усмехаюсь, нехотя отстраняясь от Стервочки, – твой заведующий кафедрой отправится на принудительное лечение в травматологию.
– Какой ты жестокий, – хмурит лоб. – Девок не водить, – тычет в меня пальцем. – Мальчиков, кстати, тоже. Юля обещала проконтролировать. Да, кстати, – берет чемодан и напоследок выдает: – Забыла сказать, что сестренка к тебе переезжает на три дня.
– Только не это! – вырывается довольно громко, но Кристина уже движется в направлении стойки регистрации, на ходу делая мне ручкой.
Провожаю ее взглядом, после чего разворачиваюсь и направляюсь к выходу.
До вечера вожусь на работе с бумагами – все-таки это лучше, чем торчать перед телевизором в гордом одиночестве. Кристина отзванивается, что долетела нормально, лишь немного кружится голова. Прощается со мной до завтра, обещая позвонить сразу же после окончания этой дурацкой конференции.
Хоть и поговорили всего пару минут, которых мне безумно мало, я не напрягаю девушку дальнейшими расспросами. Ей и вправду не мешает отдохнуть и подготовиться, а у нас еще будет куча времени, чтобы пообщаться…
– Ринат Ильфатович, к вам посетитель, – сообщает мне по громкой связи секретарь.
Рабочий день в разгаре, куча бумаг и отчетов, и я никого не жду. Точнее, жду лишь звонка из Владивостока – о том, что конференция наконец-то закончилась, и Кристина выступила на «отлично», в чём я ни капли не сомневаюсь.
Но посетители меня сейчас раздражают. С текучкой бы разобраться, не то что с новыми клиентами общаться.
– Назначьте на другой день, – бросаю довольно громко, не отрываясь от изучения цифр в новом проекте.
– Он говорит, что по личному вопросу, – не унимается Вера Алексеевна. – Пять минут уделите мужчине.
– Пусть заходит, – откидываюсь на спинку кресла и смотрю внимательно на открывающуюся дверь.
Спорить не хочется, а раз секретарь настаивает, то дело действительно серьезное. Иначе бы меня не беспокоила.
При виде посетителя, который так страстно добивался встречи со мной, настроение немного падает. Но я не подаю вида – встаю со своего места, протягиваю руку, которую в ответ Николай Михайлович пожимает с улыбкой на устах.
– Здравствуй, Ринат, – произносит довольно дружелюбно, а я лишь киваю утвердительно в ответ в знак приветствия. – Как дела?
– Да вроде неплохо, – кивком головы указываю ему на один из стульев, после чего возвращаюсь на свое рабочее место. – Чай, кофе?
– Я ненадолго, – отрицательно мотает головой мужчина и удобно усаживается на предложенное место. – Где Кристина?
– В командировке, – отвечаю довольно спокойно, так не слышу в голосе собеседника грозных ноток.
– Она не берет трубку, не заезжает домой, хотя мать ее приглашала, – как-то уж слишком печально звучат эти слова. – Вас приглашала, – поправляется, откашлявшись.
– Знаю, – киваю утвердительно головой. – Но это ее решение, хоть я и настаивал на примирении.
Мой отец поговорил с Ивановым, о чем мне доподлинно известно. Подробностей не рассказывал, но после их беседы Николай Михайлович начал названивать Кристине, видимо, побоявшись снова прийти к нам в гости, помня о первом визите. И про приглашение на ужин мне тоже известно, так как Стервочка от меня ничего не скрывает, хотя в этом вопросе наши мнения разошлись кардинально. И мы даже немного поскандалили – кстати, впервые в нашей совместной жизни.
– Мне надо перед ней извиниться, – он не отводит взгляда от моих глаз. – И перед тобой тоже. Мужчина должен признавать свои ошибки, а я виноват.
– Будем считать, что ничего не было, – усмехаюсь, чтобы хоть немного разрядить обстановку. – Я не держу на вас зла, но с Кристиной вам действительно надо поговорить. Девочка она добрая, и вас безумно любит. Но она такая же упрямая, как и вы, – после этих слов Иванов хмыкает и произносит:
– Это у нас семейное.
– Мы подали заявление, и через неделю у нас свадьба, – делаю паузу, наблюдая, как глаза моего собеседника округляются. – Я же говорил, что у меня исключительно серьезные намерения. Поэтому лучше помиритесь заранее, чтобы на свадьбе Кристина не вспылила.
– Ты прав, – кивает головой Николай Михайлович и встает с места. – Еще раз прости меня, Ринат.
Разворачивается и направляется к двери.
– Она прилетает послезавтра, – произношу довольно громко в спину мужчине, а он останавливается на пороге. – В пять часов вечера я буду встречать ее в аэропорту.
Кивает, делает шаг и закрывает за собой дверь. Надеюсь, он правильно меня понял…
Аэропорт кишит народом. Хоть стою я на улице перед центральным входом, чтобы не пропустить Кристину, толпы людей снуют туда-сюда.
Соскучился безумно. Как моя любимая женщина и обещала, Юлька переселилась ко мне на три дня, не давая мне возможности расслабиться. Но одинокими ночами, лежа в кровати, я считал минуты до возвращения Кристины.
Дверь в очередной раз открывается, и появляется моя любимая, везя за собой чемодан. Делаю шаг вперед и протягиваю букет белых роз.
– Привет, – она расплывается в улыбке, бросает ручку чемодана, обнимает меня свободной рукой за шею и впивается губами в мои. – Думала, этот полет никогда не закончится.
– А я думал, что этот рабочий день никогда не закончится, пока твой самолет прилетит.
Провожу пальцами по ее щеке, убирая прядь волос за ушко. Беру чемодан, разворачиваюсь, и только мы делаем пару шагов вперед, как Кристина замирает на месте.
На тротуаре стоит Николай Михайлович и тоже с букетом белых роз. Они смотрят друг другу в глаза несколько долгих секунд. А я жду, кто же из них сделает первый шаг, иначе долго еще придется уговаривать свою любимую, но слишком упрямую красавицу помириться с отцом.
Я не ошибся в Кристине – она отмирает первой, бросает мимолетный взгляд на меня, после чего сбегает со ступенек и попадает в раскрытые объятия отца. Усмехаюсь подобной картине – правду говорят, что пути Господни неисповедимы. А в нашем случае судьба постоянно дает нам второй шанс всё исправить.
Через неделю наша свадьба, на которой присутствуют исключительно члены семьи. В этот счастливый день не хочу никого видеть, кроме самых близких людей – родителей, любимой сестренки и тестя с тещей. Кристина рада, что помирилась с отцом, зато он ей заявил, что если бы не получил приглашение на свадьбу, то в жизни бы
