Читаем без скачивания Костры на алтарях - Вадим Панов

Остановились за углом дома, не переходя последнюю улицу, и закурили. Не для того чтобы успокоиться, а в надежде, что запах табака разгонит доносящуюся из комплекса вонь. Центральная площадь «Стаканов», когда-то заваленная лишь строительным мусором, теперь превратилась в обыкновенную свалку, а может, заодно и в кладбище.

– Боишься?

– Нет. – Чика-Мария резко мотнула головой. Но потом, поняв, что Дорадо ей не поверит, пробурчала: – Не очень. Мне еще не доводилось принимать участие в перестрелках.

– Твое дело маленькое, – усмехнулся Вим. – Оставайся здесь и жди.

Она неуверенно кивнула. Пистолет, что выдала ей Каори, слегка подрагивал.

«Да уж, красавица, это не ножки раздвигать, заманивая в ловушку кретинов вроде меня».

– Все будет хорошо.

– Надеюсь.

– Тихо! – Дорадо поднес к уху зазвонивший коммуникатор: – Я слушаю, Чезаре.

Выбранной позицией Чезаре тоже остался доволен. Строители успели построить лишь нулевой этаж западной башни и связать ее с остальными зданиями подземными коммуникациями, лезть в которые Кодацци не собирался – слишком опасно. А вот бетонная площадка, крыша нулевого этажа, показалась ему идеальным местом встречи. Она была изрядно захламлена мусором – и строительным, и отходами жизнедеятельности местных обитателей, – и окружена насыпью, за которой залегли прикрывающие его прятки. За тыл Чезаре не переживал: появление местных обитателей не предвиделось. А если вынырнут из подземных ходов, окажутся под прицелом храмовников.

Все в порядке. Все предусмотрено. И поэтому, разглядев в темноте неясную фигуру, он вытащил пистолет и громким спокойным голосом крикнул:

– Привет!

– Это Кодацци, – усмехнулась Каори.

И шагнула вперед. Тула и два бойца молча последовали за ней.

– Привет!

Кодацци говорил, не отдаляясь от бетонной панели, одной из нескольких, что строители беспорядочно свалили на площадке. Укрылся хорошо, виднеются лишь правое плечо и рука, в которой поблескивает оружие.

– Поганое местечко ты выбрал! – крикнул Дорадо.

– Не хуже других, камрад. – Чезаре прищурился: ему показалось, что на противоположной стороне насыпи мелькнула чья-то тень. – Ты один?

– А как ты думаешь? – Вим не приближался, остановился в тени ближайшей кучи мусора. Укрытие, конечно, так себе, но все-таки… – Книга у тебя?

– Да.

– Тогда давай позвоним клиенту и договоримся, что будем делать дальше.

– Давай, – согласился Кодацци и надавил на спусковой крючок.

Чезаре знал, что Вим не подпустит его к себе ближе, чем на двадцать-тридцать метров, все-таки Дорадо не дурак. Знал, а потому готовился стрелять с большого расстояния. И «дыродел» подобрал подходящий – длинноствольный «МаузерSD». Стоящий в «балалайке» стрельбовой комплекс, несмотря на плохое освещение, сработал блестяще – пуля должна была попасть туда, куда целился Чезаре – в голову Вима, но ожидавший подвоха Дорадо упал на землю за мгновение до выстрела – среагировал на едва различимое движение руки «компаньона». Перекатился, одновременно выхватывая «браунинги», и ответил несколькими выстрелами.

– Цели на той стороне насыпи, – невозмутимо сообщил Зут, занимающий самую северную позицию. – Вижу двоих.

Прятки залегли вдоль восточной стороны котлована и с любопытством наблюдали за разворачивающейся перестрелкой.

– Я вижу еще двоих, – добавил Номо, находящийся южнее всех. – Они хотят обойти котлован и ударить Кодацци в спину.

– Ждем, – распорядился Боска. – Накроем, когда подойдут ближе.

– Что у вас за стрельба?! – Это не выдержал Мендес.

Хладнокровная Пустышка помалкивала, послушно ожидая распоряжений, а этот не сдержался.

– Внимание всем! – прошептала Каори. – Кодацци у котлована! Повторяю: Кодацци у восточной стороны котлована. Мы идем с запада. Леди и Лу, выдвигайтесь внутрь периметра и отрежьте ему возможные пути отступления.

– Понятно!

– Понятно!

– Там перестрелка!

– Что видно с дирижабля?

– Слишком темно! – Редха разочарованно покачал головой. – Какие-то тени и вспышки выстрелов. Ни черта не разобрать.

Один Дорадо против неизвестного числа компаньонов. Аль-Гамби надеялся, что Вим разберется с приятелями без лишнего шума, но, если завязалась перестрелка, нужно идти на подмогу. Дорадо, конечно, профессионал, но ведь и напарники его наверняка не лыком шиты. А одному профессионалу против двух профессионалов делать нечего.

– Ахмед, Омар и Малек за мной! Сауд и Редха, остаетесь здесь! Приглядывайте за девчонкой!

