— Я уже на месте. Буду контролировать ситуацию до твоего прибытия.
Она отсоединилась и взглянула на Дункана.
— Ты успеешь, — сказал он, не отрывая взгляда от дороги. — Ты уже сталкивалась с чем-нибудь подобным прежде?
— Никогда.
Заметив впереди огни, она снова созвонилась с Дейвом.
— Я вижу машины оповещения. Скажи им, что мы не будем останавливаться у ворот. Пусть кто-нибудь проводит нас до места.
Еще один поворот, и они опять рванули вперед. Деревья и статуи, залитые светом луны, сливались в одну бесконечную линию. У самой земли висела тонкая полоска тумана, а воздух и сейчас был напитан жарой. За завесой деревьев вновь замелькали огни. «Порше» притормозил у полицейского заслона, и Фиби тут же выскочила из машины.
— Оставайся здесь! — крикнула она Дункану, устремляясь в сторону крылатых ангелов и темных надгробий.
Дейв бросился ей наперерез, схватил за руку.
— Саперы уже обозначили минимально безопасную дистанцию. Дальше никому нельзя. Тебе в том числе.
— Хорошо, хорошо. Что-нибудь изменилось?
— Я добрался сюда лишь пару минут назад.
— Что ж, давай начнем.
Теперь Фиби продвигалась вперед очень медленно. Кто-то передал ей бронежилет, и она натянула его на себя, продолжая внимательно рассматривать сидящего на могиле мужчину.
Над ним склонился ангел с распростертыми крыльями. Лицо ангела было искренним и печальным, а к груди он прижимал лютню.
Мужчина сидел съежившись, прижав колени к груди. Его рыдания разрывали ночную тишину. Вокруг него были рассыпаны розы, выглядевшие на удивление свежими.
— Я Фиби Макнамара, — начала она. При звуке ее голоса мужчина поднял голову. Она замерла, не успев даже дойти до ленты, растянутой саперами. Все внутри ее заледенело и снова растаяло, уступив место обжигающему страху. — Рой.
— Бог ты мой, — Дейв ухватил ее за запястье. — Я не видел его лица. Не узнал его.
«Не факт, что ты смог бы вообще его узнать», — подумала Фиби.
— Тебе нельзя подходить к нему, — Дейв говорил громко, чтобы перекрыть дикие вопли Роя. — Дальше нельзя.
— Я понимаю, — она пыталась взять себя в руки, но жар уже пробился наружу каплями пота. — Рой, успокойся. Тебе нужно успокоиться. Я здесь, я приехала.
Разговаривая с ним, она в то же время быстро строчила в своем блокноте: «Проверьте мою семью! Полицейского к двери. Карли здесь». Она записала адрес Фина.
— Рой, все будет в порядке.
— Он хочет убить меня. Хочет убить меня.
— Кто именно?
— Не знаю. Господи, я не знаю. За что мне все это?
— Рой, этот человек нас слышит?
— Он сказал, что слышит. Да, слышит. Ты… ты мерзкая сучка. Я должен повторять за ним, или он взорвет меня.
— Все в порядке. Если он слышит меня, пусть скажет, чего он хочет.
— Хочу, чтоб ты сдохла, здесь же.
— Мы с тобой знакомы?
— Ты испортила мне жизнь, — произнес Рой, в то время как слезы градом текли у него по щекам. — Теперь я должен отплатить тебе тем же.
— Как я испортила тебе жизнь?
— Думай сама. Фиби, помоги мне, ради бога, помоги мне.
— Все в порядке, Рой. Все в порядке. Дай мне поговорить с ним. Ты сердишься на меня. Можешь сказать почему?
— Нет… еще не время.
— Ты вызвал меня сюда, и я приехала. Должно быть, ты чего-то хочешь от меня. Хочешь мне что-то сказать. Если бы ты мог объяснить мне…
— К черту, — выдавил Рой сквозь рыдания.
— Как я понимаю, ты не хочешь сейчас говорить со мной. Не возражаешь, если я побеседую с Роем? Могу я задать ему несколько вопросов?
— Он смеется. Смеется. Он… Давай, поболтай немного. Я пока выпью пива.
— Рой, как ты попал сюда?
— Он… привез, — Рой с тоской смотрел вокруг опухшими от слез глазами. — Мне кажется. В моей машине.
— Какая у тебя машина?
— «М-мерседес». Е55. Я только что купил ее. Я только что…
— Все хорошо. — Она нацарапала в блокноте номер машины и приписала: найти. — Он привез тебя сюда от Хилтон-Хед?
