яркие цвета. Чтобы привлечь внимание самки, самец бьёт хвостом и прыгает высоко вверх, развернув плавник как знамя, демонстрируя свою красоту максимальному числу зрительниц.
– Наверное, именно так рыбы и вышли на сушу? – поинтересовалась Галатея. – Они сначала были как этот прыгун?
Рассказчик кивнул:
– Или как крокодилы, которые тоже неплохо себя чувствуют и в воде, и на суше. Но как бы ни были разнообразны животные других континентов, секретов у скромной природы, окружающей ваш дом, предостаточно. Например, весной в лужах появляются жёлтые разводы – это сосны рассеивают свою пыльцу. Мхи тоже отпускают свои споры на ветер. Этим же способом пользуются и грибы: шампиньон сбрасывает с пластинок своей шляпки сто миллионов спор в час, а созревшие дождевики выпускают споры в виде клубов дыма, по миллиарду спор за выброс. Орхидеи тоже полагаются на ветер: каждый цветок даёт три миллиона семян. У этих мелких семян нет питательных запасов, они прорастают, только попав на поверхность определённого вида гриба, который и предоставляет им среду для роста. Заботливый одуванчик снабжает свои семена питательными веществами, поэтому они становятся слишком тяжелы для ветра. Чтобы придать им летучесть, одуванчик прикрепляет к каждому семечку пушинку: на этом парашютике семечко легко летит по ветру. Паучки тоже используют попутный ветер, чтобы перебираться с места на место: они выпускают паутинку, и когда она становится достаточно длинной, ветер подхватывает её вместе с хозяином – и несёт их вдаль, в новые места.
Любой ручеёк или пруд представляет собой интереснейшее сообщество различных животных. В соседнем пруду я наблюдаю и тритонов с икрой, и лягушек, и рыбок. Личинки ручейника облепляют себя склеенными песчинками и веточками, чтобы их не съели рыбки, и ползают по дну ручьев в поисках еды. Если еды мало, то некоторые виды ручейников плетут «рыболовные» сети из паутины, чтобы успешнее самим кого-нибудь съесть. Совершенно особый мир расположен на границе воды и воздуха. Водомерки бегают по поверхности пруда, используя силы поверхностного натяжения воды.
– Что эта за сила? – спросила Галатея.
– Молекулы воды притягивают друг друга. На поверхности они притягиваются к общему массиву воды сильнее, чем обычные молекулы внутри капли, поэтому там образуется что-то вроде упругой плёнки. Ею и пользуются многие мелкие животные. У водомерок лапки покрыты водоотталкивающим воском. Они бегают по поверхности воды, как по льду. Ногохвостки, членистоногие размером с булавочную головку, почти целиком покрыты воском и тоже не проваливаются сквозь плёнку. Но они очень легки, и чтобы их не унёс ветер, на брюшке у них имеется не покрытый воском шип. Этот шип вонзается в водяную плёнку и держится за неё, как якорь.
Поверхностная плёнка воды представляет собой ловушку для других, не привычных к ней, насекомых. Они падают в неё, прилипают, и тут на них налетают местные хищники – те же пауки, что сидят на берегу, опустив в воду пару лап и слушая вибрации плёнки. Чу, заколебалась плёнка, значит, кто-то попал в ловушку! Пора пообедать! Кто первый добегает до добычи, тот вытаскивает её из воды, чтобы она перестала волновать плёнку и созывать конкурентов. Вот сейчас и поедим…
– Неужели все обычные насекомые, попав в воду, оказываются совершенно беззащитными? – ужаснулась Галатея.
– Нет, среди них есть очень изобретательные хитрецы. Например, камфарный жук, залетев в воду, спасается от водомерок и пауков, выпуская из брюшка особое вещество, которое уменьшает притяжение между молекулами. В результате задняя часть жука проваливается в воду, задние лапки начинают работать как весла, а передняя часть тела держится на плёнке, не давая ему утонуть. Камфарный жук как катер устремляется к берегу, умело управляясь с поверхностной плёнкой, и благополучно достигает безопасной суши.
Поверхностная плёнка воды – это своеобразный Интернет, среда для передачи информации. Жуки-вертячки крутятся, посылая во все стороны вибрации и получая информацию об окружающих препятствиях и береговой линии. Водомерки трясут плёнку особым образом, сообщая, что готовы к спариванию. Целый двухмерный мир расположен на границе воды и воздуха.
– И чем-то он похож на человеческий, – мрачновато сказал Андрей.
– Наша планета удивительна по многообразию живущих на ней биологических видов. Это огромное поле деятельности для биологов. Многие животные обладают способностями, которые нам бы очень пригодились, достаточно вспомнить о таланте ящерицы, отращивающей свой потерянный хвост, или о способности многих животных к гибернации и сну по полгода. А долголетие черепах? Хорошо изучив животных и самого человека, который тоже относится к животному миру, мы сможем найти пути к продлению нашей жизни, сделаем людей более здоровыми и счастливыми.
Но главную проблему, которая стоит перед биологами и экологами, можно сформулировать так: как сохранить многообразие и богатство биосферы Земли? Ежегодно открывается большое количество новых видов животных и растений, но многие виды необратимо вымирают за это же время.
Дзинтара кивнула головой:
– При плохом варианте развития событий биологам скоро будет нечего изучать!
Сказочник улыбнулся:
– Я не биолог, я просто житель планеты Земля, который получает огромное удовольствие от соседства с другими живыми существами. Конечно, нужно соблюдать осторожность и со змеями, и с медведями, которые не знакомы с человеческой аксиомой, что человек – вершина эволюции. Но любые звери не опаснее людей, настроенных агрессивно. Мне очень хочется, чтобы эта планета сохранила свой неповторимый живой облик, и чтобы наши потомки смогли насладиться нашей прекрасной Землёй.
Рассказчик кивнул на своего внука, который нашёл пульт от телевизора и сосредоточенно его изучал, тыкая пальцем во все кнопки по очереди. Потомок Лёвушка поднял голову и очаровательно улыбнулся на все восемь имеющихся у него молодых зубов.
Сказка о докторе Земмельвейсе и чудо-лекарствах
Молодой венгерский врач Игнац Земмельвейс был счастлив. Он шёл по улице, застроенной старинными домами и широко улыбался птицам, людям и цветам. Сравнительно недавно он закончил Венский университет, получив диплом хирурга и акушера, и вот теперь, счастливчик, уроженец провинциальной Буды, принят на работу в престижную столичную клинику в Вене, где будет заниматься любимым делом. Игнац считал свою профессию самой важной в мире. Ведь история каждого человека начинается с рождения, день которого будет праздноваться в течение всей его жизни. И без помощи врача-акушера в этот самый первый день рождения никак не обойтись.
Игнац весь отдался своей работе, радуясь каждому новорождённому и ужасно расстраиваясь в тех случаях, когда что-то шло не так. А проблем было немало. Многие женщины умирали после рождения ребенка из-за бича тогдашнего времени – послеродовой горячки, или сепсиса, а попросту, из-за заражения крови. Игнац никак не мог примириться с этими трагедиями. Ему не давал покоя факт,
