Читаем без скачивания Испанский гамбит - Стивен Хантер

Он улыбался. Была в нем какая-то неприятная настойчивость и даже что-то странно знакомое в его внешности. Но он так явно хотел быть радушным, что Флорри победил свою смутную неприязнь и взял сигареты.

– Страшно вам благодарен, – сказал он. – Присоединитесь к нам?

– Нет, спасибо. После такого долгого дня я просто мечтаю добраться до постели. А завтра у меня в Париже несколько деловых встреч, надо быть точным. Рад был познакомиться.

С этими словами он откланялся.

– Роберт, знаешь, я тоже устала.

– Понятно. Я вижу это по тебе. Пошли?

Была почти полночь, когда они по длинному раскачивающемуся коридору долго шли от одного вагона к другому, пока наконец не добрались до своего купе. Постели были уже расстелены, об этом позаботился проводник.

– Не очень-то тут просторно, – проворчал Флорри.

– Эти французы такие романтики.

Сильвия поднесла к лицу красную розу, стоявшую в вазочке на столике у стены.

Флорри потянул дверь и запер ее, щелкнув замком. Обернувшись, он увидел, что Сильвия уже разделась и, стоя в одной комбинации, моет лицо и руки над маленькой раковиной. Он подошел к дорожной сумке и раскрыл ее. И тут же кольцо Джулиана выпало из кармана плаща и покатилось по полу. Флорри подобрал его и стал разглядывать.

«Это все, что осталось от моего друга, Джулиана Рейнса. Немного – всего лишь простенький золотой ободок, потертый и покрытый заметными зазубринками. Неудивительно, впрочем, ему сильно досталось».

По внутренней стороне ободка бежала надпись: «С этого дня навеки. Люблю, Сесилия». И дата: «15 июня 1904 года».

«Принеси мне удачу», – обратился к нему мысленно Флорри и тихонько поцеловал кольцо.

Кто-то постучал в дверь.

– Кто это может быть? – удивленно спросил Флорри.

– Это Эд Фенни, мистер Флорри, – донесся голос из-за двери.

– А-а, что вы хотели?

– Слушайте, у меня есть лишняя пачка американских сигарет. Я могу не встретиться с вами утром. И хотел бы передать их вам сейчас.

– Но какая необходимость была идти сюда?

– Мне только приятно.

Флорри обернулся к Сильвии, бросил на нее вопросительный взгляд и снова повернулся к двери.

– Роберт, не надо. Мы его совсем не знаем.

– Это всего лишь дружелюбный простоватый американец. Одну минуту, – сказал он, уже открывая дверь, хоть в мозгу успела промелькнуть недоуменная мысль о том, откуда тому может быть известно его имя. – Тут ужасно неудобный замок.

Вошедший с размаху ударил его в живот, и боль взрывом отозвалась во всем теле; потом еще дважды, загоняя обратно в купе. В мыслях осталось одно лишь непонимание того, что произошло; в сердце – один лишь страх.

Уже рухнув на пол, Флорри попытался снова подняться, увидев, что тот наотмашь ударил Сильвию по лицу.

Затем этот зверь ударил ее еще раз. Она захлебнулась криком и с окровавленным лицом упала на кровать. Флорри, кое-как собрав остатки сил, попытался сделать ему подножку, прием, знакомый ему по регби. Но это движение причинило ему больше боли, чем противнику, и когда Флорри стал опять оседать на пол, он получил жестокий удар коленом по лицу, из глаз посыпались искры, воля была парализована страхом. Он попытался отползти в сторону, чтобы хоть немного собраться с силами, но Фенни упал ему на спину, пригвоздив к полу коленом – так протыкают бабочку иглой, насаживая ее на лист картона, – и принялся душить его. Флорри чувствовал, какая неимоверная силища в этих толстых пальцах, и понимал, что тот может в одну минуту сломать ему шею. Он уже задыхался, глаза вылезали из орбит.

– Раз познакомиться с тобой, yentzer, – прошипел его мучитель. – Я твой новый дружок.

И Флорри почувствовал, что противник убрал ногу, встал с его тела и тут же нанес сильнейший удар по ребрам, от которого Флорри отлетел к противоположной стене. Он попытался закричать, но новый удар, нанесенный с точностью опытного боксера прямо по центру грудины, выбил воздух из легких, и крик умер. Флорри рухнул на спину, глаза закатились, он судорожно хватал ртом воздух.

Фенни перекатился через кровать и схватил Сильвию за волосы. Он отвесил ей две жестокие оплеухи, приводя в сознание и провоцируя на крик. Когда же ее горло напряглось в усилии закричать, он двинул по нему ребром ладони. Девушка задохнулась, и голова ее упала на грудь.

Флорри знал, что должен немедленно помочь ей. Он только вдохнет чуточку воздуха и сразу же поможет Сильвии.