— Я был в багажнике. С кляпом, с завязанными глазами. Ничего не видел. Я вернулся домой, заехал в гараж. Там он меня и ждал. Приставил к затылку пистолет, — он снова прижал лицо к коленям. — Пошел со мной. Потом провал. Когда я очнулся, то понял, что не могу ни видеть, ни говорить. Я лежал в багажнике с завязанным ртом. Даже дышал с трудом.
Фиби несколько приободрилась, когда вынырнувший из темноты Дейв написал в ее блокноте: «Все в порядке. Коп у дверей».
— Давно ты здесь?
— Я не знаю, не знаю!..
— Ладно-ладно, все в порядке. А как ты попал туда, где ты сейчас сидишь?
— Услышал, как открылся багажник. — Задрожав, он снова поднял голову. Даже отсюда Фиби могла видеть, сколько на нем комаров. — Он чем-то закрыл мне лицо. У меня закружилась голова, я попытался вырываться. Тогда он ударил меня по лицу. Когда я очнулся, то был уже здесь. Он говорил. Говорил в моей голове. Я кричал, но никто не услышал. Он сказал мне что нужно делать. Телефон, он оставил мне мой телефон. Сказал, чтобы я позвонил девять-один-один. Только этот звонок, иначе он нажмет на кнопку.
— Значит, ты его так и не увидел, — заметила Фиби. В это же время она писала на листке полное имя Роя, его адрес и телефон. «Давно ли отсутствует?» — приписала она рядом, после чего передала листок Дейву.
— Рой…
Но тот рыдал взахлеб.
— Я ничего не сделал. Почему это случилось?
— Это не поможет, Рой. Рой! — Она заговорила резче, пытаясь пробиться сквозь рыдания. — Постарайся успокоиться. Мы должны действовать сообща, только так мы сможем решить эту ситуацию. Я бы хотела еще раз поговорить с ним, если он готов. Не мог бы он назвать мне имя — совсем необязательно свое. Пусть будет любое имя — из тех, которые ему нравятся. Просто чтобы я могла обращаться к нему.
— Мне так плохо. Мне… Нет! Нет! Пожалуйста! — Рой судорожно напрягся. — Ради бога… Ладно… Хорошо. Я… Я устал от твоего нытья, никчемный ублюдок. Еще немного, и я взорву тебя ко всем чертям, так ты мне надоел.
— Если ты это сделаешь, я так и не узнаю, для чего ты вызвал меня сюда. Почему ты так зол на меня? Не хочешь ли назвать мне какое-нибудь имя, чтобы я могла к тебе обращаться?
— Он… — голос Роя дрожал от ужаса. — Конечно, Фиби. Можешь называть меня Купером.
Почувствовав, что все в ней напряглось, она начертила это имя в блокноте, приписав снизу: «Ровно в полдень».
— Прекрасно, Купер. Поскольку я не могу говорить с тобой напрямую, мне трудно понять, что ты сейчас чувствуешь. Можешь сказать мне это?
— Чувствую себя великолепно. Все здесь зависит от меня.
— Для тебя это так важно?
— Совершенно верно.
— Возможно, ты чувствовал бы себя еще более уверенно, если бы мог встретиться со мной лицом к лицу?
— Еще не время.
Фиби смотрела на Роя, вслушивалась в его дрожащий голос и отчаянно пыталась проникнуть в разум человека, который оставался для нее невидимкой.
— Купер, скажи мне, откуда мы знаем друг друга? Что нас с тобой связывает?
— Ты должна мне кое-что сказать.
— Хорошо. Что ты хочешь от меня услышать?
— Тебе так уж важно, что будет с этим… никчемным сукиным сыном?
Что тут скажешь? Как бы она ни ответила, это может разозлить его еще больше.
— Ты имеешь в виду Роя?
— Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду гребаного Роя.
— Это мой бывший муж. Я не хочу, чтобы он или кто-то другой пострадал из-за меня. Послушай, Купер, ты ведь пока никого не убил. Мы могли бы разрешить эту ситуацию…
— Скажи это Чарльзу Джонсону. Ты же видела — о боже, боже — ну, ладно — ты же видела, с каким удивлением он встретил эти выстрелы?
— Ты хочешь сказать мне, что это ты виноват в смерти Чарльза Джонсона?
— А ты хочешь сказать, что совсем разучилась понимать английский? Это я отправил его на тот свет. Не первый раз, когда по твоей вине человек отправляется на тот свет, правда? И не последний, это я тебе обещаю. Пожалуйста, — заверещал Рой. — Прошу тебя, прошу…
