Шторм кричит и воет, и я делаю то же самое, когда вес Соланы — легкий, как она — вытягивает мой локоть, обратно в вывихнутое положение.
- Держись, - кричит Солана, когда болезненный желтый туман взрывается вокруг нас, заставляя меня хотеть зажать рот.
Она обхватывает ногами мои ноги и прижимается к моему телу, пока у нее нет твердого захвата вокруг моей талии.
- Ты в порядке?
Я не могу ответить.
Это занимает последнюю мою энергию для того, чтобы приказать проектам отнести нас, и они летят с такой скоростью, как они могут к Водовороту.
Надеюсь, что это достаточно быстро.
- Ты оставила в себе несколько ветров? - спрашиваю я, когда оборачиваюсь через плечо и вижу, что раненый Шторм преследует нас. Гнев, кажется, дал ему взрыв энергии, и я предполагаю, что у нас только есть приблизительно минута или две, прежде чем он прямо над нами, если мы сами не поднимемся повыше.
Солана качает головой.
- Я выпустила все за первые несколько минут борьбы, после того, как мы поняли, что шипы, которые вы нам дали, не работают. Если бы Оз не попытался ломать те проекты, мы все были бы мертвы.
Я хочу кричать: "Ты слышал это, Западный?"
Но я, честно говоря, понимаю, почему они рассержены. Но я честно добираюсь, почему они сердиты. Просто держа шип, я чувствую боль сломанного Северного и безнадежность, это сильно.
- Мне жаль, - шепчу я, желая, что проект не может понять меня. - Если будет способ это исправить, то я это сделаю.
Я не ожидал, что ветер фактически послушает. Но три Западных обертывают вокруг нас откуда ни возьмись, увеличивая нашу скорость как раз вовремя, чтобы убрать нас из чертовой долины и оставить жуткие Штормы в пыли.
Я надеюсь, что остальные Бури справятся с ними.
И я надеюсь, что это означает, что Западные простили меня... но, несмотря ни на что, это время перемен.
Больше никакого обучения.
Больше никакой борьбы за нормальную жизнь.
Единственное, что имеет значение - это остановить Райдена.
И Одри.
Я хватаюсь за грудь, понимая, что нашей связи не стало.
Не исчезла.
Ушла.
Я пытаюсь сказать себе, что это потому, что она все еще в Водовороте. Но внутри меня все чувствуется очень, очень холодным.
Мы проходим мимо рушащихся мертвых пальмам в Центре Пустыни, и ветры, несущие нас, начинают паниковать. Я знаю, что они волнуются из-за напряжения Водоворота, но я прошу их продолжать лететь. Они продержаться столько, сколько смогут, но один за другим они разделяются, пока все, что у нас не остается - это Западные.
Я предполагаю, что это хорошо, что они меня простили.
Пустыня навязчиво пуста. Всего несколько стервятников и какие-то следы на песке. И когда мы приземляемся перед горными грудами, все мои нертвы завязываются в узел.
Следы Одры везде... но так или иначе ее тоже нигде нет. Это похоже, что это она, но это не она, и это не может сказать мне, куда она пошла, или что она сделала. Только то, что она была здесь. И она была здесь с другими.
Следы Гаса имеют еще меньше смысла, настолько слабые, что они похожи, что он даже не живой. И также есть другие следы в воздухе...
Одинокий Восточный со свистом проносится вокруг меня, и я сосредотачиваюсь на его песне, ища какой-то ключ к разгадке того, что произошло.
Он поет только одно слово, но он ставит меня на колени.
Жертва.
- Нет! - кричу я, вставая на ноги врываясь в Водоворот.
Она не сделала бы этого.
Она не хотела отказаться от своей жизни таким путем.
Я не верю в это.
Должно быть другое объяснение.
- Эй! - кричит Солана над визгами, хватая меня за здоровую руку, когда мы натыкаемся на вращающийся туннель. - Я не знаю, что происходит, но я здесь, если нужна тебе.
Я знаю, что она здесь. И хорошо иметь что-то, за что можно держаться.
Но это не та девушка.
Не та девушка.
Пожалуйста, скажите мне, что я не спасал не ту девушку.
Тем более, что я - тот, который послал Одри сюда. Если бы я послушал ее...
Я не даю себе закончить мысль.
Прямо сейчас я должен сосредоточиться на том, чтобы найти ее.
Наконец впереди появляется тусклый жар, и я срываюсь на бег, мчась прямо к камере Ареллы.
Она не отвечает на мой зов, и когда я всматриваюсь в занавес петель, я вижу ее лежащей на полу. Ее кожа - причудливо серо-синя, а руки и лицо все искривлены от боли, и когда я пытаюсь убрать занавес в сторону, он не двигается, независимо от того, сколько силы я прикладываю.
- Стой! - говорит мне Солана, когда я разбегаюсь, пинаю, кричу все, за то, что моя мама убила бы меня. - Оз сказал мне слово, когда мы прятались в горах, а Штормы приближались. Он не говорил мне, что это означало, или чем это было, но...
Она шепчет что-то, что я не могу понять, и металлический занавес скользит в сторону.
Я просматриваю небольшое пространство, отчаянно ища Одри или Гаса. Но их здесь нет. Нет их в другой клетке.
- Думаю, что чувствую пульс, - говорит Солана мне, ее ноги дрожат, когда она приседает около Ареллы. - Но он очень слабый...
- Мы должны вынести ее обратно на ветер.
Арелла почти ничего не весит, таким образом, я мог, вероятно, нести ее даже моей больной рукой. Но я позволяю Солане помочь мне, я хватаю ноги Ареллы, в то время как Солана хватает ее за плечи, и мы тащим ее наружу и кладем на песке.
Я не ожидал, что ее глаза откроются с ее первым дыханием воздуха... хотя это хорошо. Но даже когда я закутываю ее в Западные, ей все равно лучше не становится.
- Давай, - шепчу я, приседая около нее. - Ты должна проснуться. Ты должна сказать мне, что произошло.
Я смотрю на ее резкие серо-синие губы, пытаясь набраться смелости, чтобы сделать искусственное дыхание. Но когда я наклоняюсь, чтобы попробовать его, Восточный запутывается вокруг Ареллы и начинает вращаться так быстро, что поднимает мягкое тело Ареллы с земли.
Мы с Соланой отступаем, когда как ветер вращается еще быстрее, превращая форму Ареллы в пятно.
- Думаю, что это помогает, - говорит Солана.
Я пытаюсь выяснить то, что она видит, когда ветер распутывает, проносясь в небо, когда Арелла падает на песок, кашляя и сжимаясь.
- Лиам, - кричит она, сжимая бледные руки, когда она поднимается. - Лиам, я...
Ее голос затихает.
Ветер уходит.
- Где Гас и Одри? - спрашиваю я, хватая ее за плечо, таким образом, что она посмотрела на меня.
- Это настолько хуже, чем я помню, - стонет она, обнимая себя и раскачиваясь назад и вперед.
У меня нет времени для ее игр.
- Где Одри? Ты позвала ее сюда, и теперь она ушла... и Гас тоже. Скажи мне, что произошло.
- Я позвала ее сюда? - спрашивает Арелла, глядя на небо. - Я не помню. Я не делала...
