Но не получится. Ватере недвусмысленно дал понять, что рассчитывает на приватную аудиенцию. И не откажешь… проклятье, из всех присутствующих на Совете один лишь алый понял, ради чего было устроено это представление. Понял и сделал то, что было нужно — и Эмнаур знает, чем огненосец руководствовался. Придётся с ним побеседовать, что-то из планов раскрыть, чем-то пожертвовать… поддержка Альянса и в иное время дорогого стоила, а в нынешней ситуации её попросту невозможно переоценить.
Несмотря на усталость и перспективу сложного разговора с полномочным представителем Ректората, Метиус ощущал полное удовлетворение результатами Совета. Блайт со своей информацией прибыл на удивление вовремя, избавив Вершителя от необходимости что-то изобретать. Правда, было бы куда лучше, исходи идея союза с Империей не от огненосца, а от кого-нибудь из Вершителей. Разумеется, не от самого арГеммита — в предстоящей комбинации он намеревался сохранить за собой роль дирижера, дав возможность исполнять сольную партию кому-нибудь другому. Ну, к примеру, молодой Бетине. Девочка далеко пойдет, но пока что ей не хватает… нет, не нахальства, этим добром она вполне может и поделиться. Вот чего ей по-настоящему недостаёт, так это готовности принимать и, что намного важнее, отстаивать решения. Рановато ей садиться в кресло Вершителя, но что поделать — когда ушли лучшие, приходится выбирать из тех, кто оказывается под рукой.
— Я надеюсь, вы выполните условия сделки, Вершитель? — Блайт старался говорить спокойно, но опытный наблюдатель мог бы заметить, что мужчина заметно нервничает.
— Безусловно. Вы можете ни о чём не беспокоиться, Ангер. Наши договорённости остаются в силе… при любом развитии событий. И имейте в виду, Орден сумеет обеспечить вашу безопасность.
Мужчина усмехнулся чуть печально, словно почуял в сказанном не очень смешную шутку. Метиус кивнул стоящему неподалёку рыцарю в белых латах. Рядом со светоносцем замерли солдаты, вооружённые до зубов. Рыцарь отсалютовал Вершителю и отвесил Блайту короткий поклон равного.
— Мне поручено охранять…
Договорить ему было не суждено. Тяжёлый арбалетный болт ударил в грудь мужчины в чёрном кожаном камзоле, без труда пронзил одежду, скрытую под ней кольчугу, тело… затем снова кольчугу, тончайшей отделки кожу, дорогую ткань длинного плаща. И увяз в толстом дереве дверных створок. Тело Блайта выгнулось дугой, рот приоткрылся, словно в отчаянной попытке издать последний стон — да так и остался открытым. Консул обмяк, и только намертво засевшая в дверях стрела не дала ему ничком рухнуть на мостовую.
Мгновением позже щиты сомкнулись вокруг арГеммита — бессмысленное и запоздалое действо, к тому же лучший маг Ордена вполне был в состоянии защитить себя. Пожалуй, в другое время он без труда обезвредил бы и стрелу задолго до того, как та коснулась бы кожи его гостя… но Метиус слишком устал и не успел среагировать вовремя.
— Найти! — прорычал он, ощущая, как вдруг заломило сердце и мелко задрожали колени. — Найти! Обыскать всё, каждый дом, каждую крысиную нору! Из-под земли достать эту тварь! Если надо, поднять по тревоге весь гарнизон! И Парлетта ко мне, срочно.
Мягкий сумрак, лишь слегка разгоняемый неверным светом полудесятка свечей. Отблески пламени, бьющегося в каменной темнице камина. Небольшой столик, наполненные бокалы — кажется, что тонкое стекло удерживает в себе тёмную густую кровь. Две фигуры в глубоких креслах…
Третий человек стоял посреди комнаты, заложив руки за спину. Поза, лишённая намека на почтительность — но те, кто знал Парлетта Дега, могли бы с уверенностью заметить, что тщедушному коротышке глубоко наплевать на подобные условности. Он мог с равным прилежанием заискивать перед последним слугой и холодно бросить оскорбление (или обвинение) в лицо кому угодно, вплоть до самого арГеммита. Вершитель ценил человека, ранее занимавшего неофициальную, ни в одном документе не поименованную должность Верховного Палача Ордена. Ценил не за умение лизать задницы — для этого имелась масса народу, ни на что иное не способного. Говорят, у каждого настоящего правителя должен быть хотя бы один слуга, не боящийся говорить господину правду прямо в глаза. Любую правду, в том числе и горькую, и опасную. Дега, более чем заурядный маг и совершенно никакой воин, обладал абсолютным бесстрашием и выдающимся нюхом на скрытых врагов Инталии. Это не помогло ему предотвратить ряд покушений на высших иерархов Ордена — но за годы службы Дега накопил достаточно заслуг, чтобы они перевешивали допущенные провалы. Три года назад, почти сразу после окончания войны, арГеммит ввел в Инталии официальную должность Квестора, в обязанности которого входило вершить высший суд в вопросах, затрагивающих безопасность государства. В том, что эта должность изначально предназначалась Парлетту, никто и не сомневался. К полному удовлетворению арГеммита, заполучив золотой медальон с изображением карающего меча, Дега ничуть не изменился — всё так же ни во что не ставил интересы отдельных людей, всё так же беспокоился о пользе для дела в целом.
— Поймать стрелка не удалось? — Метиус знал ответ, но хотел его услышать от Парлетта, желательно, с дополнительными деталями.
— Не удалось. Брошенный арбалет, кое-какие мелочи — это всё. Шансов поймать его прямо на месте преступления не было ни малейших.
— Плохо…
— Было большой ошибкой поручить охрану столь ценного… — на мгновение Дега замялся, подбирая уместное слово, — свидетеля обычным солдатам. Пара магов средней руки сумели бы защитить покойника от такой мелочи, как арбалетный болт.
Метиус вздохнул, сделал глоток вина, бросил короткий взгляд на безмолвного Ватере и пожал плечами, словно ёжась от пронзительного взгляда своего доверенного помощника.
— Ну да, это моя ошибка. Никогда бы не подумал, что какая-то тварь убьёт моего гостя на моём же пороге. Но сейчас нас больше должны интересовать не мои ошибки, Парлетт, а просчёты убийцы. Что удалось установить?
— Вас интересует личность собственно убийцы или его нанимателя? — с лёгким налетом сарказма в голосе поинтересовался Квестор.
— Оба, — отрезал арГеммит.
Иногда Парлетт вызывал ужасное раздражение. Людей, более или менее знавших Квестора и не мечтавших свернуть этому мозгляку шею, можно было пересчитать по пальцам одной руки. Иногда подобные желания посещали и арГеммита, чьим протеже Дега считался уже добрых двадцать лет. Но приходилось терпеть, хотя бы за неизменную преданность этой крысы Инталии и Ордену. Если точнее — только Ордену… интересы Инталии, Святителя и прочих волновали Дега лишь в той мере, в которой соотносились с его пониманием интересов Несущих Свет. За это приходилось расплачиваться, как минимум, информацией — как и Ангер Блайт, игравший сходную роль при дворе Императора Гурана, этот маленький человечек слишком много знал. Но, что было поистине редкостью, Дега никогда не злоупотреблял накопленным знанием.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
