— Идем в Сур, капитан.
— Зачем? — душераздирающе зевнул Гайтар.
— Это приказ.
— Вы опять забыли, магистр, что «Акула»…
— Принадлежит вам, — раздражённо оборвал его Кайер. — Да, я помню, как видите. Поэтому и предлагаю сделку — вы немедленно доставите меня в Сур, а я прослежу, чтобы и вы, и команда получили достаточное вознаграждение. Такая сделка вас устроит?
Гайтар насмешливо оглядел собеседника, затем покачал головой. Он мог бы попытаться объяснить Кайеру причину, по которой соваться в подконтрольные Ордену воды было ошибкой. Белые рыцари относились к пиратам не просто без мягкости, как, скажем, имперцы. Империя корсаров не жаловала, но и не предпринимала серьёзных шагов, дабы раз и навсегда прижать к ногтю морскую вольницу. Отчасти понимая, что это не такое уж простое дело, отчасти рассматривая пиратов как своего рода морской щит против довольно сильного флота светоносцев. Пожелай пираты напасть на имперский фрегат — Тайная Стража приложила бы все усилия, дабы найти и примерно наказать наглецов. Но если не дразнить зверя в его берлоге, то с имперцами вполне можно было иметь дело. В конце концов, практически вся захваченная добыча традиционно продавалась в Гуране по бросовым, зачастую, ценам, что вполне устраивало и Империю, и Его Величество.
Другое дело — светоносцы. Эти щадить не будут никого, для них пиратская шхуна как мозговая кость для оголодавшего пса, способного в своём стремлении урвать кусок мяса растерзать каждого, кто будет иметь несчастье оказаться на его пути. Встреча с «белыми плащами» могла закончиться или гибелью, что вероятно, или поражением рыцарей, что куда менее вероятно — одно дело резать охрану торгового судна и совсем другое — иметь дело с прекрасно обученными воинами, каждый второй из которых к тому же ещё и немного маг. Пусть на каждом корабле не более пяти-шести рыцарей, но и абордажная команда у них, как правило, состоит из опытных рубак.
А Сур… Сур — береговая крепость Ордена, и этим всё сказано. Не то, чтобы прибрежные воды кишели инталийскими боевыми кораблями, но вряд ли удастся избежать встречи. А там либо петля, либо милосердный удар меча в пылу схватки. Ни тот, ни другой вариант Гайтара не устраивал.
Если в вопросе ухода от чёрного острова Гайтар, вступи он в конфликт в огненосцем, рисковал оказаться в меньшинстве, то в данном споре команда, несомненно, будет на его стороне. Как уже говорилось, они не побоятся скрестить клинки с рыцарями Ордена, но… но хотя бы при трёхкратном численном преимуществе.
— Эта сделка меня не интересует, — хмыкнул он, с наслаждением взирая на вытянувшееся лицо Кайера. — Прибудем в Дес-Лат, найдёте себе какого-нибудь купца, который не откажется доставить вас куда угодно, хоть в Шиммель, если согласны как следует заплатить.
— Неприемлемо, капитан, — огненосец побагровел, в глазах плеснулась неприкрытая ярость. — Время не ждёт, мне необходимо попасть в Сур как можно скорее. И мне плевать на ваше мнение, капитан, вы доставите меня туда, куда я приказываю, и так быстро, как только сможет ваше корыто! Я более не потерплю…
Договорить волшебник не успел. Рукав его мантии чуть отбросило ветром в сторону, и Гайтар увидел, как стремительно распространяется блестящая чернота по пальцам волшебника.
— Демон! — рявкнул он, выхватывая саблю.
Человек, стоявший неподалёку от трапа, ведущего на мостик, резко взмахнул рукой, отправляя в полет короткое серебристое лезвие. У первого помощника на корабле много обязанностей, но самая из них важная — прикрывать капитана при любых неурядицах… правда, ситуации бывают разные, случалось, что капитан отправлялся на корм рыбам, а его бывший заместитель, нынче хозяин корабля, задумчиво вытирал окровавленный клинок и прикидывал, на кого из команды сможет положиться. Но не в данном случае — нежелание Гайтара отправляться в лапы к «белым плащам» иначе, чем в составе эскадры, вполне разделялось каждым на борту «Акулы», кроме разве что магов и шлюх — последним было совершенно всё равно, куда плыть.
То ли у Кайера поистине были глаза на затылке, то ли он ожидал нападения, но нож отлетел в сторону, наткнувшись на незримую преграду, а в следующее мгновение…
— Капитан Гайтар описывает магию, примененную магистром, как чёрные жгуты, вырвавшиеся из его рук, — Блайт заметил, как вздрогнула Таша. — Эти жгуты с легкостью пронзали человеческие тела и перебили одну из мачт. В считанные мгновения маг уничтожил чуть ли не половину команды. Похоже, он не вполне контролировал себя, от ударов чёрных плетей погибла и эта женщина, Лайга, хотя Гайтар особо отмечает, что она не пыталась вмешаться в драку. Сам капитан был ранен, жгут зацепил его плечо…
— Он описывает свои ощущения? — Арай Ватере подался вперед, впервые на протяжении рассказа утратив напускную невозмутимость.
— Да. Холод… резкая боль. Жгут вырвал из руки кусок мяса, но не повредил кость.
— Не слишком детальное описание… — разочарованно вздохнул магистр.
— Да, согласен. Но пират — не маг, он не обучен анализу магического плетения. Хорошо хоть, остался жив и смог рассказать… пусть и немногое.
АрГеммит молчал — эту историю он уже слышал накануне, и сейчас вновь пытался понять своё отношение к рассказу давно усопшего корсара. Остальные члены Совета Вершителей реагировали по-разному. На лице арДамала — лёгкая заинтересованность, остальные скорее демонстрируют скуку, чем беспокойство. Что лишний раз доказывает — нынешние члены Совета не слишком-то соответствуют занимаемым креслам. Нетрудно ведь было догадаться, что арГеммит привёл сюда Консула отнюдь не затем, чтобы скоротать вечер за увлекательной историей.
— И чем закончилась эта стычка? — поинтересовалась Тана Эйс с таким выражением лица, что любому было ясно — ответ её ни в малейшей степени не интересует, леди просто «от хорошего воспитания и врождённого благородства» демонстрирует толику уважения к рассказчику.
По всей видимости, Блайт это понял.
— В общем, ничем особо интересным. Магистр был убит — тем самым вечно пьяным стариком… Как именно — понятия не имею, это в журнале не описано. Старик тоже умер, они ударили друг друга одновременно. Корабль потерял изрядную часть такелажа, налетевший шторм довершил разрушения. Гайтару удалось спастись — на шлюпке. Всё, что он сумел сохранить — этот журнал… думаю, по той причине, что в его глазах записи в журнале, сделанные имперским шифром, имели некоторую ценность в золоте. Шлюпку выбросило на самый восточный берег Пустоши, где-то между Верленом и Последним приютом, именно там он и закончил свой рассказ. А потом, думаю, попытался добраться до Кинтары или Гурана… но одиночка в Пустоши живёт недолго.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
