– Черт побери, Трэвис, если бы он уже переспал с ней, он не был бы в таком поганом настроении, – засмеялся Кол.
– Не забывай, что ты говоришь о нашей сестре, – пробормотал Трэвис.
– А что же лорд Эллиот? – спросил Адам. – Ты собираешься сообщить ему, что нашел его дочь, или же обождешь?
– Конечно, я все ему скажу, – ответил Харрисон. – Он имеет право знать об этом, Адам. На долю этого человека выпало уже достаточно страданий.
В течение долгой минуты никто не произнес ни слова. Наконец Адам нарушил затянувшееся молчание:
– Господи, какой же кошмар пришлось пережить им с женой. Когда я думаю об этом, у меня прямо-таки сердце щемит. И надо же такому случиться – его горе обернулось счастьем для нас. – Адам кивнул. – Не знаю, сможет ли он понять это и простить.
– Я подготовлю его, – заверил Адама Харрисон. – Он ни в чем не обвинит вас и никоим образом не станет вас преследовать. У Мэри Роуз в Англии семья: тетушки, дядюшки, двоюродные братья и сестры – всех и не сосчитаешь. Кроме того, у нее есть титул и богатство. Эллиоту не придется приезжать сюда, чтобы встретиться с ней. Она сама поедет к нему.
– Почему ты так в этом уверен? – спросил Дуглас. – Всего несколько минут назад ты обещал, что ничего ей не скажешь. Ты что, изменил свое решение?
– Нет.
– Тогда в чем же дело? – спросил Кол.
– Вы сами скажете ей все.
Снова наступило долгое молчание. Харрисон знал, что в каждом из братьев в этот миг происходит внутренняя борьба. Но ее исход был уже ясен Макдональду.
– Да, мы все ей расскажем, – подвел итог раздумьям Адам.
– Она не захочет уезжать, – возразил Кол.
– Ей вовсе не обязательно уезжать навсегда, – заметил старший брат. – Но она должна исполнить свой долг.
– У нее на этот счет может быть другое мнение, – сказал Трэвис.
– Ты знаешь свою сестру не хуже меня. Она не допустит, чтобы Эллиот по-прежнему страдал.
– Черт побери, она с ним даже незнакома, – возразил Дуглас.
– Ей придется поехать в Англию и познакомиться с ним. Причем чем быстрее, тем лучше. Ты же знаешь, что я прав, Дуглас. Мне все это нравится не больше, чем тебе.
– Вам некого винить, кроме самих себя. – В голосе Харрисона слышалось сочувствие. – Вы сами воспитали в ней благородство.
– Когда ты уезжаешь? – спросил Дуглас.
– Скоро, – ответил Харрисон. – Я и так уже здорово задержался.
– По мне, так не мешкай с отъездом, – заявил Трэвис. – Тебе, пожалуй, не следовало рассказывать нам про Эллиота. Он уже старик, верно? И он уже смирился. И зачем ты только продолжал поиски?
– Это мой долг. Если бы вы знали его, вы бы меня поняли.
– Ты должен уехать до того, как мы все откроем Мэри Роуз, – сказал Адам. – Так будет легче для всех.
Адам отказался что-либо объяснять. По выражению его лица Макдональд понял, что спорить бесполезно.
– Когда вы собираетесь с ней поговорить? – спросил он.
– Сначала мы с братьями обсудим сложившуюся ситуацию, а после этого решим, что и когда. Но вряд ли тебе надо уезжать немедленно. У меня наверняка возникнут новые вопросы, ответы на которые я хочу услышать до того, как Мэри Роуз обо всем узнает.
Харрисон отодвинул свой стул и встал.
– Я знаю, что нанес вам тяжелый удар, – сказал он. – Если бы я мог что-то изменить… Но, черт побери, Эллиот пережил этот ужас не по своей вине. Мэри Роуз достаточно долго была с вами. Она выросла на ваших руках. Ее отец никогда не знал тех радостей, которые были доступны вам. Дайте же ему по крайней мере возможность встретиться с ней.
– Мэри Роуз и сама захочет с ним увидеться, – заметил Адам.
– Не откладывайте, – настаивал Харрисон. – Даю вам неделю, ну, от силы, две. От души надеюсь, что скоро ей все станет известно. Вы напрасно считаете, будто мне следует уехать до вашего разговора с Мэри Роуз, но я выполню любое ваше пожелание. Я подожду четырнадцать дней. Если к тому времени вы не выясните у меня все, что вам нужно, будет уже слишком поздно. Не смей задавать мне этот вопрос еще раз. Кол, – жестко сказал Харрисон, поняв по выражению лица самого горячего из братьев, какие слова готовы сорваться у него с языка. – Я дал слово и сдержу его – я ничего не расскажу Мэри Роуз. Я просто уеду, а в Лондоне обо всем сообщу Эллиоту. Думаю, вам есть о чем поговорить, и потому оставлю вас, – закончил свою тираду Макдональд и собрался уходить.
– Подожди минутку, – остановил его Кол. – Ты собираешься охмурять нашу сестру до или после того, как мы расскажем ей о ее отце?
– Немедленно.
– Ах ты, сукин… – прошептал Кол.
– Мои намерения вам известны, – снова заговорил Харрисон. – Советую принять их к сведению.
С этими словами Макдональд закрыл за собой дверь. Кол, Дуглас и Трэвис уставились на Адама.
– Что будем делать? – спросил Кол.
– Нам не надо ничего делать, – возразил Дуглас. – Харрисон же сказал, что Эллиот сюда не приедет.
– Все было бы гораздо проще, если бы я его ненавидел, – прошептал Кол хриплым от волнения голосом.
– Как ты можешь ненавидеть Эллиота? – не понял Адам.
– Я говорю о Харрисоне. Он пытается разлучить нашу семью.
– Ему это уже удалось, – сказал Трэвис.
– Нам придется все сделать честь по чести, – шепотом, с огромной неохотой признал Дуглас. – Мэри Роуз должна будет съездить в Англию и повидаться с отцом.
Трэвис с Колом взволнованно переглянулись. Из четверых братьев эти двое были наиболее уязвимыми и потому испугались гораздо сильнее, нежели Адам с Дугласом. Будущее теперь казалось им весьма неопределенным. Ведь в свое время мальчишки породнились только ради Мэри Роуз. Именно забота о ней и была той объединяющей силой, и теперь Трэвис с Колом опасались, что отъезд девушки разрушит семью Клэйборнов.
Кол всегда знал, что когда-нибудь сестра выйдет замуж и уедет, но упрямо старался не думать об этом. Однако Англия была где-то очень далеко, за океаном, и мысль о том, что он, возможно, никогда больше не увидит Мэри Роуз, наполняла его сердце болью.
– Наша малышка стала совсем взрослой. Сегодня ночью мы это поняли, верно? Значит, и всем нам пора расставаться? – тревожно спросил Кол.
– Сейчас слишком рано об этом говорить, – сказал Дуглас. – Кол, ты ведь хотел прикупить участок возле горного хребта – тот самый, что примыкает к нашим землям. Разве ты не собирался построить там собственный дом?
– Ты же сам знаешь, что собирался, – отозвался Кол.
– Ну и что тебе мешает это сделать? Трэвис столько мотается по округе, что и так нечасто бывает дома. Даже если нам придется разъехаться, мы все равно будем вместе заниматься делами.
Адам долго молчал, слушая, как братья встревоженно переговариваются между собой. Наконец он прервал их беседу и вернулся к насущному вопросу:
