Восставай задорно.
С нами Бог наш, кто не с нами -.
Тот падёт позорно.
Гимн этот был написан словаками в 1834 году, но был принят как гимн славян во всём славянском мире. В него нужно вчитываться и выделять главные лозунги:
- Против нас весь мир и нам плевать – мы будем биться с ним.
- Кто не с нами, тот падёт позорно.
- Слово славянина – слово Бога.
И главный вывод. Славяне постараются втянуть всех в мировую заварушку.
Причём, нужно отметить, что славянин славянину не друг, товарищ и брат, а обыкновенное ЧЧВ, то есть - человек человеку волк.
Славяне ищут отличия друг от друга, чтобы отсоединиться от других славян и крикнуть, это я самый славянистый славянин, а вы все волки позорные. На этой основе Балканы представляли собой лоскутное одеяло Европы. Причём, в этом одеяле каждый лоскуток был отдельно друг от друга.
Идея панславизма пугала всех во всём мире. Если бы славяне всего мира объединились, то в мире не было такой силы, кто мог бы противостоять им. Но славяне не объединятся никогда.
Возьмите крупнейшую славянскую державу Россию и Польшу, которая является частью Российской империи и частью Австро-Венгрии. Это злейшие враги, причём поляки, входящие в состав Российской империи, являются не менее ожесточёнными врагами России, чем те, кто проживает в Австро-Венгрии. И к Австро-Венгрии ненависть их намного меньше, чем к России.
Славянами являются и болгары, которым мы помогли избавиться от османского ига. И что в результате? Болгария флиртует с Тройственным союзом.
Остальные славяне ненамного лучше или хуже. Завистливые. Чванливые. С полным отсутствием самокритики и имперским суждением. И чем меньше, страна, тем сильнее имперские замашки.
В моё время в 1913 году была Вторая Балканская война за раздел Македонии между Болгарией с одной стороны, и Черногорией, Сербией и Грецией с другой, а также подключившимися к военным действиям против Болгарии Турцией и Румынией.
И в это время, как мне кажется, эта война не минует Балканы, и чем больше будет таких войн, тем будут прочнее позиции Германии и Австро-Венгрии на Балканах.
Все эти мысли я изложил в докладе на имя премьер-министра и министра внутренних дел Российской империи Столыпина Петра Аркадьевича.
Основной вывод по докладу. России ни в коем случае не нужно ввязываться в войну на Балканах. Главная задача - заниматься укреплением обороноспособности и готовности страны к военным действиям как на своей территории, так и за границей.
Столыпин как славист и националист морщился, когда читал первую часть доклада, но на второй части доклада в его лице виделось чувство глубокого удовлетворения. Это я так, по-старорежимному, то есть по-совецки, оцениваю его отношение к докладу.
- Жёстко вы, Олег Васильевич, - сказал он мне, - но справедливо. У нас каждый славянин готов в любое время перегрызть горло другому славянину, и даже не поморщится. А что вы думаете о шагах России в начальный период войны?
- Начальный период не должен касаться нас, - сказал я. – Мы должны прямо сейчас усилить наши западные военные округа и сосредоточить ударную группировку на Кавказском направлении. И делать это нужно очень осторожно, чтобы не вызвать панику у соседей, под видом усиления охраны своих границ и путём укрупнения пограничных бригад и отрядов. Пусть Отдельный корпус пограничной стражи немного распухнет. Там служат ребята бравые, а нашей пехоте и кавалерии не повредит познакомиться с пограничной службой и поносить зелёные фуражки. И я уверен в том, что, один раз надев зелёную фуражку, офицер или солдат не согласится променять её ни на какую другую. А на место подразделений, ушедших в погранстражу, мы поставим новые части.
Когда начнётся активная фаза войны, Россия должна быть в нейтральных отношениях со всем миром, а вот к концу войны мы будем самой сильной военной державой, которая будет диктовать всем условия мира или войны.
