этом думает: Девантора начинает рыться в карманах, а громилы по бокам от Рида приходят в тревожное движение.
— Неизвестно, пак Девантора. Секретаря пака Басира не пускают внутрь. — Девантора чертыхается, все никак не находя свою трубку. Рид ухмыляется. Кто бы ни были эти смельчаки, он им должен бутылку. — Сообщают, что это Корпус национальной безопасности. Хасан сказал, что они… они забрали оттиски, пак Девантора.
Девантора застывает с рукой во внутреннем нагрудном кармане. Смотри не слови инфаркт, упырь.
— Мне ехать к резиденции? Триада может подождать.
Триада? То есть они ехали к Триаде? Черт возьми, какого черта и на черта?
Рид не успевает задать вопрос вслух, а он бы очень хотел получить ответ: зачем им всем в этот погожий денек понадобилось навестить Лу Хэня?
— Нет, — со странной расстановкой говорит Девантора. Он медленно откидывается на сиденье. — Подожди… Дай-ка мне подумать.
— Пока будешь думать, замок Басира разберут по кирпичикам, — все-таки выдает Рид, за что получает угрожающий взгляд справа. — Что? Парни, я на вашей стороне. Переживаю от всего сердца!
— Не хотелось бы этого говорить, но он прав. — Водитель оглядывается по сторонам, уже думая, как будет выбираться из пробки. — Вы нашли телефон? Какие будут указания?
— Я сказал, подожди, — с нажимом повторяет Девантора. — Ну-ка, не спеши. С чего Хасан взял, что копы вынесли из дома оттиски?
— Я не спросил. — Водитель хмурится. — Он сказал, что вынесли сумку с ними. Пак Девантора, мне стоит поворачива…
— Тебе стоит помолчать, Лукман.
И наставляет на него пистолет.
На несколько секунд в машине повисает тишина.
Рид замирает вместе со всеми.
— Пак Девантора… — неуверенно начинает водитель, но Девантора, сверкая неожиданным оскалом, его перебивает:
— Сколько я тебя знаю, Лукман?
Не отвечай, парень, хочет подсказать Рид, это ловушка! Сколько я тебя знаю, Лукман? Сто лет? Приятно было работать вместе. Бум!
— Полтора года, сэр. — Лукман медленно притормаживает машину, чтобы смотреть ему прямо в глаза.
Как и все боевые статисты в Картеле, это большой, мощный мужик: натянутая на бицепсах рубашка, бычья шея, каждое плечо размером с пятилитровую банку. Рид быстро подмечает татуху, выглядывающую из-под воротника рубашки, наколки на пальцах, лежащих на руле, — и кое-что еще. В отличие от других боевых статистов Картеля, у этого мужика умный взгляд.
Рид — интуитивный игрок. Там, где остальные полагаются на стратегию и расчет, он действует по наитию. В чтении людей — всегда надо понимать тех, кто хочет тебя прикончить, — он особенно преуспел. И сейчас этот навык подсказывает ему: водитель Деванторы — один из тех надежных, обстоятельных людей, которых ценят в любой организации. Недаром Девантора держит его рядом с собой.
«Держал, — поправляет себя Рид, — потому что сейчас он его прикончит».
— Да, да, точно. И полтора года назад, когда я тебя только приметил, Басир сказал мне… Знаешь, что Басир мне сказал, Лукман?
Садистская игра в угадайку. Вполне в духе Деванторы.
— Что вам сказал пак Басир, сэр? — все так же прямо спрашивает Лукман.
Сзади начинают сигналить: машины, едущие перед ними, продвинулись уже далеко вперед.
— «Засомневаешься хоть раз, хоть на мгновение — убивай. Люди — восполнимый ресурс». И за эти полтора года я ни разу в тебе не сомневался. До этого момента. Такого, надо признаться, неудобного момента, Лукман. — Девантора скорбно качает головой. — Мне сейчас не до предательств.
Лукман словно сердится:
— Пак Девантора, — глядя на него, Риду слабо верится, что тот оказался крысой. Такие перцы — и вправду чисто самураи. Сплошь непродажность и принципы. — Почему вы решили, что я вас предал?
— Потому что Хасан не мог сообщить тебе о том, что полиция выносит оттиски из резиденции, — говорит Девантора. И добавляет какая-незадача-тоном: — И потому что я не могу найти свой сраный телефон, а стащить его перед выездом мог только ты.
Лукман непонимающе хмурится:
— Почему вы считаете, что Хасан не мог мне этого сообщить?
— Потому что Хасан знает, где сейчас оттиски. — Девантора улыбается еще шире, обнажая десны, а в его солнцезащитных очках отражается серьезное и сосредоточенное лицо водителя. — Он сам положил их в багажник этой машины.
О.
О-о-о!
Ну так что ж ты молчал!
— Не хочу вас перебивать, ребята, — решает вмешаться Рид, — но я прям на минуточку. Можно мне выйти отлить? А вы тут продолжайте, я мигом.
И в следующее мгновение происходят сразу две вещи: Лукман выбивает у Деванторы пистолет, а Рид освобождает руки и локтем заезжает одному из своих телохранителей в лицо.
И начинается драка.
* * *
Драться в тесном салоне автомобиля — дерьмовая идея.
Драться в тесном салоне автомобиля — дерьмовейшая из всех идей, которая когда-либо приходила Риду в голову. В личном рейтинге опережает даже ту, где нужно прыгать с крыши семьдесят третьего этажа. Напомните ему в следующий раз, когда его пригласят на автомобильную прогулку с Картелем Восхода.
Кстати, о Картеле Восхода: их солдаты, уроды, крепкие, как железобетон. Риду просто интересно — они что, проходят какие-то тайные тренировки? Закаляются по утрам? Басир их кует в Хамайма-Тауэр, как Саруман орков в Изенгарде? Рид ударил этого парня башкой об дверцу машины уже четвертый раз, а тот все не вырубается!
Второй, оставшись без пистолета — Рид его выбил у него из рук, — пытается дотянуться до них, но чуть не остается без глаза от удара ботинком. Пользуясь его дезориентацией, Рид ломает нос другому и проворачивает ход конем: подается вперед, уходя от удара, и рывком открывает дверцу. Короткая возня заканчивается его победой: он выталкивает хотя бы одного. Правда, несколько раз ему приходится защемить лысую голову между дверцей и салоном, потому что тот не желает признавать поражение.
Тем временем драка на передних сиденьях чуть было не заканчивается смертью Лукмана, но пистолет дергается в руках Деванторы, когда машина резко стартует с места. Вместо головы водителя пуля пробивает лобовое стекло.
— Останови тачку! — ревет громила, влетев спиной в дверцу.
— Не хотел бы этого говорить, но он прав! Ты что? — вторит Рид, награждая его ударом с правой по лицу. —
