class="p1">— Ага, — кивнул Изау и скривился. — Только они мне не нравятся. Глупые, даже говорить не умеют. Поэтому мастер обещал сделать мне друзей, с которыми я смогу играть. А это не вы. Эх…
Мальчик выглядел до того расстроенным, что у Птахи невольно кольнуло сердце. Однако ее не покидало ощущение абсурдности всего происходящего. Каким образом какой-то мальчишка вместе со своим мастером — кем бы он ему не приходился: отцом, учителем, наставником — очутился в городе, что заброшен десятки лет и населен лишь кровожадными чудовищами? Почему некий мастер называет ребенка богом? Знал ли обо всем этом Гессер, поручая семерке их задание? Вопросы множились один за другим. Но не успела Птаха как следует пораскинуть мозгами, как Спайк отпихнул в сторону Тео, выступил вперед и снял с плеча топор:
— Ладно, — бросил он. — Как бы то ни было, мы пришли сюда за башкой бога, а раз ты — он, и на всю округу других не водится, значит знакомство наше выдастся коротким. Как говорится: ничего личного, малец.
— Еще один шаг — и ты труп.
Птаха и сама не заметила, как поднялась на ноги и выхватила Близняшек, закрыв Изау от Спайка.
— А ты, видать, головенкой стукнулась, когда с неба падала? — хмыкнул он. — Или забыла, ради чего мы сюда собственно говоря и приперлись? Нас наняли пробраться в Исслейм, найти тут восставшего божка и отправить его на Ту Сторону. Вот — бог. Вот — мой топор. Что не так?
— То, что это просто мальчишка, — процедила Птаха. — Ты и впрямь веришь, что бог — какой-то сопляк, который в солдатики играет?
— Во всяком случае — он так себя назвал, и за язык его никто не тянул, — упрямо произнес Спайк. — Да и много ты богов видала, чтобы судить, кто из них как выглядит? А? То-то же. Так что свали с дороги, иначе вместе с мелким засранцем на Ту Сторону отправишься.
— Полегче с угрозами, — Ленс встал рядом с Птахой. — Не припомню, когда ты успел заделаться главным. Такие решения принимать будешь явно не ты.
— Кто б сомневался, что полюбовнички друг за дружку горой будут, — скривился Спайк. — Морган — ну ты ведь вроде здравый мужик. Прикончим мальца, вернемся к Гессеру и до конца жизни будем припеваючи жить.
— Звучит заманчиво, — протянул Морган, делая шаг в сторону. — Однако убивать детей я не подписывался. Да и видится мне — здесь какое-то недоразумение. Я бы, как минимум, поговорил с мастером, которого упоминал юный господин… как там его зовут?
— Ксин! — выпалил Изау, который наблюдал за разгорающейся пред его глазами сварой без малейшего страха; напротив, глаза его сияли, а на лице застыло столь восхищенное выражение, что в любой другой ситуации Птаха бы не сдержала бы улыбки… — Моего мастера зовут Ксин! Он сейчас…
— Эх, ладно, — огорченно вздохнул Спайк. — Придется прибить вас всех разом. А ты, синерожий, что скажешь?
— Не понимаю, почему мы вообще спорим из-за какого-то блодда, — покачал головой Архан. — Скорее всего — это действительно простой человеческий детеныш, но что с того? Если хочешь убить его — убей, кому какое дело.
— Постойте! Я не думаю, что Гессер действительно мог поручить нам убить… — воскликнул Тео, а потом умолк и нахмурился: — Чувствуешь в мальчике след Той Стороны? Что это вообще значит?
Итак, Птаха с Ленсом против Спайка. Морган был не в счет — в реальном бою от него мало толка, да и вряд ли он будет лезть в свару. Архан, похоже, тоже решил остаться в стороне, у Тео же был Базузу, и непонятно было, чью сторону примет демон.
Птаха едва-едва стояла на ногах и сомневалась, что даже вместе с Ленсом ей удастся справиться со Спайком в реальной свалке. Уж что-что, а убивать он умеет, это не отнимешь. Вот только он все не решался ударить первым, кидая на Птаху с Ленсом злобные взгляды. А потом…
Потом Птаха почувствовала какой-то странный запах. Опустив взгляд, она увидела бледно-зеленый дым, тянущийся из мелких круглых отверстий в полу. После же мир пред ее глазами взорвался разноцветными пятнами, пол поменялся местами с потолком, а висок пронзила острая боль.
* * *
Открыв глаза, Птаха подумала, до чего же странный сон ей приснился. В нем она в компании Спайка, мальчишки-демонолога, взломщика, бывшего инквизитора, шрау и оборотня направлялась в бывшую столицу павшей империи, чтобы найти и убить там бога. По пути они чуть не попали в лапы церковников, сразились с кракеном, попали в плен к ящерам, а добравшись до места назначения обнаружили, что город кишмя-кишит чудовищами. Но и это было еще не самое удивительное. Бог на деле оказался простым мальчишкой по имени Изау, считающим незваных гостей творением его мастера. Похоже, кому-то следует завязывать с медовухой на ночь. Нужно не забыть рассказать Рику — он просто животик надорвет, услышав, как Спайка чуть не заколол простой…
Птаха резко поднялась на кровати и поняла, что все произошедшее не было кошмаром. Но где она? Последнее, что помнила Птаху — разговор с Изау, спор со Спайком, зеленоватый дым…
Птаха огляделась. Она находилось в светлой комнате размером примерно три на три человеческих роста. Окон нет, но под потолком болтается лампа. По левую руку — громоздкий сундук, по правую — невысокий стол с задвинутым стулом, а рядом — пузатый шкаф. Скинув на пол одеяло, Птаха обнаружила, что кто-то успел обмыть ее, переодеть в свежее исподнее и даже перевязать раны.
Птаха поднялась на ноги и тут же чуть не рухнула обратно. Картинка перед глазами зарябила, в ушах зашумело, желудок готов был вывернуться наизнанку. Несколько мгновений с шумом вдыхая и выдыхая воздух, Птаха все же пришла в себя и переоделась в чистую одежду, которую кто-то заботливо оставил стопкой на сундуке. В нем же она обнаружила любимых Близняшек — накинув перевязь с кинжалами, Птахе стало чуть спокойнее.
На столе стояли несколько тарелок, от которых шел такой запах, что рот Птахи непроизвольно наполнился слюной. Несколько мгновений голод в ней боролся с подозрительностью — ведь еда вполне могла быть отравлена — но в конце концов первый победил. К тому же, если бы вдруг ее хотели убить, сделали бы это, пока она была в отключке. Поэтому Птаха уселась на стул и приступила к трапезе.
Наваристая похлебка оказалась просто восхитительна, пускай мяса в ней и не водилось, одни только овощи. Лепешки тоже были ничего, хоть и слегка жестковатые, но зато обильно сдобрены маслом. Не успела Птаха прикончить
