class="p1">Поболтав с ней немного, я поехала домой. Июль такое время, когда все в разъездах. Папа снова мотался по Америке. Мама укатила на гастроли. Дэниел целыми днями где-то пропадает. У Корбина свои заботы. А я остаюсь одна со своими мыслями и переживаниями.
Пообедав в гордом одиночестве, я отправилась в свою комнату. Малыш был каким-то беспокойным, пинался и царапался. Низ живота камнем тянул вниз, и мне просто хотелось прилечь. Доктор прописал витамины, а я их не пила. Надо бы. Ругала себя за невнимательность к своему здоровью и здоровью своего малыша, однако, пилюли не принимала.
В телефоне нашла видеоклипы Читтапона и начала просматривать их один за другим, повторяя вслух: «Вот, Лукас, он мог бы быть твоим папой и петь тебе красивые колыбельные». На ютубе наткнулась на новый клип Вона. Похорошел, перекрасил волосы в чёрный. Образ у Вона в клипе символизировал плохого парня, и пел он на китайском языке. Грустный сюжет выжал из меня слёзы. Главную героиню в клипе убивают… а Вон в последний раз танцует для неё… Невыносимо!
В дверь постучались, просунулась голова Корбина.
— Сестрёнка… Ух, Элора, у тебя опять глаза на мокром месте! Давай, умойся, к тебе гость.
— Гость? — удивилась я и сразу подумала о Забдиеле.
Неужели он вернулся из командировки, обдумал всё и готов дружить?
Ни о чём больше не расспрашивая брата, юркнула в ванную, привела мордаху в порядок и спустилась вниз. Гость стоял ко мне спиной. Широкие светло-синие джинсы, белая футболка, волосы шапочкой сверху светлые, а снизу чёрные. Я не узнавала этого человека.
— Добрый день! Вы ко мне?
Услышав меня, гость повернулся и на корейском поприветствовал меня:
— Здравствуй, Элора! Ты узнала меня?
— Тхэ Мин?
~~~
Его взгляд уткнулся в мой живот, затем Тхэ Мин вопросительно посмотрел на меня.
— Скоро рожать. Да, это его ребёнок, если ты это хочешь спросить, — сказала я, затем предложила пройти в сад. Клэрис по моей просьбе накрыла столик и принесла кофе. — Должно случиться что-то серьёзное, чтобы ты решился на такую длинную поездку, — сказала я, когда мы устроились на своих местах.
— Поверь, мне нелегко далось это решение. К сожалению, не знал, как связаться с тобой.
— И… что привело тебя ко мне?
— Читтапон.
— То есть?
Давно я не испытывала такого сильного волнения. Сердце пустилось вскачь, и вдруг меня захлестнуло холодной волной страха, необъяснимого, мощного. Тхэ Мин меня ненавидел, и вдруг приехал. Выглядел он дружелюбно, но я уже с трудом верила мужчинам.
— Понимаешь, тут такое дело…
— Пока не понимаю. Но если объяснишь, обещаю постараться понять.
— Думаю, ты знаешь, что Читтапона до сих пор не объявили официально погибшим. Поклонники считают, что он жив. Более того, Марк, его менеджер, заявил, что готовит сюрприз на будущий год. Я пытался спросить…
— Что ты такое говоришь? — у меня в голове не укладывалось. Авария случилась в декабре, а уже июль!
— Меня это тоже удивило, Элора. Я разговаривал с Марком, но… он утверждает, что это дело компании. Они не хотят терять деньги, я так понимаю.
— То есть они зарабатывают бабло за счёт умершего айдола? Бред!
— Я приехал сюда, очень сильно рискуя. Марк угрожал моей карьере, если я полезу в их дела.
— Тогда для чего ты приехал?
— Выяснить обстоятельства аварии. Хочу услышать твою версию — версию очевидца. Вон рассказал поверхностно. — Тхэ Мин сделал глоток кофе, затем просто поглаживал пальцем бокал. — Если есть возможность, то я бы хотел съездить в больницу и поговорить с врачами, которые его принимали. Они должны знать, как обстояло дело.
— Я едва ли могу помочь, Тхэ Мин. Когда Читт… когда, — ком в горле застрял, я сглотнула его, сделала глубокий вдох и договорила: — Тогда я находилась в коме.
— Значит, ты не видела Читта после аварии?
— Нет. В последний раз я видела его живым в машине после удара. Он… — по щекам потекли слёзы, — сказал, что любит меня…
Дальше я расплакалась. Никогда эта беда меня не оставит. Тхэ Мин сел передо мной на корточки и взял мои руки в свои мягкие ладони. Впервые я чувствовала от него дружелюбие и теплоту. Он сочувствовал мне, за что я была признательна этому человеку. Видимо, его это горе тоже не отпускает, раз он здесь.
— Больше я ничего не могу тебе сказать, — прошептала я. — А больница находится в Нью-Йорке.
— Знаю. Но я плохо говорю по-английски. Ты не могла бы поехать со мной?
Эта просьба не показалась мне грубой, напротив, я взбодрилась.
— Конечно! У меня там знакомый доктор. Он нам поможет.
Следующие пятнадцать минут мы пили кофе и перебирали одну и ту же тему, вспоминали Читта и плакали. Потом я предложила Тхэ Мину гостевую комнату, но он сказал, что остановился в отеле. Я не показала, что расстроилась. Тхэ Мин — тот человек, который тесно был связан с жизнью Читтапона, и я хотела с ним говорить, говорить, говорить… Нам обоим, по сути, это было нужно.
~~~
Ким мечтательно наблюдала за плавными движениями Читта через стекло. Он её не видел. Его взгляд был направлен на медсестру, которая подсказывала, что делать. Читт делал успехи и быстро шёл на поправку. Ким волновалась по этому поводу. Прошло полгода, но этого не достаточно, чтобы случай был забыт. Марк успокаивал её, обещая, что возвращение Читта начнётся с Китая. Там, по крайней мере, не будет любопытного Тхэ Мина.
— Он будто догадывается, — говорил Марк. — Уже несколько раз подходил ко мне с вопросами. Какое счастье, что скоро у него «фанмитинг» тур по Азии. Появится время реанимировать карьеру Читта.
Тхэ Мин не заботил Ким так, как Элора, которая являлась законной женой Ли и, прознав о том, что он жив, тут же примчится. У Ким в запасе было мало времени. Если бы Вон не бросил Элору, у Ким была бы с ней связь. Вон всегда мог отвлечь её, если было бы необходимо. А сейчас неизвестно, что с ней и где она.
— Ким? Ты меня ждёшь?
Вздрогнув, она обернулась. Так задумалась, что не заметила, как Читтапон закончил физические упражнения и сел в своё кресло. Он подъехал ближе, чуть склонил голову в приветственном жесте. Ким тоже склонилась.
— Соскучилась. Приехала рано.
— Хочешь со мной перекусить? Мне одному скучно. Ян уже две недели, как уехал из центра.
— Предложение с удовольствием приму, — расплылась в довольной улыбке Ким. — С Яном ты подружился, я смотрю.
— Редко среди нас встречаются добрые и понимающие люди. У нас много общего, и это