- Какие ваши предложения по поводу Польши? – спросил премьер.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Здесь всё просто и очень сложно. Моё предложение, - сказал я, - освободить австро-венгерскую часть Польши и соединить её с российской, дав независимость единому царству польскому. Таким образом мы будем иметь постоянный дружеский буфер между Россией и Западом. Можно оставить всю Польшу в составе России, но тогда мы будем иметь постоянную бомбу с фитилём в виде Тадеуша Костюшко, причём такого Костюшко, которого ещё не видали. Поляки вооружённым путём добьются своей независимости, и все западные страны будут на её стороне. Пока как-то вот так, - закончил я. – Когда будет принята Конституция, то эти вопросы будете решать вы, а не ЕИВ. На его долю останется утверждение вашего решения, а если он его не утвердит, то его утвердит парламент.
Конституция была принята в начале 1913 года и утверждена Указом ЕИВ.
Наступала эпоха конституционной монархии. Выборы в парламент были назначены на конец 1913 года. Почему именно в 1913 году? Потому что это был год наибольшего расцвета империи, остановленный Первой мировой войной. Большевики, в моё время победившие в гражданской войне, чуть ли не весь век стремились выйти на уровень 1913 года, но этот год всё отдалялся и отдалялся от них.
Министерство юстиции не успевало регистрировать политические партии. Там, где собирались трое русских, создавалось десять партий. Так всегда бывает, когда в стране вводятся гражданские свободы и права человека. Потом большинство партий чахнет, умирает и попадает в небытие, оставляя на полях политических сражений лишь несколько жизнеспособных партий.
Глава 68
Взыскательный читатель скажет о канцелярском перечислении событий, происходивших в то время в мире, и что ничего не рассказывается о семейной жизни главного героя. Попробуем возместить этот пробел.
Марфа Никаноровна после учёбы в интернатуре Мариинской больницы успешно сдала экзамен и получила квалификацию врача-хирурга (полевого хирурга). В табели о рангах это примерно, как титулярный советник или штабс-капитан по-военному.
Как в нормальной интеллигентной семье, мы встречались по утрам, по вечерам и вместе проводили выходные дни.
Несколько раз мы были на балах, в том числе один раз на императорском, я получил приглашение как чиновник по особым поручениям при премьер-министре. На этом балу я представил Марфу Никаноровну императрице Александре Фёдоровне, которая была удивлена тем, что под руку со мной шествует красивая женщина в вечернем платье. Она меня знала, как Ангела, а сейчас увидела в парадном мундире и эполетах с бахромой. С ЕИВ мы любезно раскланялись.
- Ты что, с ними знаком? – удивилась Марфа Никаноровна.
- Как тебе сказать,- сказал я, - по роду службы мне вместе с Петром Аркадьевичем приходится встречаться с многими видными сановниками.
Я знал, что этот факт будет подробно описан и отправлен нашим друзьям в Энск. Хорошо, когда друзья независтливые.
Всё время меня подмывало желание съездить на родину моих родителей в деревню Векшино Просницкого уезда Вятской Губернии. Но кого я там мог увидеть? Разве что моего деда, который родился в 1904 году? Отец мой родился в 1922 году, а мама в 1924 году. Поэтому я даже не предпринимал попыток поехать в Вятскую губернию.
В 1912 году Черногория объявила войну Турции. Началась первая Балканская война - война Балканского союза (Болгарское царство, Королевство Греция, Королевство Сербия, Королевство Черногория) против Османской империи с сентября 1912 года до мая 1913 года. Причиной войны послужило стремление Сербии, Болгарии, Черногории и Греции расширить свои территории. Война завершилась Лондонским мирным договором.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Вторая Балканская война продолжалась месяц с июня по июль 1913 года и завершилась разделом Македонии.
А мы с Марфой Никаноровной в 1913 году посмотрели «Чёрный квадрат на белом фоне» Казимира Малевича. Марфа Никаноровна была в восторге, но я своё мнение оставил при себе, не став говорить во всеуслышание, что это шутка издевающегося над мещанами художника.
