Слово «развод» подействовало на меня, подобно сильной пощёчине. Замерев посреди огромного коридора, я густо нахмурился.
— О каких обстоятельствах ты говоришь? — начал раздражаться. — В чём дело, Сергей?
— Извини, — мужчина мгновенно стушевался. — Я так взволнован, что не могу спокойно говорить. После гибели Авагимяна вспыли ряд фактов из его прошлого. Выяснилось, что Серине не является его родной дочерью. Копии документов об удочерении лежат у меня перед глазами, так что ошибки быть не может. Артём удочерил девочку, когда ей было пять лет. О настоящих родителях ничего неизвестно...
Странное предчувствие охватило меня, во рту появился неприятный горьковато-солёный привкус. Получается, моя Мышка — приёмная дочь Авагимянов? Но как такое может быть? Да, она совсем не похожа на Амелию или Софию, но в этом нет ничего необычного. Мало ли, в кого она могла пойти тёмными волосами и глубокими карими глазами.
— Откуда у тебя эти бумаги?
Мне не терпелось понять, с чего мой адвокат решил так расстараться. Раньше его не очень заботили условия завещания, он лично уговаривал меня не пытаться ничего оспорить. Что изменилось? Откуда такое стремление избавиться от Сары?
Думая об этом, почувствовал непреодолимое желание увидеть малышку. Вдруг она не знала о факте усыновления? Страшно представить, какой это может быть удар для неё. Особенно после всего, что ей пришлось пережить. Шантаж, насильно навязанный брак, проблемы с сестрой и матерью, гибель отца и младшего брата... Нет, я не могу оставить её одну. Я НЕ ХОЧУ оставлять Сару. Не на сей раз.
— Анна Александровна просила меня лично заняться этим, — ответ Сергея прозвучал для меня словно выстрел. Бабушка? Зачем ей всё это? Что за игру она затеяла у меня за спиной? — Она считает...
— Мне плевать, что она тебе сказала- жёстко перебил мужчину, ускоряя шаг. Теперь мне ещё больше не терпелось попасть домой и во всём разобраться. Лично. — Ты работаешь на меня и обязан выполнять исключительно мои поручения. Это понятно?
— Д-да, — впервые слышал, чтобы Новиков так тушевался. Он даже начал немного заикаться.
— Я оставил тебя на этой должности, — решил идти до конца, — только из уважения к твоему возрасту и многолетней верной службе в компании. Но ты делаешь так, что я начинаю сомневаться в правильности своего поступка. Мне не нужны люди, которые готовы действовать за моей спиной. Помнится, я не поручал тебе копаться в прошлом своей жены. Так или не так?!
— Т-так, но...
— Значит, я требую, чтобы ты больше не совал свой нос туда, куда не просят! Немедленно избавься от этих бумаг. Я не желаю, чтобы кто-либо посторонний узнал об их существовании. Ты понял?
— Понял, — больше он не пытался спорить. Я слышал, как поник Сергей, но мне было плевать на его моральное состояние. Пусть знает, как себя вести и с кем. — Ещё какие-то пожелания будут? Что мне сказать Анне Александровне?
Ах да, бабушка. Моя неугомонная железная леди. Значит, ты решила помочь мне избавиться от нежеланного приложения в образе жены? Ещё одна странная попытка контролировать мою жизнь, которая не увенчалась успехом. Порой, она способна зайти слишком далеко.
— Я сам с ней поговорю, — ответил чуть спокойнее. — Это мои семейные дела и нечего тебе в них встревать. Лучше займись делами компании. Там ты принесёшь мне больше пользы.
— Хорошо, Артур Тигранович, — обиделся. Человек, который всегда называл меня исключительно по имени, вдруг перешёл к официальному обращению. Ладно, переживу как-нибудь. — Простите, если разочаровал вас. Больше такого не повторится.
— Я очень на это надеюсь, Сергей, — сказав это, сбросил вызов и убрал смартфон во внутренний карман пиджака.
На выходе из аэропорта меня встретил Тимур — личный водитель и телохранитель в одном флаконе. Коротко поприветствовал меня, открыл предо мной пассажирскую дверь внедорожника.
— Куда едем?
— В Москва-Сити, — бросил, не раздумывая. Я знал, что сегодня должно состояться оглашение завещания Авагимяна. Сара обязательно там будет. Встречу её там и приглашу на чашку кофе. Заодно и выясню, знает ли Мышка что-нибудь по этому поводу.
Сара
Несколько секунд молча смотрела на Марка, не в силах произнести ни слова. Язык словно вырос в объёмах, распух и прилип к нёбу, не давая говорить. Да и что я могла ему сказать? Снова потребовать уйти и оставить меня в покое? Кажется, он этого совсем не понимал. Иначе, зачем было приезжать сюда, да ещё и в такой день.
Выглядел Марк неважно. Да, одет он был с иголочки: чёрные джинсы, выгодно подчёркивающие спортивные ноги, и белая футболка, под которой отчётливо виднеется рельеф внушительной мускулатуры. Настоящий спортсмен, именно такой, каким и должен быть. Даже разбитый нос с горбинкой и шрам над бровью не способны испортить той красоты, которой природа его ничуть не обделила. Но, наравне со всем этим, было в нём и нечто отталкивающее, чужое. То, что я никак не могла игнорировать, что связывало нас в прошлом. Не зря говорят, что от любви до ненависти нужно пройти всего один шаг...
Кто знает, может я его уже преодолела?
Только вот Марк больше не был для меня тем парнем, за которого я так мечтала выйти замуж. Рядом с ним во мне больше не расцветали розы, а в животе не чувствовалось порхания крыльев бабочек. Всё умерло. Ушло, как песок сквозь пальцы. Больше не осталось ничего, что могло бы вернуть нам потерянных лет.