– Тимоха, что нам делать?! Негры пошли внутрь!

– Знаю… – Старший Бобры напряженно обдумывал ситуацию. С одной стороны, цель уходит, с другой – сигнала от Дорадо не было. А как ни крути, только Вим знает, когда следует выходить из засады. Но… может, у него нет времени подать сигнал? В любом случае, чем ближе окажутся бойцы, тем быстрее они придут Дорадо на помощь.

– Двигайтесь следом. Только осторожно!

«Надеюсь, Вим, мы ничего не испортим…»

– Эй, Кодацци, тебе что, мало пятидесяти миллионов? – Дорадо лежал за кучей мусора, торопливо перезаряжал «дыроделы», а чтобы не тратить зря время, решил попытаться выяснить местонахождение противника с помощью нехитрой уловки. – Какого черта ты хочешь меня пришить?

Уловка действительно оказалась нехитрой. Чезаре не ответил. Но хуже всего было то, что Вим не слышал его передвижений. Открытое пространство несло в себе слишком много помех: неподалеку гудели проезжающие по многоуровневой улице мобили, из открытых или разбитых окон ближайшей башни гремела музыка, а по пустырю, которому когда-то предстояло стать площадью, шуршали ноги и слышались голоса: местные обитатели торопились узнать, кто вторгся на их территорию.

– Не хочешь говорить, не надо, – пробормотал себе под нос Дорадо и, вздохнув, выкатился из-за кучи.

И сразу же открыл огонь, увидев мелькнувшую тень.

И сразу же…

Каори не сдержалась.

Разум подсказывал, что следует выждать еще несколько мгновений, подождать, когда Чезаре окажется ближе, но нетерпение сыграло свою роль: едва Кодацци, осторожно приближающийся к перезаряжающему пистолеты Дорадо, вынырнул из тени бетонного блока, мамбо открыла огонь. Насмешка заключалась в том, что будь в руках Каори ее любимый пистолет, она бы вряд ли промахнулась. Но «Маузер» покоился в кобуре на поясе, в руках же девушка держала более скорострельную, но, увы, и менее точную «дрель». Шесть пуль вылетели из ствола, повинуясь мягкому нажатию на спусковой крючок. Еще столько же успел выпустить лежащий рядом с мамбо боец, но… но все они лишь выбили искры из бетона, заставив Чезаре вновь нырнуть в укрытие.

– Дерьмо! – Девушка отшвырнула провинившийся автомат в сторону, выхватила «дыродел», вскочила…

И тут же бросилась на землю, почувствовав, особым чутьем мамбо уловив опасность. А вот ее напарник ничего не ощутил, за что и получил две пули в грудь и одну в шею.

– Тула! Нас атакуют местные!

– Не местные!

Возможно, окажись Лу Мендес более хладнокровным, события в «Стаканах» пошли бы по другому сценарию. Но сдержанность никогда не входила в число главных достоинств хунгана, к тому же он услышал, что Каори вошла в перестрелку, заторопился, а потому все получилось так, как получилось.

– Эй, ребята, подкиньте пару динаров на бедность!

Вставший на пути вудуистов бродяга выглядел обычным обитателем дна: рваные штаны, перепачканный плащ на голое тело, немытое лицо. Заурядная трусливая тварь. И Мендес ответил так, как привык обращаться с бродягами:

– Прочь с дороги!

– Тогда плати за проход, придурок, – окрысился обитатель «Стаканов». – Вы на нашей территории!

Это заявление Лу оспорил выстрелом. Стрелял хунган гораздо лучше, чем разбирался в дипломатии. Бродяга повалился на землю, однако порадоваться победе над нахалом Мендес не успел: со всех сторон в его группу полетели пули.

Зут и Боска открыли огонь по Василию и его напарнику одновременно с Номо, Широй и Пэт, которые палили по Каори. Но с меньшим успехом. В отличие от мамбо, Тула из-за насыпи не показывался, о его присутствии прятки знали, но самих вудуистов не видели, лишь обозначили атаку, не позволяя Василию и его бойцу высунуть головы и открыть огонь по убегающему из котлована Кодацци.

Ругающийся Вим кинулся следом за Чезаре, но его прятки пропустили.

– Лу! Леди! Кодацци уходит к вам!

– Тимоха, мочи вудуистов! Кодацци мой!

– Боска, сзади!

И стройная, во всяком случае, понятная до этого момента, картина боя развалилась, превратившись в окровавленное лоскутное одеяло.

Хамад знал одно – он должен поддержать Дорадо, и только его. Или книга у Вима, или он точно знает, где она. А потому, увидев залегших за насыпью неизвестных, майор не колеблясь отдал приказ открыть огонь. Подобравшиеся почти вплотную спецназовцы атаковали пряток с убийственного расстояния, и лишь окончательно сгустившиеся сумерки, с которыми не справлялись даже стрельбовые комплексы «балалаек», не позволили арабам уничтожить противника.