я, хотя его там не было. Андвари повернулся, и я рванулся вперед, подбрасывая Дейнслейфа в воздух.
Андвари отшатнулся в сторону, осознав свою ошибку, но я оказался быстрее: яростным ударом клинка я снес ему голову с плеч. Пламя вспыхнуло, и форма, которая преследовала меня больше всего, развалилась у моих ног.
Комната содрогнулась, и передо мной вновь предстал Магнар. Андвари держал его за горло и втягивал воздух, а изо рта истребителя в рот бога струился золотой свет.
Гнев охватил меня, и мышцы налились жаждой крови. Я со всей силы метнул Дайнслейф, и он пробил бок фигуры, державшей моего друга.
Магнар упал на пол, и я в мгновение ока настиг его и поднял на ноги. Он тяжело моргнул, затем снова поднял мечи. Я взялся за Дайнслейф с отчаянным голодом в сердце.
Осталось шесть форм Андвари.
И мы убьем их всех.
Я
тяжело заморгал, приходя в себя от потери огромных кусков моего прошлого, которые были вырваны у меня. Осколки моего детства превратились в черные дыры, осколки того самого, что делало меня, мной, просто… исчезли. Поглощенные этим существом, стоящим передо мной, и не оставивши после себя ничего.
Я стоял рядом с Эриком, пока шестеро Андвари окружали нас, как стая волков. Веном горел жаждой мести в моей правой руке, в то время как Буря шипел проклятия в левой.
Они набросились на нас как один, и я с криком ярости поднял свои клинки, когда сила форм божества столкнулась со мной, отбросив меня назад к Эрику.
Ударившись об пол, я перекатился под их ногами и пополз вперед, когда костлявые пальцы вцепились в мои конечности. Их прикосновения обжигали, выжигая сущность моей кожи, и пожирая мою плоть.
Я пнул их, снова перекатываясь, чтобы попытаться освободиться.
Невероятно высокий Андвари врезался в меня, прижимая к земле, и его беззубый рот приблизился к моему лицу, втягивая воздух с достаточной силой, чтобы притянуть мои волосы к своим губам.
Золотой свет снова покинул меня, и я почувствовал, как зверь охотится за теми частями меня, которые любили Келли.
— Нет, — прорычал я, когда образ ее в моих объятиях начал ускользать из моего сознания. — Не она. — Это мерзкое создание могло бы забрать каждую жалкую частичку моей души, но я никогда не позволю ему забрать ее у меня. Мои воспоминания о ней — это все, что у меня осталось, и я пожертвовал бы всем, чтобы сохранить их при себе до самого конца.
Я с вызовом зарычал, врезавшись лбом в его переносицу, и черный эфир брызнул из раны, когда он отшатнулся. Я снова ударил его головой, сломав кость и раздробив левую половину его лица.
Андвари попытался слезть с меня, отпустив мои руки, пытаясь подняться, но я последовал за ним с яростью моего разбитого сердца.
Я ударил его кулаком в лицо, затем просунул Бурю между нами, выпустив ему кишки так, что из раны вырвалось изумрудное пламя.
Андвари начал кричать, причем так громко, что несколько небольших зеркал в комнате разлетелись вдребезги, и стекло посыпалось на пол пещеры вокруг нас.
Я воспользовался своим преимуществом, вскочив на ноги и замахнувшись Веномом на его чересчур длинную шею. Очередная форма Андвари отпрянула назад, поднимая руку, которая встретилась с острием моего клинка и была отсечена. Из раны полыхнуло еще больше изумрудного огня, и я ударил его ногой в грудь, отчего он отлетел назад, к высокому зеркалу в раме из горящих веток.
Он ударился о стекло, но вместо того, чтобы разбить его, упал в отражение, панически вскрикнув, когда его засосало внутрь.
Андвари начал колотить кулаками по стеклу, и мрачная улыбка осветила мое лицо, когда я понял, что он в ловушке.
Другая форма столкнулась со мной прежде, чем я смог приблизиться к пойманному в зеркале Андвари, и меня отбросило назад.
Я врезался в ряд зеркал слева, и стекло разорвало мою кожу, разлетевшись вокруг меня. Я упал на пол среди острых осколков, и цепкие руки потянулись ко мне из каждого целого зеркала.
Эрик ревел от боли на другой стороне пещеры, когда двое Андвари пытались развести его руки в разные стороны и разорвать на части.
Я рванулся к ним, Буря выскользнул из моей хватки, когда одна из рук выхватила его. Я бросился через пещеру, вопя от ярости, когда золотой свет полился из души Эрика в разинутые пасти существ, которые начали пожирать его.
Я столкнулся с ближайшим, врезавшись плечом в изгиб его сгорбленной спины и вогнав Венома прямо ему в грудь.
Он взвыл от боли, и я вытащил клинок, а ядовитая кровь покрыла мои руки, когда я бросил все свои силы, чтобы прикончить этого зверя.
Эрик упал на Андвари, который все еще цеплялся за его другую руку, впиваясь зубами в его плоть. Ростом он был ниже Эрика, но с толстыми мышцами, и он яростно прижимался к нему. Зубы Андвари глубоко впились в кожу Эрика, золотистый свет хлынул в его рот, и он застонал от удовольствия, начав высасывать душу моего друга.
Эрик закричал, нанося удары, но они отскакивали от его кожи, словно она была сделана из металла, и на его плоти оставались лишь царапины, истекающие темным эфиром.
Я подбежал к нему на помощь, врезался в мерзкое существо и оторвал его от руки Эрика.
Эрик взревел от ярости, пиная форму Андвари и швыряя его через всю комнату к пылающему зеркалу.
Я бросился за ним, когда он покатился по каменному полу, снова врезался в него плечом, когда он начал подниматься, и отправил его в полет к стеклу.
Я упал на колени от столкновения и поднял глаза, когда Андвари в панике закричал.
Когда он провалился сквозь зеркало, он слился с тем, кто уже был там в ловушке, их черты объединились в более ужасную версию двух форм. Он принял на себя коренастое тело одного и болезненно-бледную кожу другого и завыл, колотя кулаками по внутренней стороне зеркала, но вырваться не смог.
Мой взгляд встретился со взглядом Эрика через комнату, и оскал тронул его губы, когда три оставшиеся формы переместились между нами. Веном жаждал еще крови бога в моей руке, и я поднялся на ноги, готовясь исполнить его желание.
Д
ве формы Андвари сразу же набросились на меня, у одного были фурункулы на теле, а у другого — вывихнутая ступня. Я