– Пожалуйста, – еле выговорил он, – не бейте ее. Я сделаю все, что вы хотите. Только скажите что. Я сделаю.

«Проси его», – мысленно сказал он себе.

Мужчина швырнул бесчувственную Сильвию обратно на кровать и повернулся к Флорри. Тот схватил чемодан и отчаянно бросил его вперед, но все содержимое на лету посыпалось из него, гася скорость броска. Фенни локтем небрежно отпихнул чемодан в сторону, шагая прямо по одежде, валявшейся теперь на полу по всему купе, подошел и ударил Флорри в лицо. Увернуться тот не успел. Раздался отвратительный хлюпающий звук, и Флорри опять рухнул на пол. Противник уселся на него верхом, Флорри ощущал жаркое дыхание разгоряченного человека, слышал буханье его сердца, понимал подавляющую силу своего противника.

– Я все знаю, – прошипел тот. – Старый еврей Левицкий. Парень из Кембриджа. Мне все рассказали. Ты работаешь на красных.

– Я… я… – пытался выговорить Флорри, ничего не понимая.

– Именно ты. Мне Левицкий сам рассказал про тебя. Твой дружок тебя выдал. И смотри, говнюк, что еще у меня есть.

Он чуть откинулся назад и вынул из кармана лист бумаги. Флорри узнал его немедленно. Это было признание, которое Стейнбах заставил его написать.

– Золото, – продолжал мужчина. – Говори, где оно.

– Какое золото? Я ничего…

– Не придуривайся тут. Золото! Вот что мне нужно.

Он вытянул из кармана еще какой-то предмет, нажал кнопку, и выпрыгнуло лезвие ножа. Ледяное острие впилось в кожу у самого глаза Флорри.

– Я все кишки тебе вырежу. И твоей девке тоже. И всем, кого ты когда-либо знал. Говори, где золото. Золото!

Флорри теперь понял, что этот тип просто сумасшедший, с какими-то идиотскими подозрениями, и что его садизм бесконечен и сопротивление невозможно.

– Вы все перепутали. Это…

Глаза сумасшедшего расширились от злобы на неповиновение его жертвы, и он сильно ударил Флорри по лицу.

– Нет же, – завопил Флорри, задыхаясь и извиваясь на полу, пытаясь нащупать что-либо, что можно было бы поставить между собой и мучителем. – Нет, это не я. Это Джулиан. Это у него могло быть золото. У меня ничего нет. Оставьте нас, пожалуйста, я прошу вас.

Мужчина медленно поднялся, маяча над головой, как статуя. Флорри видел, как ступня оторвалась от пола, нависла над его лицом черной тенью и придавила голову к полу. Боль пронзила его, когда огромный ботинок опустился на его лицо, плюща и раздавливая нос и губы. Он уже чувствовал во рту мелкие камешки, упавшие с подошвы, грязь и жир ботинок размазывались по его щекам.

Пальцы Флорри отчаянно царапали пол, и лишь одна мысль сверлила мозг: «Кто сейчас может мне помочь?»

«Никто, – понял он. – Ты одинок здесь».

– Вылизывай, – приказал мучитель хриплым сумасшедшим шепотом. – Вылижи мне всю подошву, ты, мелкая сволочь.

Флорри высунул язык и повел им по отвратительно грязной подошве в тот самый момент, когда его пальцы нащупали в куче упавшей одежды что-то твердое и тотчас узнали этот предмет, прежде чем вмешался его разум.

– Золото, – повторил мужчина с бешенством. – Говори, где оно, или…

Флорри поднял револьвер Джулиана, нащупал шишечку курка и выстрелил прямо в маячивший над ним пах. Брызнула кровь, ступня упала с его лица. Он выстрелил еще раз, теперь в нижнюю часть живота, потом в грудь. Револьвер прыгал в руке. Кровь хлестала и хлестала. Фенни словно в удивлении откидывался назад, растопырив перед собой окровавленные пальцы. И тут Флорри выстрелил ему в горло, и гортань разорвалась в клочья. Калибр револьвера был совсем небольшой, но выстрел в упор нанес огромную рану. Из горла вырывались хриплые, мяукающие звуки, кровь пузырилась на губах, вот она хлынула из носа и залила всю грудь. Флорри вскочил с пола, держа оружие обеими руками, и выстрелил прямо в лицо. Черный кратер вдруг зазиял под глазом одновременно с треском и пламенем выстрела. Откуда-то стал подниматься розовый туман, брызнуло мозговое вещество. Флорри выстрелил в глаз. Курок глухо щелкнул – магазин был пуст.

В коридоре слышались истошные крики.

Флорри опустил глаза на маленький револьвер. Он лежал в кармане его плаща с того дня, когда Джулиан попросил забрать его. Они из самой Барселоны везли его в дорожной сумке Сильвии заряженным, потому что Флорри так и не смог выполнить просьбу Джулиана в предсмертный час.