каменный трон Сьюзен.
Поплавок на удочке Мерлина закачался, все-таки внушая надежду на ответ, но он не взялся за удилище. Вообще-то, он пришел сюда не рыбачить. Удочка служила лишь удобным предлогом, чтобы провести на ручье побольше времени, на крючке не было даже наживки. Если бы Мерлин действительно хотел порыбачить, то ловил бы на мушку и, конечно, в Шотландии, а не здесь, в маленьком ручье.
«Насчет снега миссис Пармент была права», – подумал Мерлин, глядя на небо. Облака на нем опускались все ниже, сгущаясь с каждой минутой. Было только три часа дня, но уже совсем стемнело.
С тех пор как исчезла Сьюзен, Мерлин каждый день приходил к островку на ручье. Вивьен ездила в Конистон, но не нашла там ни следа Сьюзен, а ее отец не отвечал ни на какие их попытки связаться с ним.
Уна открыто заявила, что Сьюзен, наверное, забрала Дикая охота, и это даже к лучшему. Эванджелина не высказывалась так категорично, но, судя по всему, тоже считала, что это разумный и не вполне нежелательный исход. Среди начальства Сен-Жаков только Зои и Хелен сочувствовали Мерлину, да и Вивьен тоже: он потерял возлюбленную, а она – подругу. Инспектор Грин очень удивила его, подарив ему свое карманное издание «Силы позитивного мышления» Нормана Винсента Пила и заверив, что Сьюзен непременно вернется, – она, Грин, в этом уверена.
– Я правда верю, что она вернется, – сказал Мерлин в морозный воздух.
Чистая, бодрящая прохлада ничуть не походила на страшный, пробирающий до костей мороз Фимбулвинтера. Но Мерлин все равно проведет здесь не больше часа, а потом вернется в коттедж к Жассмин, где будет греться на кухне и слушать ее уверения в том, что Сьюзен обязательно вернется домой, как делал все последние дни. Хотя Мерлин и не находил у Жассмин дара предвидения, ему очень хотелось ей верить.
– Кто вернется? – раздался голос с другой стороны ручья.
Голос Сьюзен.
Мерлин уронил удочку и сиганул прямо в ручей, спотыкаясь, перешел его вброд и выбрался на остров. Капли текли по его лицу, синяя корнуоллская толстовка стала черной от воды, а в карманах вельветовых брюк трепыхались пескарики – забавный подарок от хранителя ручья.
Сьюзен стояла на своем троне, держа обеими руками Кларент, острие которого уткнулось в камень. На ней была та же одежда, в которой Мерлин видел ее в последний раз, только не пыльная и рваная, а чистая, будто новая. Да и сама Сьюзен выглядела красивой, здоровой и полной жизни.
– Я сейчас, – сказала она и так легко воткнула меч в камень, будто резала ножом сыр.
Когда на поверхности остался только крупный изумруд, служивший навершием эфеса, она наступила на него, и он исчез.
Сьюзен спрыгнула с трона и обняла Мерлина, хотя тот и был мокрым с головы до ног.
– Я надеялся, что ты придешь сюда, – прошептал Мерлин после затяжного поцелуя. – Кое-кто уже подумал, что тебя забрала Дикая охота.
– Не совсем, – ответила Сьюзен, крепко прижимая его к себе; они поцеловались еще раз, и она продолжила: – Я пошла к отцу, потому что должна была это сделать. Он хотел, чтобы я… стала им, в общем-то.
– Что?
– Он говорит, что устал, – пребывание в плену Саутхо подорвало его силы, и… правда, я не понимаю, как такое возможно… но он хочет уйти куда-нибудь и стать кем-то другим. Но для этого я должна занять его место и стать…
– Старухой Конистон, – закончил за нее Мерлин. – Но ведь ты не Древняя владычица, я точно знаю. Если бы ты стала ею, то не была бы сейчас здесь, значит ты – это все еще ты. – И он поцеловал ее снова, словно проверяя свои ощущения.
– Я все еще я, – самодовольно подтвердила Сьюзен, отрываясь от губ Мерлина, чтобы глотнуть воздуха. – Я действительно вышла от отца сама собой. Я сказала ему, что еще молода и не хочу забирать его власть и величие, прежде чем проживу свою земную жизнь. Я не смогу стать Старухой Конистон, пока не состарюсь по человеческим меркам.
– И он…
– Не возражал, – сказала Сьюзен. – Кто-то из вас говорил мне, что для Древних время течет не так, как для смертных. Я попросила у отца отсрочку, и он согласился так просто, словно мы решили перенести какое-то дело на завтра.
– Сколько он тебе дал? – с тревогой спросил Мерлин и прижал ее к себе еще крепче.
– Сто лет, – ответила Сьюзен, рассмеялась и так стиснула Мерлина в своих объятиях в ответ, что он едва не задохнулся. – Сто лет! И он забрал обратно те силы, которые дал мне! Я снова обычный человек!
– Правда? – недоверчиво спросил Мерлин; его левая ладонь легла ей на плечо – Сьюзен чувствовала тепло его пальцев сквозь перчатку и свою одежду.
– Ну да, я вижу в темноте, – призналась Сьюзен. – Может быть, еще какая-нибудь чепуха при мне осталась. Как мама? С ней все в порядке? Я хотела вернуться пораньше, но… в отцовских глубинах так легко потерять счет времени.
– С Жассмин все в порядке, – сказал Мерлин. – Она сказала мне, что ты вернешься. И испекла пудинги к Рождеству. Много пудингов.
Благодарности
Читателем меня сделали мои родители, Генри и Кэтрин, – своим примером и тем, что всегда давали мне книги и обеспечивали к ним доступ. Это, конечно, было необходимым условием для того, чтобы стать писателем, необходимым ученичеством, которое продолжалось на протяжении всей моей читательской жизни.
А еще родители всегда поддерживали мое стремление писать. Начиная с детства, когда я еще совсем маленьким сочинял очень короткие рассказы, из которых собирал книжки, затем, когда со мной случилось «чудо одной книги», и заканчивая безмятежными днями, когда меня стали называть «плодовитым» и «давно зарекомендовавшим себя».
«Лукавые книготорговцы Бата» – первый роман, который никогда не прочитает мой отец, профессор Генри Никс, скончавшийся 2 февраля 2022 года в возрасте 84 лет. Я очень обязан обоим своим родителям по многим причинам, и мне невероятно жаль, что отец не сможет проглотить эту книгу за один присест, как он делал это обычно.
Мои агенты – бесценные деловые партнеры, единомышленники и вечные вдохновители. Я благодарю Джилл Гринберг и ее команду из «Jill Grinberg Literary Management» в Нью-Йорке, Фиону Инглис и ее команду из «Curtis Brown» в Австралии и Мэтью Снайдера и его коллег, которые занимаются для меня кино/телевидением в «Creative Artists Agency» в Лос-Анджелесе.
Мои издатели по-разному помогают мне в моей работе. Они выпускают прекрасные книги, рекламируют их и превосходно продают, и для меня большая честь быть в их списках. Спасибо Кэтрин Теген и команде «HarperCollins» в США, Еве Миллз
