софи, мое агентство и меня саму. Он знает.
Метнувшись в сторону Джона, Эшби с силой ударил его. Молодой человек рухнул на пол и тут же потерял сознание.
— О, Парис, — в ужасе прошептала Изабель, — что ты наделал? Ты его убил.
— Не убил. — Эшби присел на корточки рядом с обмякшим телом Джона и проверил его пульс. — Он все еще дышит, ублюдок.
Эшби поднял негодяя за шиворот и посадил в кресло. Он отер перепачканный кровью кулак о мятый шарф Джона.
— Жаль, что я пришел слишком поздно. Я правильно тебя понял? Он все про нас знает?
Изабель охватила тревога.
— Он следил за мной после бала-маскарада. Он хотел оклеветать и Софи, чтобы погубить наше агентство. Господи! Что будет со всеми этими несчастными женщинами и детьми?! Подобный скандал…
— Ш-ш-ш. Не волнуйся, любовь моя. Я разберусь с Хэнсоном. Можешь на это рассчитывать. И когда я разделаюсь с ним, эта белокурая акула никогда больше не потревожит тебя. Обещаю.
Изабель посмотрела на любимого:
— Что ты задумал? Откуда ты узнал, что он задолжал кредиторам?
— Нетрудно было бы и догадаться. Но я знаю точно. У его семьи нет ни пенни. Они погрязли в долгах. Оскар мне очень симпатичен, но в свое время он был настоящим мотом. Отец Джона ничем от него не отличался. Но его печень не выдержала безудержного пьянства. Я пытался помочь им. Вся их недвижимость заложена, поэтому я купил земли, прилегающие к замку Хауорт, заплатив за них вдвое дороже, и присоединил их к Эшби-Парку. Прибыль от продажи Оскар потратил на то, чтобы выкупить свои дома. Я бы сделал больше, но Оливия… — Эшби вздохнул. — Она убила во мне желание помогать. Но, как бы то ни было, Джон благоразумнее их всех. Но он очень любит красивую одежду и женщин, а на жизнь зарабатывает за игорным столом.
— Продажные женщины? Но ведь каждая красавица Мейфэра лелеет надежду оказаться с ним перед алтарем.
— Брак накладывает обязательства, а продажные женщины — это развлечение. Он отчаянно хочет спасти финансовое положение семьи, женившись на богатой наследнице. Я не говорил тебе этого раньше из уважения к Оскару. Старик…
— Взял тебя под свое крыло. — Сердце Изабель пело при мысли о доброте, преданности и благородстве Эшби.
— Кроме того, это неверный способ убрать с дороги соперника. Я хотел, чтобы ты выбрала меня за мои достоинства.
Эшби приподнял Изабель и накрыл ее губы в умопомрачительном поцелуе, который длился до тех пор, пока каждая клеточка тела Изабель не затрепетала от удовольствия.
Кто-то деликатно кашлянул. Изабель поспешно отскочила в сторону и увидела широко улыбающихся Айрис и Софи. Парис тут же оказался рядом с любимой, взяв ее за руку.
— Что с ним случилось? — спросила Айрис, указывая на златовласого красавца, скрючившегося в кресле.
Пока Изабель рассказывала, лицо Софи становилось все бледнее.
— Я уйду из агентства… и уеду на некоторое время из Англии. Я могла бы взять Джерома с собой в Париж.
— Я не позволю ему причинить вред ни одной из вас. Как не позволю погубить ваше детище. Даю вам слово.
— А теперь я хочу, чтобы ты поехала домой и оставалась там, — обратился Парис к Изабель. — Он может появиться у тебя в доме, поэтому сообщи всем своим родным, что он ответил на твой отказ поступком, недостойным джентльмена, и что его нельзя принимать ни под каким предлогом. Объясни Стилгоу, насколько опасен может быть Хэнсон. Объясни, что я обещал разобраться с этим делом, но не рассказывай всего. Мы же не хотим, чтобы твой брат убил Хэнсона? Не стоит поднимать шума.
— А что, если Хэнсон начнет распускать сплетни?
— Не начнет. Иначе он потеряет власть над тобой. Вместо этого он попытается вновь остаться с тобой наедине. Поэтому ты не должна выходить из дома в течение нескольких дней до тех пор, пока я не разберусь с ним.
— А как ты собираешься с ним разобраться?
— Для начала отвезу его в загородный дом, а потом предприму еще кое-какие шаги. — Эшби посмотрел на дам: — Не будете ли вы так любезны проводить Изабель домой?
— Мы позаботимся о ней, лорд Эшби, — улыбнулась Айрис. — Можете не беспокоиться на этот счет.
— Благодарю. — Граф перевел взгляд на Изабель. Его изумрудные глаза с минуту испытующе смотрели на нее, словно он хотел еще что-то сказать. — Мне лучше отвезти его домой, пока он не пришел в себя.
Глава 32
Приди во сне, не изменить судьбы,
Поговори со мною
Тихо, нежно,
Как много лет назад, как прежде.[15]
Кристина Росетти
Ощущение прикосновения нежных губ проникло в сон Изабель. Густой, чувственный аромат пробудил в ее теле необузданное желание. Погруженная в теплый мрак, Изабель обняла руками шелковистую голову, прижавшуюся к ее груди, и сонно спросила:
— Ты сон?
— О Господи, надеюсь, что нет, — пробормотал Парис, крепко сжимая податливое тело Изабель в объятиях.
