думала, что ты настолько меркантилен, Кти.
Тот сделал вид, что устыдился, не прекращая подозрительно разглядывать воплощение моей неубедительной доброты.
– Не думал, что ты настолько хитра, – в тон мне отозвался он.
Самообладание вновь затрещало по швам. Где там мои птички, рыбки, фиолелевые поля?!
– В чем же тут хитрость, Кти? – Я устало провела рукой по волосам, уронив при этом смятую салфетку. – Мне очень жаль, если ты видишь меня такой. Меньше всего я хочу каких-либо конфликтов с тобой, или с кем бы то ни было вообще. Я всего лишь позволила себе поинтересоваться, извини, если вдруг обидела своей резкостью. Мне действительно важно знать, куда подевался Гер. Попробуй понять.
Если поначалу на его лице и проступило нечто человеческое, то при первом упоминании соперника оно вновь спряталось, да еще и закрылось на все замки, обиженно придвинув к дверям все самое тяжелое. Он медленно опустился на корточки, затем плавно поднялся, протягивая мне измятый кусочек ткани. Пару секунд я тупо глядела на его руку, затем протянула свою и осторожно потянула салфетку за кончик, избегая лишних касаний. Ибо откуда мне знать, что может явиться первым толчком для очередного приступа бешенства? Так что стоило перестраховаться. Мужчина насмешливо проследил за моими манипуляциями, и в последний момент сжал ладонь, не выпуская ткань. Я рефлекторно вцепилась в нее со своей стороны, вскидывая на него непонимающий взгляд. Тот усмехнулся в открытую, и с силой дернул шелк на себя. Я резко подалась вслед за платком, и ожидаемо упала в услужливо подставленные объятия, тут же сомкнувшиеся вокруг меня медвежьим капканом. Ну где же те птички, с рыбками и фиолелями, когда они так нужны?! Но не успела я начать возмущаться подобного рода вторжением в свое личное пространство, как меня тут же отпустили, лишь предварительно прошептав на ухо:
– Я расскажу все, что тебе нужно. Сегодня после заката в саду возле тех качелей. – Его губы мягко коснулись моих пальцев, судорожно сжимавших злополучную салфетку, и через секунду, уже глядя в неспешно удаляющуюся широкую спину, я едва сдержалась, чтобы не плюнуть вслед.
Я вернулась в свою комнату лишь для того, чтобы переодеться в повседневное кофейного цвета платье с ажурной вышивкой по подолу, и двинулась в сторону отцовского кабинета. По моим представлениям, родители проводили большую часть своего времени именно там, решая вопросы государственной важности. Так и оказалось. Но серьезная секретарша, бдящая за столиком в приемной, поведала о важном заседании, от которого родичей отвлекать никак не следовало. Там же в приемной уже толпилась нехилая толпа посетителей, ожидавшая окончания пресловутого заседания, и вряд ли они бы обрадовались моему решению проскочить без очереди. Я попыталась было расстроиться, но секретарша живо подняла мне настроение наличием у нее адресной книги. Найдя нужные координаты, я поблагодарила милую женщину и отправилась на поиски. Речная улица, седьмой дом. Именно там должен был обретаться искомый индивид.
Выйдя из замковых ворот, я поспешно зашагала по идеально гладким камням пешеходной дороги, кутаясь в легкую накидку с капюшоном, дыбы не привлекать лишнего внимания к своей скромной персоне.
Теплый и ясный, как и множество дней до этого, зеленел листвой, искрился лучами и благоухал несчетным количеством цветочных клумб. Редкие прохожие, к моему счастью, не заостряли внимания на одинокой фигурке, торопливо шагающей по своим делам. Я полной грудью вдыхала свежий, пахнущий солью и травой воздух, и была бы почти счастлива, если бы не хронически сверлящее душу беспокойство.
Металлическая табличка с нужным названием была обнаружена на аккуратном, щедро обвитом мелколистным плющом, деревянном особняке с зеленой черепичной крышей в окружении забора из молодых сосновых деревьев. Пройдя между слезящимися янтарной смолой ароматными стволами, я пересекла небольшой, живописно заросший разноцветными мальвами двор, негромко похрустывая камнями гравийной дорожки, и поднялась на ажурное крыльцо. Стукнув пару раз тяжелой металлической грушей, я прислушалась к доносящимся из-за двери звукам. Переливчатая трель отозвалась негромким эхом откуда-то из комнатных недр, и я в очередной раз подивилась непривычно-гармоничному сочетанию антикварной средневековости и высоких технологий, составляющих тсарнианскую повседневность.
Удобные простого кроя платья и антигравитационные платформы, мощеные дороги и палиатрисовая энергия, деревянно-каменные дома, напичканные электроникой, регенераторы и старые как мир лавки со свежей выпечкой. Металлическая колотушка и видеосканер, пристально наблюдающий за мной единственным красным глазом из-под верхнего угла высокого дверного косяка. Я покачала головой, слабо представляя варианты дальнейшего развития событий. Если Герм действительно исчез, то что я буду делать в таком случае? Или если он более чем занят в обществе своей давней договоренности? На этом варианты заканчивались, и куда ни глянь, пока что везде был тупик.
Послышались легкие шаги, и дверь приветливо распахнулась, явив миловидную коротко стриженную девушку в бирюзовом платье, приятно сочетавшемся с ее светлыми глазами. Я подавилась воздухом, и застыла, позабывшись представиться. И девушка не замедлила сделать это за меня.
– Рин? – поинтересовалась она, внимательно оглядев меня с ног до головы.
Я смогла лишь потрясенно кивнуть. Неужели это и есть Миралин?
– Я Алалин. Алалин Тсарге, младшая сестра Гермиана, но ты можешь звать меня просто Лали. Зайдешь? – Сделав приглашающий жест, девушка прошла вглубь дома, я шагнула в полумрак прихожей, и дверь тихо прошуршала за моей спиной, закрываясь.
– Гер никогда не рассказывал о своей семье, – осторожно поделилась я, семеня за хозяйкой дома.
– Он не болтлив, правда? – Насмешливо отозвалась та, не оборачиваясь.
Мы прошли короткий коридор и оказались в просторной гостиной с камином и плюшевыми диванами, составленными полукругом. Девушка мягко шлепнулась на один из них, и приглашающе похлопала ладошкой рядом с собой. Я послушно уселась в метре от нее. И как я могла принять ее за кого-то иного. Теперь можно было в полной мере разглядеть идентичный с братским цвет ее глаз, такую же упрямую линию подбородка, похожие цвет волос и форму бровей.
– Вы похожи, – улыбнулась я.
Та закатила глаза, усмехнувшись, – Все так говорят. Я рада наконец тебя увидеть.
– Гер рассказывал обо мне? – Что-то теплое и сладко-тягучее разлилось в груди. Девушка с первого взгляда создавала крайне славное впечатление.
– Все уши прожужжал, – засмеялась та, взлохматив ладошкой короткий ежик волос на затылке. – Конечно нет! Из него клещами надо вытаскивать. Но я в этом преуспела.
Губы сами собой растянулись в улыбке, но ничто не могло заглушить внутреннее беспокойство. Даже флегматичная, мохнато-серая кошка, невозмутимо поехавшая мимо верхом на плоском автоуборщике.
– А где
